Вернуться на страницу ежегодника DOI: 10.30884/978-5-7057-6357-3_01
ЭТНОПОЛИТИЧЕСКИЕ КОНФЛИКТЫ В ЭФИОПИИ НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ: СПЕЦИФИКА И ТЕНДЕНЦИИ Cкачать pdf
Михаил Игоревич Ключников, Московский государственный университет имени М. В. Ломоносова
Александр Юрьевич Шипилов, Институт всеобщей истории Российской академии наук; Российский университет дружбы народов
Возникновению современных этнополитических конфликтов в Эфиопии способствовал целый ряд факторов – от собственно этнического и религиозного до физико-географических условий территории. В ходе развернувшейся в стране борьбы этнических элит за власть, в первую очередь между оромо, амхара и тыграями, первые значительно усилились. Эфиопская государственность в ходе конфликтов в Тыграе (2020–2022 гг.), в Амхара (2023 г.) и в Оромии (2021–2024 гг.) доказала свою жизнеспособность, однако ряд исторических и политических причин способствует сохранению центробежных тенденций в стране и обуславливает риски возобновления вооруженного противостояния.
Хрупкое равновесие между крупнейшими этносами Эфиопии было установлено по итогам окончания гражданской войны в 1991 г., предоставления Эритрее независимости в 1993 г. и федерализации страны в 1994 г., когда были созданы новые регионы по этническому принципу. Однако ряд причин способствовал сохранению противоречий к настоящему времени (Assefa 2022). В Эфиопии выделяются несколько факторов деятельности групп (акторов), добивающихся прихода к власти в стране, расширения автономии или предоставления независимости. Среди ведущих стоит выделить
в первую очередь этническую дробность, межрелигиозные противоречия, специфику межличностных взаимоотношений между представителями региональных элит (кланов), внешнее вмешательство, особенности проведения административных границ и физико-гео-графические условия территории (Абрамова, Бондаренко 2013; Косухин 2011).
По заявленной цели в 2010–2024 гг. в стране условно выделялись группировки нескольких типов (Ключников 2023): повстанческий (регионы Оромия, Амхара, Тыграй), индепендистский (Оромия), автономистский (Амхара, Гамбела, Бенишангуль-Гумуз, Тыграй, Оромия, Регион наций, национальностей и народов Юга) и ирредентистский (Афар и Сомали – бывший Огаден). Ситуация в го-сударстве осложняется внешним вмешательством в конфликт, главным образом из соседних Сомали, Судана и Эритреи.
Табл. 1. Основные акторы этнополитических конфликтов в Эфиопии в 2010–2024 гг.
Рис. Этнополитические конфликты в Эфиопии в 2010–2024 гг.
Специфическими условиями этнополитических конфликтов в Эфиопии в указанный период стали:
1) ужесточение правительственного контроля Аддис-Абебы над ранее конфликтными регионами Афар и Сомали (бывший Огаден) в условиях деятельности повстанцев и исламистов из соседних Эритреи и Сомали соответственно;
2) нормализация эфиопско-эритрейских отношений, начало про-цесса делимитации спорных с Эритреей участков границы и прекращение поддержки деятельности повстанцев из Асмэры;
3) соперничество между элитами, с одной стороны – тыграйскими, с другой стороны – оромскими и амхарскими, за высшие государственные посты в стране, а также стремление тыграйцев и амхарцев к большей политической и финансовой автономии, успешно подавленное правительственными силами в ходе войны в Тыграе 2020–2022 гг. и конфликта в Амхаре в 2023 г.
Если в течение 1990–2000-х гг. активность групп всех типов наблюдалась преимущественно в периферийных регионах страны (штаты Афар и Сомали), то в последние четыре года наиболее остро проблема этнического сепаратизма проявляется в регионах Тыграй, Оромия, Амхара.
Самым ярким примером последних лет, безусловно, стал вооруженный конфликт в Тыграе в 2020–2022 гг., в ходе которого Народный фронт освобождения Тыграя (НФОТ) и его вооруженное крыло вступили в противостояние с федеральными силами в регионе (Исмагилова 2023). Можно выделить несколько причин, послуживших нарастанию напряженности между правительством в Ад-дис-Абебе и НФОТ. Среди ключевых выделяются соперничество между тыграйскими, с одной стороны, и оромскими и амхарскими элитами – с другой, в борьбе за высшие государственные посты
в стране; отказ НФОТ вступить в новый коалиционный блок, организованный премьер-министром Эфиопии Абием Ахмедом; выдавливание тыграйцев из руководства органов госбезопасности и вооруженных сил страны; стремление НФОТ к большей политической и финансовой автономии; а также стремление Абия Ахмеда поставить экономику Тыграя под федеральный контроль (SIPRI 2020).
Непосредственный повод к противостоянию возник в сентябре 2020 г., когда эфиопское правительство, ссылаясь на пандемию коронавируса, отменило федеральные и региональные выборы, а тыграйское руководство, несмотря на прямой запрет премьер-минист-ра, региональные выборы все же провело. Аддис-Абеба результаты выборов не признала и ввела в Тыграй войска, в ответ на что в ноябре 2020 г. вооруженное крыло НФОТ атаковало подразделения Национальных сил обороны Эфиопии в городе Мэкэле, административном центре региона (UNFPA 2021). Абий Ахмед отдал приказ о наступлении на Тыграй с целью восстановления там конституционного порядка. Федеральные силы провели штурм тыграйской столицы и в конце ноября 2020 г. взяли ее. В течение последующего полугода бойцы НФОТ применяли против федеральных сил тактику партизанской борьбы, удерживая под контролем лишь несколько городов, однако уже в июне 2021 г. предприняли масштабное контрнаступление и не только выбили правительственные войска из тыграйской столицы, но и захватили приграничные амхарские деревни. В ноябре 2021 г. НФОТ совместно с Фронтом освобождения Оромо предпринял наступление на Аддис-Абебу (Gavin 2021). Однако ресурсы НФОТ были ограничены, и его на-ступление в итоге затормозилось. Правительственные войска остановили наступавших в 150 км от столицы и отбросили их обратно
в Тыграй в горные лагеря. После этого активные боевые действия практически не велись, и тыграйцы окончательно перешли к тактике партизанских действий против федеральных сил (International Crisis Group 2021). Спустя год НФОТ был вынужден фактически капитулировать.
Этому способствовали несколько причин. Тыграйцы исчерпали военные и человеческие ресурсы, испытывали недостаток финансирования, вооружения и военной техники, боеприпасов и, главное, так и не получили широкой иностранной поддержки для своей деятельности. В соответствии с перемирием, подписанным 2 ноября 2022 г., в регионе было восстановлено централизованное управление, при этом Аддис-Абеба номинально гарантировала НФОТ участие в формировании временных органов власти штата и парламента страны. Согласно «дорожной карте» военные действия прекращались; правительственные войска, за исключением ограниченного контингента, выводились с занятых территорий, а силы обороны Тыграя разоружались. Соблюдение договоренностей было возложено на наблюдателей от Африканского союза, хотя реальных возможностей для контроля над выполнением договоренностей они так и не получили (Addis Standart 2022; Ashenafi 2023).
Вторым примером этнического конфликта, ярко проявившимся в последние четыре года в стране, стал конфликт в Оромии (Ethiopia... 2024). Здесь наиболее активным актором была Армия освобождения Оромо (АОО) – группировка, члены которой не приняли условия мирного договора Фронта освобождения Оромо с правительством от 2018 г. и продолжили добиваться независимости региона в его этнических границах. Пиком ее вооруженной активности стали лето – осень 2021 г., когда в период конфликта в Тыграе сотни бойцов армии приняли участие в «марше» на Аддис-Абебу (ТАСС 2021). Однако к началу 2023 г. группировка фактически оказалась разгромлена и была вынуждена перейти к партизанским действиям, совершая лишь отдельные вылазки в пределах Оромии против правительственных войск и полиции (Council on Foreign Relations 2023). Ресурсы повстанцев оказались исчерпаны, а уровень поддержки среди оромского населения катастрофически снизился на фоне успешного для федерального центра разрешения тыграйского конфликта. И хотя группировка, в отличие от НФОТ, отказалась подписывать мирное соглашение с правительством, восполнить потери в живой силе она так и не смогла, и ее наступательный потенциал на ближайшие годы оказался исчерпан.
Третьим примером этнического конфликта, остро проявившимся в стране, стал конфликт в штате Амхара (Интерфакс 2023; Africa Confidential 2023). Здесь летом 2023 г. произошли вооруженные столкновения между ополченцами из амхарского военизированного подразделения «Фано», ранее союзного Аддис-Абебе, и федеральными силами на фоне попыток правительства ужесточить контроль над регионом. В ходе конфликта в Тыграе «Фано» оказывало поддержку правительству и помогло остановить продвижение бойцов НФОТ на юг страны. Однако после того как стороны заключили мирное соглашение, федеральные власти приняли решение разоружить все региональные силы, в том числе в штате Амхара, что вызвало недовольство амхарцев. Попытка разоружить ополченцев привела к боестолкновениям, которые охватили амхарские города Лалибэла, Гондэр, Дэбрэ-Табор и Кобо. Мятеж «Фано» фактически не удался, выступления были жестко подавлены при участии федеральной армии. По итогам конфликта, по данным ООН, 183 человека погибли, около 1 тыс. были задержаны властями.
Можно выделить следующие общие тенденции на основе этих трех примеров, касающиеся возникновения и хода данных конфликтов. Во-первых, все три в своей основе имели черты межэтнического противостояния. И если начиная с 2000-х гг. наиболее интенсивные этнические конфликты происходили в периферийных регионах, охватывая национальные меньшинства, то за последние три года ярко проявились противоречия между тремя основными государствообразующими этносами Эфиопии – амхарцами, тыграйцами и оромо. При этом в ходе борьбы за власть и передела сфер влияния именно оромские элиты, широко представленные в управленческом аппарате, существенно усилились. Во-вторых, все три конфликта произошли на фоне введенных в стране «антиковидных» ограничений, включавших перенос федеральных и региональных выборов, лимитирование внутриполитической жизни и ужесточение контроля над перемещением граждан. Эти ограничения использовались в качестве повода для конфликта и региональными силами, и центром. В-третьих, сыграл значительную роль личностный фактор. В частности, противоречия между премьер-министром эфиопского правительства Абием Ахмедом и главой НФОТ Дебреционом Гебремикаэлем во многом послужили причиной тыграйской войны. А роль Кумсы Дириба, лидера оромских сепаратистов, оказалась значительной при вербовке новых молодых бойцов к повстанческой деятельности. В-четвертых, сыграл заметную роль внешний фактор, а именно отсутствие открытого вмешательства
в конфликты соседнего Судана и прямая помощь Эритреи правительству в Аддис-Абебе. Это доказало незаинтересованность соседних с Эфиопией стран на данном этапе в расшатывании ситуации в стране.
В целом опыт успешного разрешения силовым путем конфликтов в Тыграе осенью 2022 г., в Амхара и Оромии летом 2023 г. доказал устойчивость правящего режима в Аддис-Абебе и жизнеспособность эфиопского государства. Тем не менее ряд факторов способствует сохранению центробежных тенденций в стране и обуславливает риски возобновления вооруженного противостояния.
В таких условиях федеральное правительство Эфиопии вынуждено искать новые механизмы для предотвращения дезинтеграционных процессов.
Библиография
Абрамова И. О., Бондаренко Д. М. (Отв. ред.). 2013. Конфликты в Африке: причины, генезис и проблемы урегулирования (этнополитические и социальные аспекты). М.: Ин-т Африки РАН.
Интерфакс. 2023. Более 180 человек погибли в столкновениях в эфиопском регионе Амхара. Интерфакс 29 августа. URL: https://www.inter fax.ru/world/918336.
Исмагилова Р. Н. 2023. Эфиопия: трудный путь к миру. Ученые записки Института Африки РАН 3(64): 75–92.
Ключников М. И. 2023. Факторы этнополитических конфликтов в Эфиопии. Сборник материалов конференции «Перспективы процессов дестабилизации в странах Африки» (5 декабря 2023 года, г. Москва). М.: Моск. ред. изд‐ва «Учитель». С. 53–55.
Косухин Н. Д. 2011. Этнополитические конфликты в Африке: истоки и типология. Ч. I. Вестник РУДН. Сер.: Политология 1: 48–58.
ТАСС. 2021. Сепаратисты из штата Оромия объявили о начале наступления на столицу Эфиопии. ТАСС 4 декабря. URL: https://tass.ru/mezhdu narodnaya-panorama/13111203.
Addis Standart. 2022. Agreement for Lasting Peace through a Permanent Cessation of Hostilities between the Government of the Federal Democratic Republic of Ethiopia and the Tigray People’s Liberation Front (TPLF). Addis Standart November 2. URL: https://www.addisstandart.com/wp-content/ uploads/2022/11/AU-led-Ethiopia-Peace-Agreement.pdf.
Africa Confidential. 2023. The Avalanche Catches up with Abiy Ahmed. Africa Confidential August 23. URL: https://www.africa-confidential.com/arti cle/id/14568/The_avalanche_catches_up_with_Abiy_Ahmed.
Ashenafi D. 2023. Building Comprehensive Peace in Ethiopia: Transforming the Cessation of Hostilities Agreement. East Africa Report. URL: https://is-
safrica.org/research/east-africa-report/building-comprehensive-peace-in-ethio-
pia-transforming-the-cessation-of-hostilities-agreement.
Assefa T. 2022. The Imperial Regimes as a Roof of Current Ethnic Based Conflicts in Ethiopia. Journal of Ethnic and Cultural Studies 9(1): 95–130.
Council on Foreign Relations. 2023. Conflict in Ethiopia. Council on Foreign Relations December 19. URL: https://www.cfr.org/global-conflict-tracker/ conflict/conflict-ethiopia.
Ethiopia: People Affected by Conflict in Anfilo, Oromia Region Receive Assistance. 2024. March 26. URL: https://www.icrc.org/en/document/ethiopia-people-affected-conflict-anfilo-oromia-region-receive-assi....
Gavin M. 2021. The Conflict in Ethiopia’s Tigray Region: What to Know. Council on Foreign Relations February 10. URL: https://www.cfr.org/in-brief/conflict-ethiopias-tigray-region-what-know.
International Crisis Group. 2021. Finding a Path to Peace in Ethiopia’s Tigray Region. Crisis Group Africa Briefing 167. URL: https://www.crisis group.org.
International Crisis Group. 2023. Ethiopia’s Ominous New War in Amhara. Crisis Group Africa Briefing. URL: https://www.crisisgroup.org.
SIPRI. 2020. Ethiopia’s Transition: Implications for the Horn of Africa and Red Sea Region. SIPRI Insights on Peace and Security 5: 1–30.
UNFPA. 2021. Ethiopia Response to the Tigray Crisis. Situation Report 15 to June 30. URL: https://www.unfpa.org/sites/default/files/resource-pdf/UNFPA_ Ethiopia_Situation_Report_1-15_July_Tigray_Response.pdf.
