Вернуться на страницу ежегодника DOI: 10.30884/978-5-7057-6259-0_03
АФРИКАНСКИЙ ВЕКТОР В ГЕОПОЛИТИКЕ РОССИИ Cкачать pdf
Леонид Ефимович Гринин, Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики»; Институт востоковедения РАН
Андрей Витальевич Коротаев, Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики»; Институт Африки РАН
В статье формулируется авторское видение и некоторые прогнозы относительно: 1) перспектив Африканского континента в будущем в связи с его бурным развитием и повышением роли в Мир-Системе; 2) геополитического соперничества ведущих держав в Африке в настоящем и в будущем; 3) направлений и возможностей развития российско-африканских отношений (в том числе в связи
с СВО). Показано, что по мере того, как значение
Африки для Мир-Системы и отдельных крупных держав будет расти, будет ужесточаться
и конкуренция за ее рынки, ресурсы, политическую поддержку. Причем чем быстрее будет
развиваться Африка, тем активнее и острее будет идти геополитическая борьба за влияние
в африканских странах и в Африке в целом. В качестве важных на-правлений развития
сотрудничества между Россией и странами Африки
отмечены: отношения, связанные с расширением взаимной торговли; российские
инвестиции в разработку полезных ископаемых, в энергетический сектор, сектор дорожного
строительства, информационных технологий, средств
связи; военно-техническое сотрудничество; продвижение российских геополитических интересов; взаимные действия на международной
арене; сотрудничество в гуманитарных отраслях (медицине с учетом возможной
новой пандемии, культуре, науке, образовании и т. д.).
Африка: проблемы и перспективы
Африканский регион насчитывает
54 государства, очень различных по политическим, экономическим, демографическим
и иным показателям. Тем не менее у этих стран много общего, что позволяет говорить
о них как об определенном единстве. Используя штамп советского времени, можно сказать, что современная Африка –
континент колоссальных контрастов, при этом контрасты, бросающиеся в глаза туристу,
– только вершина айсберга. О мощном росте населения и урбанизации нами было сказано
ранее уже много (Гри-нин 2021; Зинькина, Коротаев
2017; Коротаев и др. 2020; 2022; Мед-ведев и др. 2020; Устюжанин и др. 2022).
Но Африка уже сейчас является самым быстрорастущим
континентом (см., например: Gold-stone, May 2023; Grinin, Korotayev 2023; 2024a). Словом, бурное развитие идет во многих
сферах. Это, в частности, неуклонный рост сельского хозяйства, в котором
темпы роста урожайности нередко обгоняют темпы роста населения, подъем промышленности,
особенно добывающей, развитие многих отраслей экономики, национальное и культурное строительство, подъем образования
и культуры и т. д. (см., например: Chuhan-Pole, Angwafo 2011; Grinin, Korotayev 2024a; Imam 2012; Mashamba, Gani 2023). В целом это
развитие означает модернизацию всех сторон жизни, но с очень разной
скоростью изменений. Поэтому рост высшего образования уживается с большим числом
неграмотных, европейская культура в городах – с дикими обычаями доколониальных времен
(вроде женского обрезания), интенсивное сельское хозяйство – с отгонным и кочевым
скотоводством, современный бизнес – с натуральным хозяйством
и т. д. и т. п.
В результате в африканских странах создается очень своеобразный и противоречивый
симбиоз, который ведет к множеству последствий и результатов. В самых общих чертах
можно говорить
о двух следствиях. С одной стороны, соединение черт архаики и современности, активные
и разнообразные процессы модернизации и другие факторы ведут к дестабилизации, в
том числе революциям, сепаратизму, терроризму, переворотам, гражданским войнам и т. п. (см. о количестве только революционных событий в Африке: Голдстоун и др.
2022; Устюжанин и др. 2021). В частности, мы полагаем, что в XXI столетии (возможно, уже в первой его половине) именно Африка
будет континентом, где произойдет наибольшее число революций, конфликтов, взрывов
экстремизма, в связи с тем, что африканские страны пока еще находятся в процессе
(нередко
в начальных фазах) модернизации, урбанизации, формирования этнополитических наций
и развития государственности.
Мы прогнозируем, что Африка в будущем станет самым беспокойным континентом Мир-Системы
(см., например: Гринин 2020б; Зинькина, Коротаев 2022а; 2022б; Медведев и др. 2022;
Устюжанин, Коротаев 2022; Grinin 2022; Grinin, Korotayev 2024b; Садовничий
и др. 2024: гл. 12). Процесс быстрой модернизации в любом го-сударстве создает повышенный
риск дестабилизации, в условиях Африки же риск сильно возрастает (Гринин 2013; Коротаев
и др. 2012). Разумеется, крайне важная задача, как собственных правительств этих
стран, так и мирового сообщества, включая Россию, –способствовать минимизации дестабилизационных процессов, в том числе
следить за выполнением некоторых условий и правил, которые этому способствуют (см.
об этом, например: Гринин 2022; Коротаев и др. 2022; Korotayev et al. 2023). Мы уже говорили о том, как можно смягчить ситуацию в тех или иных странах
(см.: Там же). Тем не менее в африканских условиях многих дестабилизационных
явлений избежать невозможно.
Однако мы верим, что многие африканские общества ожидает большое будущее, а
Африка в целом – это континент будущего, где длительное время будет наблюдаться
сильная динамика развития
и роста в различных аспектах, включая важные для мира экономические процессы, в
том числе в добыче природных ископаемых, инвестиций, связанных, например, с переносом
туда производств, расширения
возможностей для удаленной работы африканцев
в экономике развитых стран (см. ниже) и т. п. (Grinin, Korotayev 2024a).
Словом, развитие Африки полно противоречий и конфликтов (см., например: Aghedo 2017; Ayomola, Oketokun 2021; Raleigh 2015; Yusuf 2019), но зато тут есть мощная динамика и мощные потенции, которые уже исчерпываются в западном мире (Коротаев, Билюга 2016; Chuhan-Pole, Angwafo 2011; Grinin, Korotayev 2024а; Omoruyi 2021; Radelet 2010). Африка вносит и будет все заметнее вносить свой вклад в процесс подтягивания третьего мира к первому, который был назван Великой конвергенцией (Гринин, Коротаев 2016; Коротаев и др. 2014; Grinin, Korotayev 2015).
Мы полагаем, что чем выше будет роль
Африки, тем больше на ней будут сказываться мир-системные процессы (и наоборот,
тем сильнее она будет влиять на Мир-Систему). Объективно перед мировым сообществом
стоит важная задача – эффективно использовать
африканский ресурс для решения глобальных проблем. Однако эта задача, как
и возможности Африки в будущем, в достаточной мере не осознается. Между тем растущий
демографический ресурс Черного континента, помимо проблем, о которых много говорят[1],
в мир-системном аспекте может способствовать развитию регионов с пожилым населением.
В условиях стремительного расширения возможностей для удаленной работы все больше
африканцев будет связано с экономически развитыми странами. Вовлечение образованной африканской молодежи в систему удаленной
работы в странах Глобального Севера – это проект на десятилетия, который
одновременно и смягчит проблему нехватки трудовых ресурсов в западном мире и Восточной
Азии, и может стать одним из способов снизить
безработицу в Африке, поднять уровень жизни в этих странах, сблизить европейскую
и африканскую культуры[2]. Молодые
и растущие группы населения в Африке в будущем также станут важнейшим ресурсом для систем образования развитых
стран, стра-дающих от недостатка собственной молодежи. Уже сегодня большое
количество африканских студентов учится в европейских, аме-риканских и азиатских
университетах, большое количество специалистов из Африки так или иначе работает
на эти экономики.
Соперничество за Африку
Поскольку, как выше сказано, значение Африки для Мир-Системы и отдельных крупных держав будет расти, ужесточится и конкуренция за ее рынки, ресурсы, политическую поддержку. Причем чем быстрее будет развиваться Африка, тем активнее и острее будет идти геополитическая борьба за влияние в африканских странах и в Африке в целом.
В настоящее время на первом месте пока экономический интерес, однако для борющихся сторон вновь также стало важным перетянуть на свою сторону или хотя бы обеспечить формальный или фактический нейтралитет даже малозначимых стран.
Можно сформулировать некоторые причины, по которым возникает конкуренция за влияние на страны Африки:
1. Это очень крупный рынок сбыта, поэтому экспортеры различных товаров и услуг борются за него.
2. Среди этих товаров особое место занимает оружие, и африкан-ский рынок в этом отношении – один из самых растущих. На этом фоне обостряется геополитическая борьба крупнейших поставщиков оружия: США, Китая, России, Франции, Великобритании, Израиля и др. Понятно, что где оружие, там и нестабильность.
3. Африка также поставщик многих товаров и полезных ископаемых, часть из которых является стратегическим сырьем и почти не имеет альтернативных источников поставок. Растет и значение африканских нефти и газа.
4. Отдельно стоит отметить богатство некоторых африканских стран (в частности, ДРК) редкоземельными металлами и другими важными составляющими так называемого зеленого энергетического перехода (см., например: Radley 2023). Потребность в этих минералах может активизировать иностранный капитал и ускорить промышленное развитие Африки. Это вызовет рост заинтересованности в Африке у ведущих геополитических и экономических игроков со всеми плюсами и минусами их активного проникновения на этот континент.
5. Важное значение имеют также военное сотрудничество (в том числе возможность создания военных баз), необходимость борьбы с терроризмом, голоса африканских государств на международной арене и т. п. С началом СВО конкуренция на этом направлении обостряется (см., например: Ермолов 2022; ИноСМИ 2023). Каждой стороне нужно как можно больше союзников и козырей. Поэтому Вашингтон и Москва, а также Пекин активно конкурируют за поддержку Африки (Икджан 2023; Earl 2021). Запад на этом на-правлении пока не имеет особого успеха, но строит большие планы.
Соперничество крупных держав имеет для Африки двойственный
эффект, так как, с одной стороны, может быть потенциальным
источником нестабильности, поскольку конкуренты поддерживают разные политические
силы, растет коррупция и т. д. Но, с другой стороны, оно имеет и положительные стороны,
поскольку крупные державы так или иначе оказывают помощь и делают инвестиции
в африканские страны, дают толчок для модернизации их армий, управленческих структур
и технологий.
Соперничество за влияние на богатые природными ресурсами государства региона между США и Китаем, Россией, Францией, Великобританией, а также другими игроками постоянно усиливается. В него включаются все новые страны[3]. По мере развития геологоразведочных работ оно будет естественным образом усиливаться.
В самые последние годы соперничество между западными странами в целом, с одной стороны, и Китаем – с другой стало принимать поистине глобальные масштабы. В частности, в июле 2021 г. G7 предложила альтернативу китайской программе «Один пояс – один путь», которая активно реализовывалась не только в Азии, но и в Африке, хотя сейчас кое-где буксует. Но Китай и на двусторонних соглашениях очень активно инвестирует в африканские страны. Программа западной «Семерки» Build Back Better World (B3W) до 2035 г. предполагает инвестиции в размере 40 трлн долларов на инфрастуктурные проекты в страны с низким доходом, в первую очередь в Тропической Африке. И, хотя в реальности выделение такой суммы маловероятно, страны Африки в любом случае могут остаться в выигрыше.
Франция является крупным инвестором во франкоязычной Африке (Фитуни 2020),
но позиции ее слабеют. Французская поли-тика на Африканском континенте, как уже
сказано в (Гринин и др. 2024), во многом характеризуется преемственностью и
восходит
к периоду правления президента Шарля де Голля. Но, конечно, политика неизбежно
модернизируется в связи как с ужесточением конкуренции с другими державами, так
и с сотрудничеством с прочими игроками (Medushevsky, Shishkina 2022).
События в Нигере (см., например: Korotayev, Issaev et al. 2024) и Сенегале также указывают на кризис африканской политики Франции в ряде стран (о разгаре соперничества Франции и России см.: Military Watch Magazine 2024).
США с учетом активности Китая и России также
вынуждены были усилить свое внимание к Тропической Африке, хотя Северная Африка
и Судан были постоянно в поле их деятельности. США в борьбе с конкурентами в
определенных странах или с неугодными режимами активно использовали испытанный
американский арсенал средств: борьба за «демократизацию» страны и против
нарушений прав человека, что обычно заканчивается ослаблением режима и
внутренней дестабилизацией (см.: Гринин 2020а;
Медведев и др. 2022; Мирзаян 2020; Филатов 2012); или поддержка сепаратистов (подробнее см.: Гринин 2020а; 2020б). Это ведет к очень большим издержкам, дестабилизации,
гуманитарным катастрофам, разгулу терроризма и т. п. Можно напомнить, что в
Судане с 1993 г.
у власти находился Омар аль-Башир, укрепивший в стране исламистский режим (об
этом режиме см.: Гринин 2018; 2020г;
Гринин, Коротаев 2019; Grinin et al.
2019), который США и Израиль всячески стремились уничтожить (см. подробнее:
Гринин и др. 2024).
В 2019 г. режим аль-Башира пал, началась бесконечная гражданская война со всеми
ее последствиями.
Как уже было сказано выше, конкуренция держав дает Африке ряд преимуществ. Хотя у каждой африканской страны могут быть свои интересы, но общий вектор изменений состоит в том, что страны Черного континента стремятся к многовекторности в политике и экономическом сотрудничестве. Они осознают свою растущую значимость и хотят иметь выбор в партнерах. Они отказываются ориентироваться только на западные страны, как по причине неудовлетворительности действий последних, так и в связи с ростом африканского самосознания. Поэтому, сохраняя отношения со своими бывшими метрополиями, многие государства Черного континента смещают свой внешнеполитический вектор в сторону стран Азии (см., например: Денисова, Костелянец 2019). В этих условиях у России появляются возможности развивать отношения с государствами Африки не только в двустороннем, но и в многостороннем формате (см., например: Денисова 2018).
Россия и Африка
В настоящее время африканские
государства играют все более значимую роль в мировой политике и экономике, принимая
активное участие в решении проблем глобальной повестки. Рост значения африканских
стран делает актуальным развитие разнопланового сотрудничества Российской Федерации
со странами Африки. Однако развитие отношений России со странами как Северной Африки,
так и Африки южнее Сахары в начале XXI в. традиционно стал-кивалось
с противодействием со стороны как внутренних политических групп, так и глобальных
игроков в лице США, ЕС, в какой-то степени Китая. Поэтому уже в конце 2010-х гг.
президентом России была сформулирована задача по возобновлению тесного сотрудничества
России со странами Африки. Концепция внешней политики Российской Федерации 2016
г. утверждает необходимость расширения взаимодействия с государствами Африки по
целому ряду направлений. С 2022 г., как известно, Россия столкнулась с беспрецедентным
санкционным давлением со стороны стран Запада. Текущая геополитическая ситуация,
связанная с глобальным противостоянием России и Запада, требует корректировки механизмов
российско-африканского взаимодействия. В частности, Африка становится одним из регионов,
активизация в котором поможет России уменьшить влияние на нее санкций[4]. В настоящее время перед Россией стоит задача формирования
социально-поли-тической и экономической повестки, которая бы уточняла российскую
стратегию в отношении стран Африки. Это тем более важно
в условиях возрастающего соперничества за влияние в африканских странах.
Здесь также
важно не допустить переноса и расширения конфликта с Украиной на территорию Африки.
К сожалению, то, что колонна ЧВК «Вагнер» попала в засаду туарегов в Мали в июле
2024 г. (Военное обозрение 2024), могло быть не только результатом ошибок командования
«Вагнер» или удачи туарегов. Украинская разведка сообщала, что от нее пришла какая-то
важная информация и даже оружие для туарегов
(см., например: Взгляд 2024). Есть версия, что тем самым ГУР только пытается
«примазаться»
к чужому успеху (Там же), но мы боимся, что тут далеко не только одно хвастовство.
Косвенное свидетельство этому – разрыв дипломатических отношений Мали с Украиной.
Россия имеет важные преимущества в Африке. В частности, отсутствие наследия колониализма уменьшает негатив в восприятии России в глазах африканцев, а позитивные воспоминания о помощи СССР в ряде стран, напротив, усиливают позитив в отношении к РФ. Также очень важно, что Россия, в отличие от США и Европы, не навязывает ни демократию, ни зеленую энергетику, ни ЛГБТ, ни другие западные «ценности», которые население Африки не желает перенимать. Думаем, что существенным преимуществом Российской Федерации является то, что наша страна уважает суверенитет и не стремится вмешиваться во внутренние дела других стран, не пытается изменить их режим, как это нередко делают США. Поэтому России все больше доверяют. Современная ситуация в Африке, в частности то, что Европа в течение длительного времени сокращала свои интересы в этом регионе, да и сейчас не в полную меру активизировалась, дает России возможности для более продуктивной африканской политики. Саммит Россия – Африка в июле 2023 г. является свидетельством укрепления российско-африканских отношений. Из 54 африканских стран 45 стран прислали на этот саммит свои делегации.
В экономическом аспекте также есть некоторые важные преимущества. Растущая потребность стран Африки в зерне и других продуктах питания открывает для России как крупного экспортера окно возможностей, как в плане долгосрочных поставок, так и с точки зрения открытия российского рынка для продукции африканских производителей. Но это, конечно, усиливает конкуренцию России и стран Запада в Африке.
Многим
африканским странам, которые настроены к Западу по-дозрительно, импонирует, что
РФ сейчас активно противостоит Западу и США. В этой связи они сочувствуют России,
которая выдерживает многочисленные санкции, и где-то солидаризируются
с ней. СВО, как известно, во многом расколола Мир-Систему имен-но по линии развитый – развивающийся мир. Для развивающихся
стран конфликт на Украине связан с будущим лишь
Европы, а не ми-рового порядка, и расценивается ими как отвлекающий фактор
от более насущных для них глобальных проблем нашего времени (Менон 2023). Россия имеет длительный опыт сотрудничества
с рядом стран, в частности в Северной Африке,
и, соответственно, стре-мится перенести этот опыт на другие регионы Африки[5].
Одним из очень важных и перспективных направлений в рамках мир-системных и глобальных геополитических отношений является повышение значения и авторитета БРИКС+. Африканские страны сейчас находятся в достаточно выгодном положении, поскольку чем больше соперничество за влияние на них, тем больше у них возможностей сделать наиболее выгодный выбор. Они во многом устали от западной повестки и хотели бы иметь возможность встречаться на глобальных форумах, где нет давления США и западных стран. По этим и ряду других причин африканские страны все чаще обращают свое внимание к БРИКС+. 1 января 2024 г. Египет и Эфиопия официально присоединились к БРИКС. Крупнейшая африканская страна Нигерия также высказывает такое желание. Кроме того, о намерении присоединиться к БРИКС+ заявляли такие африканские страны, как Алжир, Зимбабве, Марокко, Сенегал, Уганда, Чад, Экваториальная Гвинея, Эритрея и Южный Судан.
Возможности
развития отношений России с африканскими странами широкие и многообразные (естественно, имеющие боль-
шие особенности для каждой конкретной страны). В частности:
– это отношения, связанные с расширением взаимной торговли. Здесь большие перспективы с учетом как долгосрочных отношений, так и санкций, когда для расширения торговли драйвером выступает острая необходимость заменить партнеров (к слову сказать, ряд стран Африки успешно и с выгодой для себя посредничают в перепродаже российской нефти и других товаров, а также в «серых» импортных поставках в РФ). Это может помочь открытию новых рынков для российских товаров, подбору замены для импорта по некоторым важным статьям, что станет новой важной точкой роста всей российской экономики;
– другие экономические отношения: финансовые, российские инвестиции в разработку полезных ископаемых, в энергетический сектор, сектор дорожного строительства, информационных технологий, средств связи и т. д.[6];
– военно-техническое сотрудничество (закупка российского вооружения и его обслуживание, обучение военных специалистов, прямое военное сотрудничество, как, например, в Ливии, и др.);
– в ряде случаев это геополитические интересы России (как в случае с военно-морской базой в Судане);
– взаимные действия на международной арене, в том числе важные совместные декларации (примером служат декларации, принятые на российско-африканских форумах в 2019 и 2023 гг.);
– сотрудничество в гуманитарных отраслях (медицине с учетом возможной новой пандемии, культуре, науке, образовании и т. д.);
– обмен опытом России и стран континента в деле сохранения окружающей среды, биоразнообразия и т. п.;
– определение перечня потенциальных рисков взаимодействия между Россией и странами Африки.
Наконец, отдельно стоит сказать о помощи России странам Сахеля (например, ЦАР, Мали, Нигеру, Буркина-Фасо) против террористической угрозы. Российская Федерация хорошо знает, что такое исламистская угроза. Как уже сказано, многие страны в Африке (и их число, к сожалению, растет) подвергаются постоянным атакам исламистских радикалов-террористов (см., например: Денисова, Костелянец 2021; Жерлицына 2020; Коротаев, Устюжанин 2021; Фитуни, Абрамова 2014; Walker 2012). При этом стоит ясно понимать, что это не просто бандиты и грабители, а партизаны-революционеры (Kalyvas 2015), которые стремятся изменить политический режим и общий склад жизни в странах на манер старорежимного ислама, беря образец с приснопамятного и запрещенного в РФ «Исламского государства» в Сирии и Ираке, которому многие из этих организаций клянутся в верности (см. подробнее: Гринин 2020в; Гринин Л. Е., Гринин А. Л. 2022; Коротаев, Бобарыкина, Хохлова 2021; Коротаев, Лиокумович и др. 2021). Кроме того, – и в этом, думается, едва ли не наибольшая опасность – они оказывают большое влияние на молодежь, которая радикализуется (см. подробнее: Гринин 2020в; Гринин Л. Е., Гринин А. Л. 2022; Koro-tayev, Voronina 2024; Lyammouri 2020), в том числе потому, что многие юноши предпочитают судьбе пастуха или крестьянина мотоцикл и автомат террориста. Отметим, что российские попытки участия в контртеррористических операциях в странах Сахеля и дру-гих странах к югу от Сахары сталкиваются с серьезным противодействием со стороны Запада.
Таким образом, можно прогнозировать достаточно устойчивое развитие российско-африканских отношений по разным направлениям, рост объемов внешней торговли, инвестиций, взаимовыгодных проектов и культурных отношений. Российская Федерация способна стать важным, а где-то и важнейшим партнером для многих африканских стран, и наоборот, Африка будет растущим партнером и контрагентом России на протяжении десятилетий. И это исключительно важно в условиях неизбежного повышения роли Африки в мире. Используя слова президента В. В. Путина, можно сказать, что развитие и упрочение взаимовыгодных связей с африканскими странами и их интеграционными объединениями будет в числе все более важных российских внешнеполитических приоритетов.
Библиография
Взгляд. 2024. Зачем украинская разведка хвастается «битвой с Россией в Африке». Взгляд 30 июля. URL: https://vz.ru/world/2024/7/30/1279888.html.
Военное обозрение. 2024. Колонна ЧВК «Вагнер» попала в засаду туарегов на севере Мали. URL: https://topwar.ru/247139-kolonna-chvk-vagner-popala-v-zasadu-tuaregov-na-severe-mali.html.
Волков К. 2020. Стать ближе к Африке. Примет ли России участие в промышленной революции «Черного континента». Российская газета – Федеральный выпуск 28(8082). URL: https://rg.ru/2020/02/10/chto-nuzh no-predpriniat-rossii-dlia-uchastiia-v-iv-promyshlennoj-revoliucii-afriki.html.
Волков С. Н., Ткаченко А. А. 2019. Экономическое сотрудничество России со странами Северной Африки. Мировая экономика и международные отношения 63(7): 57–66.
Голдстоун Д. А., Гринин Л. Е., Коротаев А. В. 2022. Волны революций XXI столетия. Полис. Политические исследования 4: 108–119.
Гринин Л. Е. 2013. Государство и кризисы в процессе модернизации // Философия и общество 3: 29–59.
Гринин Л. Е. 2018. Семь слабостей Америки и Дональд Трамп. Век глобализации 2: 28–45.
Гринин Л. Е. 2020а. Движение к устойчивым демократическим отношениям и национальному государству как длительный фактор возможной дестабилизации в странах афразийской макрозоны нестабильности // Системный мониторинг глобальных и региональных рисков: ежегодник / Отв. ред. Л. Е. Гринин, А. В. Коротаев, Д. А. Быканова. Т. 11. Волгоград: Учитель. С. 694–724.
Гринин Л. Е. 2020б. Движение обществ к зрелым социально-полити-
ческим и экономическим отношениям как длительный фактор возможной дестабилизации
в странах афразийской макрозоны нестабильности. Системный мониторинг глобальных и региональных рисков / Отв. ред.
Л. Е. Гринин, А. В. Коротаев, Д. А. Быканова. Т. 11. Волгоград: Учитель. С. 666–693.
Гринин Л. Е. 2020в. Радикальный исламизм, религиозный фактор
и дестабилизация в странах афразийской макрозоны нестабильности. Системный мониторинг глобальных и региональных
рисков / Отв. ред.
Л. Е. Гринин, А. В. Коротаев, Д. А. Быканова. Т. 11. Волгоград: Учитель. С. 810–828.
Гринин Л. Е. 2020г. Исламизм, радикализм, постисламизм
в их отношении к светским режимам и государственной идеологии. Системный мониторинг глобальных и региональных
рисков: ежегодник / Отв. ред.
Л. Е. Гринин, А. В. Коротаев, Д. А. Быканова. Волгоград: Учитель.
С. 829–853.
Гринин Л. Е. 2021. Незрелость модернизирующихся
обществ как фактор возможной дестабилизации в
странах Афразийской зоны нестабильности. Перспективы процессов дестабилизации на Ближнем Востоке,
в Северной Африке, в Сахеле и на Африканском Роге: материалы конференции. М.:
Моск. ред. изд-ва «Учитель». С. 46–59.
Гринин Л. Е. 2022. Революции: за и против. Системный мониторинг глобальных и региональных рисков / Отв. ред. Л. Е. Гринин, А. В. Коротаев, Д. А. Быканова. Т. 13. Волгоград: Учитель. С. 5–33.
Гринин Л. Е., Гринин А. Л. 2022. Новая волна революционных процессов в афразийской макрозоне нестабильности и ее влияние на смежные мир-системные зоны. История и современность 3: 3–22.
Гринин А. Л., Гринин Л. Е.,
Коротаев А. В. 2024. Подъем
Африки и борьба за новый мировой порядок. Системный
мониторинг глобальных и региональных рисков / Отв. ред. Л. Е. Гринин, А. В.
Коротаев,
Т. Р. Хайруллин. Волгоград : Учитель. С. 24–50. DOI:
10.30884/978-5-7057-6357-3_02.
Гринин Л. Е., Коротаев А. В. 2016. Ближний Восток, Индия и Китай в глобализационных процессах. М.: Моск. ред. изд-ва «Учитель».
Гринин Л. Е., Коротаев А. В. 2019б. Исламизм и его роль в современном исламском обществе. М.: Моск. ред. изд-ва «Учитель».
Гулевич В. 2019а. Африканская политика Индии. Международная жизнь 21 мая. URL: https://interaffairs.ru/news/show/22544.
Гулевич В. 2019б. Италия возвращается в Африку. Международная жизнь 29 января. URL: https://interaffairs.ru/news/show/21520.
Дейч Т. Л. 2013. «Китайский век» для Африки. Международные отношения 10. URL: https://interaffairs.ru/jauthor/material/953.
Дейч Т. Л.
2020. Сотрудничество Китая со странами Африки: современный
этап. Африка в условиях формирования
полицентричного мира. Заочная конференция с международным участием. Тезисы /
Отв. ред.
С. Н. Волков, Т. Л. Дейч. М.: Ин-т Африки РАН. С. 34–35.
Денисова Т. С. 2018. Южная Корея и Западная Африка: политические и экономические отношения. Поворот Африки на «Восток» и интересы России / Отв. ред. Т. Л. Дейч, Е. Н. Корендясов, С. В. Ненашев. М.: ИАфр РАН. С. 123–132.
Денисова Т. С., Костелянец С. В. 2019. Евросоюз, Китай и Африка: Трехстороннее сотрудничество в сфере безопасности. Восток 5: 114–125.
Денисова Т. С., Костелянец С. В. 2021. Раскол в «Боко Харам» и его последствия для региона бассейна озера Чад. Контуры глобальных трансформаций: политика, экономика, право 14(2): 214–230.
Ермолов М. 2022. «Банальная ревность»: как жаркая Африка становится полем битвы в новой «холодной войне». Газета.ру 30 июля. URL: https://www.gazeta.ru/politics/2022/07/30/15197198.shtml.
Жерлицына Н. 2020. Перспективы распространения ИГИЛ после разгрома Халифата. Азия и Африка сегодня 7: 264–273.
Зинькина Ю. В., Коротаев А. В. 2017. Социально-демографическое развитие стран Тропической Африки: Ключевые факторы риска, модифицируемые управляющие параметры, рекомендации. М.: Ленанд/ URSS.
Зинькина Ю. В., Коротаев
А. В. 2022а. К прогнозированию
некоторых структурно-демографических рисков социально-политической дестабилизации
в странах Восточной и Южной Африки. Системный
мониторинг глобальных и региональных рисков / Отв. ред. Л. Е. Гринин,
А. В. Коротаев, Д. А. Быканова. Т. 13. Волгоград: Учитель. С. 363–402.
Зинькина Ю. В., Коротаев
А. В. 2022б. К прогнозированию
некоторых структурно-демографических рисков социально-политической дестабилизации
в странах Северной и Западной Африки. Системный
мониторинг глобальных и региональных рисков / Отв. ред. Л. Е. Гринин,
А. В. Коротаев, Д. А. Быканова. Т. 13. Волгоград: Учитель. С. 322–362.
Известия. 2022. Лавров заявил о готовности России наращивать партнерство с Африкой. Глава МИД РФ Лавров: Москва открыта к наращиванию всестороннего партнерства со странами Африки. Известия 22 июня. URL: https://iz.ru/1368597/2022-07-22/lavrov-zaiavil-o-gotovnosti-rossii-narashchivat-partnerstvo-s-afrik....
Икджан Н. 2023. Африканское турне
Лаврова. Россия вытеснит Францию и составит конкуренцию Америке. ИноСМИ 10 февраля. URL: https://
inosmi.ru/20230210/lavrov-260498238.html.
ИноСМИ. 2023. Как Москва задешево приобрела новую сферу влияния. ИноСМИ 12 февраля. URL: https://inosmi.ru/20230212/afrika-260558000. html.
Исаев А. 2018. Турция в Африке: задел на будущее. Международная жизнь 1 августа. URL: https://interaffairs.ru/news/show/20288.
Коротаев А. В., Андреев
А. И., Зинькина Ю. В., Фоломеева Д. А. 2014.
О структуре глобальной конвергенции. Вестник
Московского университета. Сер. XXVII. Глобалистика и геополитика
3/4: 74–83.
Коротаев А. В., Билюга С. Э. 2016. О некоторых современных тенденциях мирового экономического развития. Вестник Института экономики Российской академии наук 4: 20–39.
Коротаев А. В., Бобарыкина Д. А., Хохлова А. А. 2021. Революционные события в Верхней Вольте / Буркина-Фасо (1960–2021 гг.). Системный мониторинг глобальных и региональных рисков / Отв. ред. Л. Е. Гринин, А. В. Коротаев, Д. А. Быканова. Т. 12. Волгоград: Учитель. С. 371– 415.
Коротаев А. В., Зинькина
Ю. В., Хохлова А. А., Лиокумович Я. Б. 2021. Революционные и квази-революционные
процессы в Нигере. Системный мониторинг глобальных
и региональных рисков / Отв. ред.
Л. Е. Гринин, А. В. Коротаев, Д. А. Быканова. Т. 12. Волгоград: Учитель. С. 416–450.
Коротаев А. В., Лиокумович
Я. Б., Хохлова А. А. 2021. Революционные события в Мали (1960–2021 гг.). Системный мониторинг глобальных
и региональных рисков / Отв. ред. Л. Е. Гринин, А. В. Коротаев,
Д. А. Быканова. Т. 12. Волгоград: Учитель. С. 329–370.
Коротаев А. В., Малков А. С., Бурова А. Н. и др. 2012. Ловушка на выходе
из ловушки. Математическое моделирование социально-полити-
ческой дестабилизации в странах мир-системной периферии и события арабской весны
2011 г. Моделирование и прогнозирование глобального,
регионального и национального развития / Отв. ред. А. А. Акаев. М.: ЛИБРОКОМ/URSS. С. 210–276.
Коротаев А. В., Слав М., Зинькина Ю. В., Романов Д. М. 2020. Урбанизация, рождаемость, городская молодежь и прогнозирование структурно-демографических рисков социально-политической дестабилизации в странах Африки южнее Сахары. Системный мониторинг глобальных и региональных рисков / Отв. ред. Л. Е. Гринин, А. В. Коротаев, Д. А. Быканова. Т. 11. Волгоград: Учитель. С. 314–367.
Коротаев А. В., Устюжанин В. В. 2021. О структурно-демографических
факторах вооруженных исламистских революционных выступлений
в странах группы G5 Сахель. Системный мониторинг глобальных
и региональных рисков / Отв. ред.
Л. Е. Гринин, А. В. Коротаев, Д. А. Бы-канова. Т. 12. Волгоград: Учитель. С. 451–474.
Коротаев А. В., Устюжанин В. В., Зинькина Ю. В., Шульгин С. Г., Гринин Л. Е. 2022. К математическому моделированию политико-демографического будущего Африки. Системный мониторинг глобальных и региональных рисков / Отв. ред. Л. Е. Гринин, А. В. Коротаев, Д. А. Быканова. Т. 13. Волгоград: Учитель. С. 271–321.
Медведев И. А., Айсин М. Б., Романов Д. М., Коротаев
А. В. 2020. Урбанизация в Африке: результаты и перспективы. Системный мониторинг глобальных и региональных рисков / Отв. ред.
Л. Е. Гринин,
А. В. Коротаев, Д. А. Быканова. Т. 11. Волгоград: Учитель. С. 300–313.
Медведев И. А., Устюжанин В. В., Жданов А. И., Коротаев
А. В. 2022. Применение методов машинного обучения для ранжирования факторов и прогнозирования
невооруженной и вооруженной революционной дестабилизации в афразийской макрозоне
нестабильности. Системный мониторинг глобальных
и региональных рисков / Отв. ред.
Л. Е. Гринин, А. В. Коротаев, Д. А. Быканова. Т. 13. Волгоград: Учитель. С. 131–210.
Менон Ш. 2023. Полная разобщенность FA: страны за пределами Северной Америки и Европы не стали бороться с Россией. ИноСМИ 12 февраля. URL: https://inosmi.ru/20230212/geopolitika-260533330.html.
Мирзаян Г. 2020. Ради борьбы с Китаем США разожгли войну в Африке. Взгляд 20 ноября. URL: https://vz.ru/world/2020/11/20/1071522.html.
Россия – Африка. 2023.
Подведены итоги Саммита и Экономического форума Россия – Африка. Россия – Африка
9 августа. URL: https:// summitafrica.ru/news/podvedeny-itogi-pervogo-sammita-i-ekonomicheskogo-foruma-rossija-afrika-roskongress-prodolzhit-rabotu-na-afrikanskom-treke-
v-period-do-sledujuschego-foruma/.
Садовничий В. А., Акаев А. А., Ильин И. В., Алешковский И. А., Андреев А. И. и др. 2024. Преодолевая пределы роста. Доклад Римскому клубу. М. : Изд-во Моск. ун-та.
Устюжанин В. В., Гринин Л. Е., Коротаев А. В. 2021. Революционные события XXI века в афразийской макрозоне нестабильности и некоторых других мир-системных зонах: предварительный количественный анализ. Системный мониторинг глобальных и региональных рисков / Отв. ред. Л. Е. Гринин, А. В. Коротаев, Д. А. Быканова. Т. 12. Волгоград: Учитель. С. 106–144.
Устюжанин В. В., Коротаев А. В. 2022. Регрессионное моделирование вооруженной и невооруженной революционной дестабилизации в аф-разийской макрозоне нестабильности. Системный мониторинг глобальных и региональных рисков / Отв. ред. Л. Е. Гринин, А. В. Коротаев, Д. А. Быканова. Т. 13. Волгоград: Учитель. С. 211–244.
Устюжанин В. В., Сумерников И. А., Гринин Л. Е., Коротаев А. В. 2022. Урбанизация и революции: количественный анализ. Социологические исследования 10: 85–95.
Филатов С. 2012. «Poor, poor Africa». Международная жизнь 14 августа. URL: https://interaffairs.ru/news/show/8679.
Фитуни Л. Л. 2020. Иностранный капитал в Африке: теории, стратегии, новации. Контуры глобальных трансформаций: политика, экономика, право 13(6): 6–29. DOI: 10.23932/2542-0240-2020-13-6-1.
Фитуни Л. Л., Абрамова И. О. 2014. Агрессивные негосударственные участники геостратегического соперничества в «исламской Африке». Азия и Африка сегодня 12: 8–15.
Aghedo I. 2017. The Ubiquity of Violent Conflicts in Nigeria. The Round Table 106(1): 97–99.
Ayomola O., Oketokun O. 2021. Ethnicity, Separatists Agitations and National Stability in Nigeria: A Study of the South East Geo-Political Zone (1999–2020). KIU Journal of Social Sciences 7(2): 35–43.
Chuhan-Pole P., Angwafo M. (Eds.). 2011. Yes Africa Can: Success Stories from a Dynamic Continent. Washington, DC: The International Bank for Reconstruction and Development.
Donelli F. 2021. Turkey in Africa: Turkey’s Strategic Involvement in Sub-Saharan Africa. London: Bloomsbury Publishing.
Earl C. M. 2021. Strategies
of Sino-American Rivalry in Africa: From 2000
to COVID-19. Вестник Российского университета дружбы народов. Сер.: Международные отношения 21(2): 265–278.
Goldstone J. A., May J. F. 2023. The Global Economy’s Future Depends on Africa. Foreign Affairs May 18. URL: https://www.foreignaffairs.com/afri ca/global-economys-future-depends-africa.
Grinin L. 2022. Revolutions of the 21st Century as a Factor of the World System Reconfiguration. Handbook of Revolutions in the 21st Century: The New Waves of Revolutions, and the Causes and Effects of Disruptive Political Change / Ed. by J. A. Goldstone, L. Grinin, A. Korotayev. Cham: Springer Nature. Pp. 973–996.
Grinin L., Korotayev A. 2010. Will the Global Crisis Lead to Global Transformations? The Coming Epoch of New Coalitions. Journal of Globalization Studies 1(2): 166–183.
Grinin L., Korotayev A. 2015. Great
Divergence and Great Convergence.
A Global Perspective. Cham: Springer Nature.
Grinin L., Korotayev A. 2016. Global Population Ageing, the Sixth Kondratieff Wave, and the Global Financial System. Journal of Globalization Studies 7(2): 11–31.
Grinin L., Korotayev A. 2023. The Future of Revolutions in the 21st Century and the World System Reconfiguration. World Futures 79(1): 69–90.
Grinin L., Korotayev A. 2024a. Africa – The Continent of the Future. Demographic and Economic Challenges and Opportunities. World Futures 80(1): 70–82.
Grinin L., Korotayev A. 2024b. Discussion among the Fifth-Generation Circle. Critical Sociology 6: 1109–1141. DOI: 10.1177/08969205241254125.
Grinin L., Korotayev A., Tausch A. 2019. Islamism, Arab Spring, and the Future of Democracy. World System and World Values Perspectives. Cham: Springer Nature. DOI: 10.1007/978-3-319-91077-2.
Imam H. 2012. Educational Policy in Nigeria from the Colonial Era to the Post-Independence Period. Italian Journal of Sociology of Education 4(1): 181–204.
Kalyvas S. N. 2015. Is ISIS a Revolutionary Group and if Yes, what are the Implications? Perspectives on Terrorism 9(4): 42–47.
Kebede E., Goujon A., Lutz W. 2019. Stalls in Africa’s Fertility Decline Partly Result from Disruptions in Female Education. Proceedings of the National Academy of Sciences 116(8): 2891–2896.
Korotayev A., Issaev L., Ilyina A., Zinkina J., Voronina E. 2024. Revolutionary History of Niger: From Independence to 2023 Coup. Terrorism and Political Contention. New Perspectives on North Africa and the Sahel Region / Ed. by J. Besenyő, L. Issaev, A. Korotayev. Cham: Springer Nature. Pp. 169–194. DOI: 10.1007/978-3-031-53429-4_9.
Korotayev A., Khokhlova A. 2022. Revolutionary Events in Mali, 2020–2021. New Wave of Revolutions in the MENA Region. A Comparative Perspective / Ed. by L. Issaev, A. Korotayev. Cham: Springer Nature. Pp. 191–218.
Korotayev A., Shulgin S., Ustyuzhanin V., Zinkina J., Grinin
L. 2023.
Modeling
Social Self-Organization and Historical Dynamics. Africa’s Futures. Reconsidering the Limits to Growth. A Report
to the Russian Association of the Club of Rome / Ed. by V. Sadovnichy. Cham: Springer Nature.
Pp. 461–490.
Korotayev A., Voronina E. 2024. Revolutionary and Quasi-Revolutionary
Events in Somalia (1960–2023). Terrorism and
Political Contention. New Perspectives on North Africa and the Sahel Region
/ Ed. by J. Besenyő,
L. Issaev, A. Korotayev. Cham: Springer Nature. Pp. 349–400.
Korotayev A., Zinkina J. 2015. East Africa in the Malthusian Trap? Journal of Developing Societies 31(3): 1–36.
Korotayev A., Zinkina J., Goldstone J., Shulgin S. 2016. Explaining Current
Fertility Dynamics in Tropical Africa from an Anthropological Perspective:
A Cross-Cultural Investigation. Cross-Cultural
Research 50(3): 251–280.
Lyammouri R. 2020. Burkina Faso Elections, Another Box to Check. Rabat: Policy Center for the New South.
Mashamba T., Gani S. 2023. Fintech, Bank Funding, and Economic Growth in Sub-Saharan Africa. Cogent Economics & Finance 11(1): 1–22.
May J. F., Rotenberg S. 2020. A Call for Better Integrated Policies to Accelerate the Fertility Decline in Sub‐Saharan Africa. Studies in Family Planning 51(2): 193–204.
Medushevsky A. N., Shishkina A. 2022. Modern French Policy on the African Continent: Transformations of a Françafrique Model. Journal of Asian and African Studies 57(6): 1141–1157.
Military Watch Magazine. 2024. Russian Missile Strike on French Contractor Base in Ukraine Highlights Heated Franco-Russian Cold War. Military Watch Magazine January 19. URL: https://militarywatchmagazine.com/art icle/strike-ukraine-french-contractors-africa.
Nzimande N., Mugwendere T. 2018. Stalls in Zimbabwe Fertility: Exploring Determinants of Recent Fertility Transition. Southern African Journal of Demography 18(1): 59–110.
Omoruyi E. M. M. 2021. Harnessing the Demographic Dividend in Africa Through Lessons from East Asia’s Experience. Journal of Comparative Asian Development 18(2): 1–38.
Radelet S. 2010. Emerging Africa: How 17 Countries are Leading the Way. Washington, D.C.: Center for Global Development.
Radley B. 2023. Green Imperialism, Sovereignty, and the Quest for National Development in the Congo. Review of African Political Economy 50(177–178): 322–339.
Raleigh C. 2015. Urban Violence Patterns across African States. International Studies Review 17(1): 90–106.
Schoumaker B. 2019. Stalls in Fertility Transitions in sub‐Saharan Africa: Revisiting the Evidence. Studies in Family Planning 50(3): 257–278.
Walker A. 2012. What is Boko Haram? Washington, D.C.: US Institute of Peace.
Yusuf S. 2019. Drivers of Ethnic Conflict in Contemporary Ethiopia. Addis Abeba: Institute for Security Studies Monographs.
Zinkina J., Korotayev A. 2014a. Explosive Population Growth in Tropical Africa: Crucial Omission in Development Forecasts (Emerging Risks and Way Out). World Futures 70(4): 271–305.
Zinkina J., Korotayev A. 2014b. Projecting Mozambique’s Demographic Futures. Journal of Futures Studies 19(2): 21–40.
[1] Cм., например: Kebede et al. 2019; Korotayev, Zinkina 2015; Korotayev et al. 2016; May, Rotenberg 2020; Nzimande, Mugwendere 2018; Schoumaker 2019; Zinkina, Korotayev 2014a; 2014b.
[2] Также возможны пути сближения европейских пенсионных систем с экономиками африканских стран (подробнее см.: Grinin, Korotayev 2010; 2016).
[3] В частности, интересы в Африке
имеют Индия (Гулевич 2019а), Турция
(Исаев 2018; Donelli 2021), Италия (Гулевич 2019б). Об интересах Японии, Бразилии
и других стран см.: Дейч 2020.
[4] Как отмечает глава МИД РФ С. В. Лавров, в новых условиях Россия и страны Африки работают над обеспечением бесперебойной логистики и налаживанием защищенных от вмешательства извне систем финансовых расчетов (Известия 2022).
[5] Приоритетами внешнеэкономической стратегии России на севере Африки заявлены: разведка недр; приобретение газовых, нефтяных, урановых и бокситовых активов; строительство энергетических объектов, железных дорог; учреждение российских торговых домов для продвижения и техобслуживания российской машинно-технической продукции; участие российских компаний в приватизации промышленных активов. По всем этим направлениям созданы или формируются заделы, призванные обеспечить выполнение намеченных проектов сотрудничества. Однако для их реализации необходимы координированные, беспрецедентные по своим масштабам усилия партнеров (Волков, Ткаченко 2019; см. также: Волков 2020).
[6] Так, карта компетенций России для Африки включает 39 продуктов, которые объединены в семь компетенций: медицина, недропользование, цифровое государство, образование, транспортная инфраструктура, энергетика, сельское хозяйство (Россия – Африка 2023).
