Бангладеш: политическая история и революционное движение 2024 г

Вернуться на страницу ежегодника DOI: 10.30884/978-5-7057-6357-3_09

БАНГЛАДЕШ: ПОЛИТИЧЕСКАЯ ИСТОРИЯ И РЕВОЛЮЦИОННОЕ ДВИЖЕНИЕ 2024 г. Cкачать pdf

Дарья Булатовна Болданова, Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики»

Статья посвящена рассмотрению политической истории Бангладеш и революционному движению 2024 г., которое переросло в революцию и было вызвано восстановлением квот на государственные должности для потомков ветеранов Индо-Пакистанской войны. В статье приводится обзор влияния социально-экономических и политических факторов, таких как демографические изменения, особенности экономики и монополизация власти, на эскалацию протестов, а также обстановки до них, которая предрасполагала к такому развитию сценария. В работе дано описание хода событий во время протеста, а также их анализ. Сделан анализ роли студентов в политической жизни страны и причин того, почему именно они стали основой революционного движения. В заключении предложены возможные сценарии дальнейшего политического развития Бангладеш: оптимистический, пессимистический и регрессивный.

Введение

Бангладеш – страна в Южной Азии, соседствующая с Индией и Мьянмой и омываемая Бенгальским заливом с юга. Изначально Бангладеш являлась частью Британской Индии с 1757 по 1947 г. (Rahman 2007: 93), затем, когда Индия получила независимость от Великобритании, Индия разделилась на две страны: Индию и Пакистан по религиозному принципу. Бангладеш, несмотря на удаленность от основной территории нового государства Пакистан, вошла в ее состав как Восточный Пакистан. Это произошло по причине того, что религия этой территории была ислам, хотя этнически бангладешцы не родственны народам Пакистана; это часть бенгальского населения (а другая часть проживает на северо-востоке Индии). Территориальная удаленность, этнические, культурные, языковые и экономические различия привели к отделению Восточного Пакистана от Западного в 1971 г. Бангладеш в ходе войны за независимость и Индо-Пакистанской войны. Бангладеш стала отдельным государством (Riaz 2016: 24).

Фактически с самого 1947 г. жители Бангладеш, «бенгальская нация», стремились к собственной независимости и развитию социальной справедливости и демократии. Это подтверждается их осмыслением себя как нации, войной за независимость в 1971 г., протестами против военного правления в 1990 г., протестами нулевых, 2013–2015 гг., студенческими волнениями 2018 и 2024 гг.
Но стоит также признать и то, что это стремление к лучшей жизни из раза в раз приводило к политической нестабильности. В данном кейс-стади мы рассмотрим основные события, произошедшие в Бангладеш, повлиявшие на культуру протестной активности, а также приведшие к политической нестабильности.

Построение нации и борьба за независимость

История борьбы Восточного Пакистана за независимость имеет прямое отношение к рассматриваемым революционным событиям, поэтому имеет смысл сказать о них подробнее. Для новообразованных государств, находившихся под колониальным правлением, национальная идентичность играла важную роль в процессе освобождения и обретения независимости (Brubaker 1996: 412–415). Колониальные державы, такие как Британская империя, управляли территориями с множеством этнических и культурных групп, искусственно объединяя их в границы колоний. И в процессе деколонизации границы новых государств не всегда совпадали с этническими группами (Anderson 2006: 114). Так произошло и в случае Бангладеш.

Обычно для создания нации нужны коллективная идентичность и политическая мобилизация (Anderson 2006; Riaz 2016: 11). У Во-
сточного Пакистана были условия коллективной идентичности, одно из которых – лингвистическая идентичность. Жители территории говорили на бенгальском языке, однако в 1948 г. правительство Пакистана выбрало в качестве государственного языка только урду и отказалось признавать бенгальский язык государственным, что привело к массовому недовольству в Восточном Пакистане (Riaz 2016).

Другим условием для коллективной идентичности была экономическая эксплуатация Западным Пакистаном жителей Восточного. Различные группы населения были объединены ощущением несправедливости, однако сильнее всего на себе это ощутили крестьяне, большинство населения. Эксплуатация заключалась в том, что режим Пакистана защищал интересы крупных землевладельцев,
а большинство сельскохозяйственных ресурсов Восточного Пакистана находилось под контролем у землевладельцев Западного Пакистана. Высокая арендная плата, налоги, снижение цен на товары приводили к недовольству среди крестьян. Местная буржуазия, интеллигенция, студенчество и рабочий класс также испытывали недовольство по поводу экономической ситуации (Riaz 2016: 16–20).

Недовольство системой угнетения нарастало и в итоге привело к массовой политической мобилизации, которая стала механизмом, позволившим коллективной идентичности перерасти в национально-освободительное движение. Лидер местной политической партии Авами Лиг выдвинул в 1966 г. программу «Шесть пунктов», требовавшей значительной автономии для Восточного Пакистана. Эта программа нашла поддержку у местного населения и объединила разные социальные слои идеей автономии (Ibid.: 16).

Поворотным событием стали выборы в парламент Пакистана в 1970 г. До этого года там проводились прямые общенациональные выборы для формирования правительства в связи с политической нестабильностью страны. Система распределения мест в На-циональной ассамблее Пакистана на тот период была такой, что всего было 300 мест, и они делились между западной и восточной частями государства на основе численности населения. Поскольку Восточный Пакистан был более густонаселенным, он имел больше мест, чем Западный Пакистан: 162 места для первого, 138 для второго (Ibid.: 24–27).

Благодаря мобилизации населения Восточного Пакистана вокруг национальной партии «Авами Лиг» Пакистанская народная партия и другие партии из западной части страны не имели значительной поддержки среди жителей восточной части. Вследствие этого в декабре 1970 года Авами Лиг заняла 160 из 162 возможных мест в парламенте. Однако центральное правительство и военные отказались признавать результаты выборов, что привело к нарастанию конфликта и переросло в войну за независимость (Riaz 2016: 27).

В целях подавления национального движения в Восточном Пакистане центральное правительство в ночь с 25 на 26 марта начало военную операцию под названием «Прожектор». Армия начала масштабное наступление с применением насилия против мирных жителей, активистов и сил сопротивления. В ответ на действия пакистанских властей 26 марта было провозглашено создание независимого государства Бангладеш (Ibid.: 28). Лидер партии Авами Лиг был взят под арест пакистанскими властями. Но один из соратников Шейха Муджибура Рахмана, Таджуддин Ахмед, взял на себя организацию сопротивления, и 17 апреля в Муджибнагаре было создано правительство в изгнании. В течение всего 1971 г. бангладешские повстанцы вели партизанскую войну против пакистанской армии, а в декабре в конфликт вмешалась Индия, поддержав Бангладеш. Пакистанские войска капитулировали перед объединенными силами, что ознаменовало конец войны за независимость и создание Бангладеш как независимого государства (Ibid.: 37).

Политическая система

Уже в январе 1972 г. был издан Временный конституционный порядок, который установил парламентскую форму правления и стал основой для будущей конституции. Окончательная конституция была принята лишь в ноябре и вступила в силу 16 декабря того же года (Hoque, Chowdhury 2023: 1).

Данный документ устанавливал парламентскую унитарную систему правления, единственным законодательным органом провозглашался «Дом нации», то есть однопалатный парламент, который избирается по мажоритарной системе и формирует правительство. Президент является номинальным главой государства, судьи Верховного суда назначаются президентом и могут быть отстранены только решением парламента, изменения в конституцию могут быть внесены только при поддержке двух третей парламента. Основными принципами конституции стали национализм, социализм, демократия и секуляризм (Ibid.: 8–24; The Constitution… 1972). В даль-нейшем конституция Бангладеш претерпела различные изменения, имели место ее нарушения, ослабление и укрепление ее роли. Политическую историю государства можно поделить на пять этапов, основываясь на укреплении и упадках конституции (Hoque, Chowdhury 2023: 8).

Политическая история Бангладеш

1. Становление демократической системы

Первым периодом выделяют 1972 и 1973 гг., когда демократическая система только устанавливалась. В марте 1973 г. были проведены первые парламентские выборы, на которых победила национальная партия Авами Лиг, образованная еще в 1949 г. при Пакистанском правительстве. Лидером партии был Шейх Муджибур Рахман, который стал первым премьер-министром и сформировал демократическое правительство (Riaz 2016: 39).

Первоначально ценности партии заключались в автономии Восточного Пакистана и секуляризме, эти ценности продолжили оставаться главенствующими в партии в виде идей социальной справедливости, экономической независимости и прав меньшинств, что перешло и в государственную Конституцию в 1972 г. (Riaz 2016; Islam 2018).

2. Начало упадка демократии и переход к авторитаризму

Правящей партией все еще являлась Авами Лиг под руководством Шейха Муджибура Рахмана. Несмотря на намерения навести в стра-не порядок, проблемы не решались. Бангладеш столкнулась с экономическим кризисом, что привело к недовольству населения. И в 1975 г. премьер-министр принял 4-ю поправку в Конституцию, которая заменяла парламентскую систему на президентскую, а также отменяла многопартийную систему. Шейх Муджибур Рахман создал однопартийную структуру «Крестьянско-рабочая народная лига Бангладеш» (БАКСАЛ), в нее должны были войти все политические деятели. В результате данных изменений, заняв при этом пост президента, он фактически стал авторитарным лидером (Riaz 2016; Hoque, Chowdhury 2023).

Данные изменения вызвали недовольство как у обычного населения, так и среди политической элиты. Это недовольство на фоне экономического кризиса привело к еще большей политической нестабильности, в результате чего в августе 1975 г. произошел военный переворот и Шейх Муджибур Рахман был убит вместе с большей частью его семьи, за исключением двух дочерей, которые находились на тот момент в Германии (Riaz 2016).

3. Период военных режимов и чрезвычайного положения

В результате военного переворота 1975 г. к власти пришел генерал Зиаур Рахман. Сначала он был назначен в качестве начальника генерального штаба армии, а затем формально стал президентом. При этом для восстановления порядка было введено чрезвычайное положение, но оно также позволило Зиауру Рахману взять под контроль ключевые институты власти и снизить влияние гражданских политиков (Ibid.).

В 1978 г. в целях легитимизации своего правления Зиаур Рахман основал Националистическую партию Бангладеш как ответ на доминирование Авами Лиг и стремление укрепить другую политическую позицию, основанную на национализме и антисоциалистических идеях, акцентируя внимание на поддержке ислама как ключевого элемента в государственной политике (Rahman 2016; Hoque, Chowdhury 2023: 186). При этом Зиаур Рахман стремился к возврату многопартийной системы, поэтому введенная Шейхом Муджибуром Рахманом однопартийная система была отменена. В 1979 г. были проведены парламентские выборы. Также в Конституцию была введена 5-я поправка, которая фактически закрепила роль армии в политической жизни страны и легитимизировала все действия и указы, изданные военным режимом с 1975 г. (Riaz 2016).

Однако стабильность не наступала. Зиаур Рахман был убит в ходе попытки переворота в мае 1981 г. Должностные полномочия перешли к вице-президенту Абдусу Саттару, который пытался стабилизировать ситуацию и провести выборы. В ноябре того же года он был избран президентом и пытался сформировать гражданское правительство, роль военных при этом не ослабла. И уже в марте следующего года произошел еще один военный переворот, в ходе которого гражданское правительство Абдуса Саттара было свергнуто (Ibid.).

К власти пришел генерал Хуссейн Мухаммед Эршад. Он ввел чрезвычайное положение, которое дало ему практически неограниченные полномочия для управления страной, а также распустил все политические партии, приостановил действие конституции и распустил парламент. Политическая активность была жестко ограничена, лидеры оппозиции находились под давлением, арестом или подвергались преследованиям (Riaz 2016; Hoque, Chowdhury 2023).

Хуссейн Эршад сместил Абдуса Саттара, поскольку считал, что тот неэффективно управлялся с экономическими проблемами государства. Поскольку экономическую ситуацию нужно было улучшать, правительство Эршада обращалось к международным финансовым организациям МВФ и Всемирному банку для получения займов и экономической поддержки (Gotur 1991; Riaz 2016).

Однако для привлечения экономической помощи важен и имидж государства. Для таких международных финансовых организаций, как МВФ, поддерживать открыто военный режим было бы вне его принципов. Поэтому для привлечения донорских средств Хуссейн Эршад отменил чрезвычайное положение, длившееся четыре года, и в 1986 г. создал партию Джатия. Цели партии заключались в обеспечении стабильности и безопасности через сильную исполнительную власть, централизованное управление, сохранение порядка в обществе и строгий контроль. В мае того же года были проведены парламентские выборы и принята 7-я поправка в конституцию, которая легализовала действия и указы военного правительства Эршада с 1982 по 1986 г. Результаты выборов подверглись критике за фальсификацию. Несмотря на это, Эршад укрепил свое положение через формальные процедуры. И в декабре 1986 г. МВФ заключил соглашение с Бангладеш о программе структурной перестройки экономики (Gotur 1991).

Однако недовольство населения возрастало, усилилась протестная активность граждан, Эршад боролся с нею репрессиями.
В 1988 г. он распустил третий парламент и объявил выборы в четвертый парламент. БНП и Авами Лиг бойкотировали эти выборы, на них снова победила партия Джатия, результаты снова подверглись критике за фальсификацию не только внутри страны, но и со стороны международного сообщества. В то же время были сформированы восьмипартийный, семипартийный и пятипартийный альянсы, первые два возглавляли Авами Лиг и БНП, и, несмотря на свои различия, эти альянсы решили скоординировать свои действия для борьбы с режимом Эршада (Ater 2022). Они устраивали массовые демонстрации и акции протеста. Также важную роль в протестной активности сыграло и студенческое движение All-Party Students Unity, студенты были автономны от партий, но при этом действовали в координации с ними, что усиливало давление на режим (Riaz 2016).

В ноябре 1990 г. все три альянса подписали совместную декларацию, требования которой заключались в отставке Эршада с поста президента, создании временного непартийного правительства для подготовки свободных и справедливых выборов, которые должны были быть организованы в течение трех месяцев для восстановления демократических процессов в государстве (Riaz 2016; Hoque, Chowdhury 2023).

И все же под массовым давлением в декабре 1990 г. Хусейн Мухаммед Эршад подал в отставку, а власть была передана временному правительству, возглавляемому Шахабуддином Ахмедом, бывшим главным судьей Верховного суда, который согласился руководить страной до проведения выборов. Бангладеш вернулась
к парламентской системе с выборами раз в пять лет, первые из которых состоялись в 1991 г.; победу одержала БНП под руководством Халеды Зия (Ibid.).

4. Возвращение к демократии

С предыдущих событий начался четвертый этап политической истории Бангладеш, длился он с 1991 по 2013 г. и заключался в возвращении к демократии, но демократические принципы опять же не обеспечивали политической стабильности. Важную роль в этом сыграла политическая борьба двух партий – Авами Лиг и БНП (Rah-man 2018).

Халеда Зия вошла в политику после убийства Зиаура Рахмана, который был ее мужем и основателем партии БНП. Она стала первой женщиной – премьер-министром Бангладеш. Ее правительство стремилось к укреплению демократических институтов и восстановлению экономики, а также улучшению отношений с западными странами и международными организациями в целях получения экономической помощи. Несмотря на все это, экономический кризис все еще не проходил, а политическая стабильность претерпевала проблемы в связи с массовыми акциями протеста, организованными Авами Лиг. Так, в 1994 г. проходили промежуточные выборы в парламент для заполнения нескольких свободных мест. Авами Лиг обвинила правительство БНП в фальсификациях и манипуляциях на выборах и требовала создания системы временного правительства для следующих выборов, однако правящая партия отказала в этом. Однако под массовым давлением в 1996 г. была введена 13-я поправка в Конституцию, которая предусматривала систему временного правительства перед выборами в целях прозрачности и честности процесса (Riaz 2016).

На выборах 1996 г. были представлены три альянса: восьмипартийный альянс во главе с Авами Лиг, четырехпартийный во главе с БНП и альянс левых партий. Победу одержал восьмипартийный альянс во главе с Авами Лиг (Ater 2022). Лидером партии была Шейх Хасина, дочь основателя Авами Лиг Шейха Муджибура Рахмана. Шейх Хасина вернулась в Бангладеш в 1981 г. и начала активно участвовать в оппозиционной деятельности, так же как и Ха-леда Зия. Политика Шейх Хасины так же была направлена на ук-репление демократических институтов, восстановление экономики и привлечение иностранных инвестиций, но так же сталкивалась с критикой со стороны оппозиции по поводу коррупции и экономического кризиса. Среди конкретных реформ можно отметить развитие систем парламентских комитетов, которая позволила передавать законопроекты на рассмотрение специальных комитетов, что укрепило надзор за законодательным процессом (Hoque, Chowdhury 2023). Также данное правительство стало первым, которое отработало свой полный срок.

В 2001 г. снова были проведены выборы, в ходе которых победил альянс с БНП во главе. Так как БНП сформировала коалицию с радикальными исламистскими партиями, это привело к усилению исламистского влияния в политике страны, что было заметно как во внутренней, так и во внешней политике. К примеру, после выборов сторонники БНП и Джамат-и-Ислами начали массовое насилие против сторонников Авами Лиг и религиозных меньшинств. При этом правительство не приняло мер по защите жертв нападений. Также Бангладеш укрепила связи с исламскими странами и организациями. БНП в своей политике стремилась к продвижению исламской идентичности в стране (Schulz 2025). Журналисты, оппозиционеры и правозащитники сталкивались с цензурой и преследованиями. В этот же период было зафиксировано множество случаев произвольных арестов, исчезновений и пыток. Связано это
с созданием специального подразделения Rapid Action Batallion, которое стало ключевым инструментом подавления оппозиции
и укрепления власти БНП (Jackman, Maitrot 2019).

В 2006 г. при создании временного правительства для проведения парламентских выборов возникли прения по формированию такого органа, что привело к массовым волнениям. И в январе 2007 г. президент Иаджуддин Ахмед под давлением военных объявил о чрезвычайном положении. Было сформировано военное временное правительство. Только в декабре 2008 г. данное положение было отменено и были проведены выборы в парламент, в ходе которых победу одержал альянс во главе с Авами Лиг (Riaz 2016).

Девятое правительство во главе с Авами Лиг и Шейх Хасиной работало над укреплением власти вокруг правящей партии и восстановлением светских принципов в конституции после правления исламистских партий с нарративом религиозной идентичности. Так, в 2011 г. была внесена 15-я поправка в Конституцию, которая возвращала государству светский характер и запрещала религиозные партии, но при этом сохранила ислам в качестве государственной религии. Помимо прочего, данная поправка отменяла систему временных правительств во время выборов и запрещала любые последующие изменения конституции, касающиеся четырех основных принципов: национализма, социализма, демократии и секуляризма (Hoque 2018). Данная поправка укрепляла положение Авами Лиг и была встречена сопротивлением со стороны оппозиции
и критикой со стороны религиозных групп. Также в 2010 г. правительство приступило к реализации инициативы по созданию Международного трибунала по военным преступлениям 1971 г. Данная инициатива получила широкую поддержку среди населения, но встретила сопротивление со стороны партии Джамаат-и-Ислами[1], чьи лидеры были основными обвиняемыми, поскольку сотрудничали с пакистанскими властями (Riaz 2016).

Также стоит отметить и развитие студенческих движений в тот период. БНП и Авами Лиг имели свои студенческие подразделения, Чхатра Дала и Чхатра Лига соответственно, они использовались для организации забастовок и протестов, и в период 1991–2009 гг. это приводило к насильственным столкновениям и эскалации конфликта. Однако после укрепления позиции Авами Лиг в девятом правительстве Чхатра Лиг заняла доминирующее положение в университетах и фактически монополизировала студенческую политическую жизнь (Jackman 2020; Kuttig et al. 2019: 17).

Помимо прочего, приход Авами Лиг к власти в 2009 г. привел к реорганизации механизмов принуждения: если БНП опирался на один специализированный орган RAB, который, кстати говоря, продолжил существовать, то Авами Лиг решила сконцентрироваться на политизации полиции, сделав ее центром репрессивного аппарата. Важные посты в полиции отдавались лицам, лояльным к пар-тии, что еще больше увеличило клиентелизм управления (Jackman, Maitrot 2019).

5. Крайний демократический упадок

Четвертый этап конституционной истории Бангладеш закончился этими изменениями, которые привели к укреплению контроля над политической жизнью страны Авами Лиг. После введения 15-й поправки в конституцию проведение выборов в десятый парламент было отложено на 2014 г. и бойкотировано оппозицией, вследствие чего большинство мест в правительстве заняла опять же партия Авами Лиг во главе с Шейх Хасиной (Riaz 2016).

Политика десятого правительства несильно отличалась от пре-дыдущего, Авами Лиг так же продолжила концентрировать власть вокруг своей партии и полагаться на экономический рост, который, кстати говоря, имел место в основном благодаря иностранной помощи. Но инфляция продолжала негативным образом сказываться на жизни населения, и в 2016 г. прошли протесты против повышения цен на электроэнергию и топливо (Hoque, Chowdhury 2023).

Однако десятое правительство столкнулось с рядом терактов, включая нападение на кафе Holey Artisan Bakery в Дакке в 2016 г., где погибли иностранные граждане. Это стало поворотным моментом в усилиях правительства по борьбе с радикальным исламизмом и экстремизмом, в результате чего образовались протесты по поводу и экстремизма, и недовольства религиозных групп мерами правительства^{^[2]}.

Авами Лиг продолжила свою монополизацию студенческой активности, и в 2016 г. это вызвало студенческие волнения, которые подавлялись с помощью полиции, что также вызывало недовольство. В 2018 г. эти протесты продолжились, студенты требовали деполитизации учебного процесса, прозрачных назначений на должности и прекращения давления на учреждения (Kuttig et al. 2020).

Реструктуризация механизмов подавления продолжилась, и в 2018 г. был принят закон о цифровой безопасности, который открывал пространство для цензуры в Интернете и преследования людей за публичное выражение мнения в Сети. Журналисты, правозащитники, активисты и студенты вышли на протесты, которые также были подавлены, закон отменен не был (Jackman, Maitrot 2019).

В 2018 г. прошли еще два протеста, один из которых был связан с безопасностью на дорогах. Из-за нарушения правил ПДД были сбиты два школьника в Дакке, это вызвало бурное возмущение среди населения по всей стране, протестующие требовали улучшения безопасности на дорогах, ужесточения наказаний за нарушения ПДД и ответственности водителей. Протестующие блокировали дороги и контролировали движение на них, пытаясь показать необходимость внесения изменений. Несмотря на мирный характер протестов, полиция применяла слезоточивый газ и аресты, в ответ на это протесты становились еще более масштабными. Правительство пообещало принять меры, и в итоге был принят закон о транспортной безопасности (The Guardian 2016).

Другое протестное движение 2018 г. было связано с квотами^{^[3]}. В Бангладеш существовала система квот, согласно которой определенный процент рабочих мест в государственных учреждениях резервировался для различных категорий граждан: женщины, этнические меньшинства, люди с ограниченными возможностями и потомки ветеранов войны за независимость. Студенты и выпускники университетов считали, что эта система квот несправедлива и ограничивает их возможности. К тому же квоты для потомков участников войны за независимость 1971 г. перестали уже быть актуальными. Протесты приобрели массовый характер и поддержку и среди других слоев населения. Правительство пошло на уступки и оставило квоты лишь для двух категорий граждан: этнические меньшинства и люди с ограниченными способностями.

В 2018 г. прошли выборы в одиннадцатый парламент, Авами Лиг стремилась сохранить власть, БНП стремилась вернуть себе власть, в то время как многие лидеры БНП, в том числе и Халеда Зиа, находились под арестом. Авами Лиг получила более 96 % мест в парламенте и была обвинена в фальсификации результатов,
а также организации насилия и запугивания, кроме того, международные организации выразили обеспокоенность нарушениями в проведении выборов. Тем не менее в январе 2019 г. правительство было сформировано, курс политики не отличался от предыдущего (Hoque, Chowdhury 2023).

Но уже в 2020 г. началась пандемия коронавируса, которая продемонстрировала слабость инфраструктурной способности Бангладеш, а также ограниченность деспотичной. Так, экономика
Бангладеш держится на сельскохозяйственной и фабричной деятельности, люди там работают не по контрактам с установленной годовой зарплатой, а с часовыми ставками на ежедневный заработок. Введение локдауна лишило их доступа к финансам, и, хотя правительство обещало оказывать продовольственную и финансовую помощь населению, оно не справилось с этим. Распределение помощи было зачастую несправедливым благодаря коррупции и клиентелизму на местах, помощь оказывалась с задержками и не в полном объеме. Это вызвало недовольство населения, и люди из-за голода стали нарушать локдаун. Поначалу полиция патрулировала улицы и разгоняла людей, но затем принуждение стало ослабевать ввиду провала в оказании поддержки населению. В итоге правительство снова столкнулось с протестами среди рабочих текстильных фабрик, медработников, владельцев малого и среднего бизнеса, студентов и религиозных общин (Ali et al. 2021).

Постепенно ситуация стабилизировалась, и в 2023 г. началась подготовка к выборам в двенадцатый парламент. БНП бойкотировала эти выборы, Авами Лиг снова победила. Но стоит отметить и то, что было избрано 62 независимых кандидата, часть из которых ранее состояла в правящей партии, но ушла ввиду разногласий, что указывает на проблемы фрагментации внутри партии^{^[4]}.

На этом завершим рассмотрение политической истории Бангладеш и приступим к обсуждению недостатков политической системы.

Недостатки конституции

Несомненно, для новообразованных государств, ранее находившихся под колониальным контролем, с неразвитой экономикой и политической нестабильностью, крайне сложно придерживаться конституции. Однако часть проблем может скрываться как раз таки в самой конституции.

Так, частые внесения поправок в конституцию, несмотря на изначальный защитный механизм в виде требования 2/3 голосов для принятия поправки, могут быть объяснены мажоритарной избирательной системой. В 65-й главе указано, что парламент состоит из 300 депутатов, которые избираются в одномандатных территориальных округах прямым голосованием; это подразумевает, что выборы проходят по системе «победитель получает все». Это приводило к доминированию определенных партий как в парламенте, так и в альянсах, что упрощало процесс внесения поправок в конституцию. Также 70-я статья конституции устанавливала, что депутаты, избранные от политических партий, должны следовать партийной линии при голосовании, иначе они теряют свои места в парламенте, что опять же упрощало процесс внесения поправок (Consti-tution… 1972; Hoque, Chowdhury 2023: 9).

Также можно обратить внимание и на то, что 57-я статья Конституции позволяет премьер-министру служить неограниченное количество сроков, оформляя это в не совсем ясную фразу о поддер-жке народа. Это позволило Шейх Хасине стать премьер-министром пять раз (Constitution… 1972).

Другим моментом является то, что конституция была создана в период борьбы с общим врагом – «эксплуататором Пакистаном». Это помогло разным слоям населения объединиться и чувствовать себя единым коллективом. Однако после достижения независимости вопрос об идентичности стоял уже не как «другие по сравнению с Пакистаном». Вопрос касался того, как именно себя иден-
тифицировать: по этническому или религиозному признаку. Так, Авами Лиг продвигала идею светского государства с нарративом идентичности на основе бенгальской этничности, а БНП – нарратив идентичности на основе ислама (Islam 2018). Это отразилось на конституции: хотя одной из основных ценностей является секуляризм, в тексте конституции имеются отсылки к исламу (Con-
stitution… 1972). Это привело к постоянной борьбе двух партий.

Одним из проявлений этой борьбы стала политизация насилия. В 1980-х гг. в Бангладеш начали появляться преступные группировки, «мастаны», которые играли определенную роль в посредничестве между населением и государственными службами; от них также зависела поддержка проведения мероприятий, запугивание оппонентов и обеспечение голосов (Jackman 2019). С 2000-х гг. их автономия начала сокращаться, многие лидеры группировок были убиты или арестованы в результате деятельности RAB при БНП.
И их деятельность перешла на низовой уровень – в молодежные крылья партий. Студенты, члены Чхатра Дала и Чхатра Лига, активно участвовали в уличных столкновениях и контроле над университетами, получая как влияние в этих университетах, так и заслуги в партии (Jackman 2020). Естественно, политическая мобилизация студентов с функциями осуществления политического насилия должна была рано или поздно отразиться обратным ударом по режиму.

Социоэкономические характеристики

Рассмотрим подробнее территорию страны, а также ее население и экономику. Как уже ранее упоминалось, Бангладеш является унитарным государством со столицей в Дакке. Площадь Бангладеш составляет 148 460 км² и делится на восемь дивизионов, которые являются высшими административными единицами и названы в честь их административных центров: Дакка, Читтагонг, Кхулна, Барисал, Раджшахи, Силхет, Рангпур и Майменсингх. Каждый из этих дивизионов подразделяется на дистрикты, которых насчитывается 64 единицы. Дакка и Читтагонг являются наиболее урбанизированными дивизионами с высокой концентрацией городского населения, в них сосредоточены экономические, образовательные и промышленные центры. Кхулна, Барисал и Раджшахи тоже имеют значительные городские зоны, но в них также представлено большое количество сельских районов. Силхет, Рангпур и Майменсингх характеризуются большим количеством деревень и традиционным образом жизни. Самыми густонаселенными городами являются Дакка с 10 млн жителей, Читтагонг с 3,9 млн жителей и Кхулна с 1,3 млн жителей (World Population Review 2025). Городское население составляет 40 % от общего населения[5]. Также стоит отметить, что на территории страны проживают 2 % коренных народов – чакма, марма, трипура, мро и танчанга, в основном в регионе Читтагонгских холмов. Что касается религии, то 90,39 % населения исповедуют ислам, 8,54 % являются индуистами, оставшийся 1 % делят буддисты, христиане и др.^{^[6]}

Демография

Улучшение качества медицины и повышение образованности среди женщин привели с 1990-х гг. к снижению темпов прирос-
та населения, которые в последние годы не превышают 1 %.
В 1990-х гг. по общему коэффициенту рождаемости в год рожали 132 женщины из 1000, причем наблюдалась значительная разница между городским и сельским населением[7], однако с 2011 г. эти различия, как и сам показатель рождаемости, уменьшились, что говорит о выравнивании демографических тенденций (BBS 2024: 142). Несмотря на это, Бангладеш все еще является одной из самых густо-
населенных стран в мире со средней плотностью около 1165 чел.
на км² (Islam 2016; Karim et al. 2024).

В 2023 г. население Бангладеш составляло 172 954 319 человек, доля мужчин 49,5 % – 85 672 234 человек, остальные 50,5 % составляли женщины – 87 282 086 человек^{^[8]}. Согласно возрастному распределению, группа от 0 до 14 лет составляет 28 % от общего населения, что указывает на значимость детcкой доли. Однако основную часть населения составляют возрастные группы от 15 до
64 лет. Доля населения старше 65 лет составляет наименьшую часть.

Если же разбирать население по урбанистически развитым и сельским районам, то можно отметить, что в сельских районах про-живает больше детей младше 15 лет, чем в городах, тогда как в городах наблюдается относительно высокая доля молодых людей в возрастной группе от 20 до 34 лет по сравнению с сельскими рай-
онами. В целом городские районы имеют более высокий процент
в группе от 20 до 44 лет, что может указывать на приток молодых людей из сельских поселений в города в поисках работы и образования (BBS 2024: 61). Наибольшая концентрация молодых людей приходится на города Дакка и Читтагонг.

Согласно данным 2022 г., всего в Бангладеш 164 университета, из которых 109 являются частными, 53 – публичными, два – иностранными. 69,6 % студентов обучаются в публичных университетах, 30 % – в частных и 0,37 % – в иностранных. Студентов насчитывается около 1 034 320, девушки составляют 37,58 % от общего числа студентов. Больше всего студентов обучается в Открытом Университете Бангладеш в Дакке, их количество составляет 430 734, далее идут Университет Дакки с 37 428 студентами, Университет Чит-тагонга с 26 955 студентами и Университет Раджшахи с 26 370 сту-дентами (BANBEIS 2023: 321–333).

Тем не менее большая часть населения не поступает в университеты по различным причинам. На уровне высшего образования в Бангладеш валовой коэффициент охвата составляет 18,66 %, что является довольно низким показателем и говорит о труднодоступности этой ступени образования для населения (Ibid.). Так, в дивизионах Силхет и Читтагонг люди в основном отказываются от обучения из-за финансовой несостоятельности. Другая причина связана с предыдущей – в дивизионах Дакка, Барисал, Силхет и Рангпур население не учится, поскольку находится в поиске работы или уже работает. Среди женщин во всех дивизионах главной причиной отказа от образования является брак.

Несмотря на то что основной причиной отказа от высшего образования являются финансовые проблемы, работа и ее поиск, уровень участия в рабочей силе Бангладеш составляет примерно 57,41 %, что является довольно умеренным показателем, однако при низком уровне безработицы в 3 % все равно указывает на проблемы с привлечением населения на рынок труда. Прежде всего такой уровень участия связан с низким участием женщин в рабочей силе, их отдельный показатель составляет 41,41 %, тогда как уровень мужского участия на рынке труда составляет 73,75 % (BBS 2024: 86). Другим аспектом, который также уменьшает данный показатель, является возрастная структура населения, где 28 % населения составляют дети. Наконец, третьей причиной этого показателя являются такие социально-экономические барьеры, как нехватка рабочих мест, недостаточная квалификация, высокая конкуренция за рабочие места, низкая заработная плата.

Поэтому стоит обратить внимание и на миграцию из Бангладеш: в 2023 г. число эмигрировавших жителей составило более 309 тыс. человек. Миграция не является чем-то новым для населения, лишь в 2020 г. поток снизился в связи с COVID-19, однако пиковым годом эмиграции стал 2008 г., когда временное правительство объявило чрезвычайное положение, длившееся почти два года: тогда страну покинули 1,5 млн человек^{^[9]}. Основными причинами при-
бытия в определенные страны являются работа и образование.
На низкоквалифицированную работу отправляются в основном те группы населения, которые приостановили получение образования на уровне 5–9-го классов (BBS 2024: 167). Более 50 % трудовых мигрантов в 2022 г. направились в Саудовскую Аравию, 16 % –
в Оман, 9 % – в Объединенные Арабские Эмираты, 6 % – в Сингапур (Siddiqui et al. 2023: 3). Группы населения, окончившие старшую школу или получившие высшее образование, отправляются в Канаду, Великобританию, США и Австралию, которые также привлекают профессионалов для продолжения построения карьеры
и родственников эмигрировавших людей на проживание семьей (BBS 2024: 119).

Экономика

Экономика Бангладеш является быстрорастущей, ВВП в 2023 г. составил 437 415 33 доллара[10], а его рост – 5,8 %^{^[11]}, такой показатель сохраняется на протяжении многих лет (Mohajan 2013). Однако инфляция^{^[12]} и высокий дефицит бюджета препятствуют развитию экономики, увеличивая стоимость жизни и обостряя социальные проблемы^{^[13]}. В стране наблюдается низкий ВВП на душу населения; нереализованный потенциал задействованного населения на рынке труда, а также дефицит бюджета говорят о слабости экономики, вследствие чего страна зачастую сталкивается с экономическими кризисами на фоне глобальных перемен или политических изменений, а относительная стабильность сохраняется за счет международной поддержки.

Ключевыми секторами занятости являются сельское хозяйство, промышленность и сфера услуг, с 2010-х гг. также развивается и ИКТ-индустрия. В сельскохозяйственном секторе работает 43,89 % занятого населения, доля женщин в здесь выше и составляет 59,36 %, тогда как мужчин – 34,97 %. В сельской местности этот сектор составляет 56,76 % всей занятости трудоспособного населения, в городах – 15,48 %. В промышленном секторе занято 19,07 % населения, наиболее развит он в городской среде: 28,96 %. Участие мужчин в этом секторе равняется 21,95 % по сравнению с 14,06 % женщин. В 2023 г. в этом секторе услуг трудится 37,04 % занятого населения, в городской среде эта доля значительно выше и составляет 55,57 %, а в сельской местности – 28,65 %. При этом женщины в чуть большей степени представлены в секторе услуг: их доля составляет 47,47 % по сравнению с 43,07 % среди мужчин (BBS 2024: 86–101).

Можно также рассмотреть структурные изменения экономики по секторам занятости. Так, в 1980-е гг. доля сельского хозяйства в ВВП страны составляла около 30 % от общего числа, однако с годами она постепенно уменьшалась, и в 2023 г. доля данного сектора составляет 11 %. Промышленность, состоящая из добычи полезных ископаемых, обрабатывающей промышленности, предоставления электроэнергии, газа и пара, водоснабжения, канализации и управления отходами, а также строительства составляла в 1980-е гг. около 19 % всей доли ВВП и постепенно увеличивала свою значимость, в 2023 г. доля промышленного сектора в ВВП страны составляет 37,56 %. Сфера услуг, состоящая из торговли, консультирования, администрирования, в 1980-х гг. составляла 49,73 % всего ВВП и со временем незначительно увеличилась – в 2023 г. доля этого сектора составляет 51,24 % (BBS 2023). Эти изменения говорят о том, что экономику Бангладеш можно назвать переходящей от аграрной к индустриальной, но отметим при этом слабое развитие сектора услуг.

При таком росте экономики появляется вопрос, почему тогда население страны сталкивается с проблемами в поиске работы
и финансах. Для начала укажем, что рост ВВП не всегда означает улучшение условий жизни для каждого человека, особенно когда этот рост распределен неравномерно. Фактически общий экономический рост часто маскирует низкие доходы граждан, так, ВВП на душу населения в год составил 2,62 тыс. долларов. Также, как мы уже выяснили, в Бангладеш низкий уровень образования, потому многие рабочие заняты низкоквалифицированным трудом (промышленность, сельское хозяйство), что снижает их вклад в экономику и ограничивает возможности для развития высокодоходных секторов (сфера услуг). Стоит обратить внимание и на такие проблемы как социальное неравенство, коррупция и низкие инвестиции в человеческий капитал, которые становятся условиями для обострения проблем.

Среди других проблем экономики Бангладеш следует отметить ее зависимость от внешнего спроса, помощи, переводов и шоков, которые показывают, что национальная экономика не направлена на стабильные доходы. Так, на экспорт отправляются фармацевтические препараты, текстильная и сельскохозяйственная продукция. Экспорт готовой продукции составляет 81 % от общего экспорта страны. Это делает экономику страны уязвимой к колебаниям внешнего спроса и глобальным экономическим кризисам, таким как пандемия коронавируса. В финансовом 2019–2020 году экспорт снизился на 19,24 % по сравнению с предыдущим годом (Chowd-hury 2021: 11). Это привело к уменьшению поступлений иностранной валюты и увеличению дефицита торгового баланса, а также к со-кращению рабочих мест и закрытию производств, что негативно сказалось на внутреннем потреблении страны. Другими кризисными годами для Бангладеш были 2008 г. с его глобальным финансовым кризисом, который привел к сокращению текстильного и швейного секторов, что также стало одной из причин трудовой миграции, помимо военного режима. В 2022 г. Бангладеш также столкнулась с кризисной ситуацией роста цен на энергоносители и продовольствие вследствие российско-украинского конфликта (BBS 2023). Бангладеш является импортером нефти, газа и зерна, увеличение цен на них в связи с кризисом привело к увеличению затрат страны на их покупку, а также усилило инфляцию.

Значительную роль играет и помощь международных доноров. После обретения независимости в 1971 г. страна нуждалась во внешней помощи для восстановления, Бангладеш просила финансов как у социалистических, так и у капиталистических стран, однако основным донором стал МВФ, что также повлияло и на суверенитет страны (Chowdhury 2014). В этом году государственный долг оценивается в 110 млрд долларов. Всемирный банк, МВФ и Азиатский банк развития продолжают предоставлять Бангладеш кредиты и гранты на реализацию программ развития инфраструктуры, здравоохранения, образования и сельского хозяйства. Так,
на 30 сентября 2024 г. по специальному праву заимствования МВФ у Бангладеш насчитывается долг в размере 1775,35 млн долларов[14]. В июне этого года Всемирный банк одобрил два проекта в Бангладеш и выделил на них 900 млн долларов[15]. Азиатский банк развития ежегодно предоставляет Бангладеш около 2 млрд долларов с 2016 г.[16] Согласно комитету планирования страны, общий долг Бангладеш на 2025 г. составит 77,5 млрд долларов (Idem 2021: 154). Такой объем кредитования влечет за собой риск долговой зависимости и может ограничивать экономическую самостоятельность страны. Помимо этого, зависимость от внешней поддержки приводит к валютным и процентным рискам, когда экономика уязвима к колебаниям обменного курса. Также это приводит к риску бюджетной нагрузки, когда финансирование на проекты идет на покрытие предыдущих кредитов. И опять же такая зависимость приводит к более острому реагированию на внешние шоки.

Перейдем к денежным переводам трудовых мигрантов. К 2020 г. за пределами страны проживало около 7,4 млн трудовых мигрантов из Бангладеш, и их денежные переводы к 2020 г. составили 5,4 % от общего ВВП страны (Wadood et al. 2020). Несмотря на колебания количества мигрантов, объем переводов, как правило, продолжает расти. Например, в 2019 г. они составили 18 млрд долларов, несмотря на снижение количества мигрантов на 27,2 %. В 2020 г. число мигрантов снизилось на 68,9 %, однако объем переводов составил 21 млрд долларов. Это может говорить о том, что мигранты стали либо зарабатывать больше, либо отправлять большую часть доходов на родину. Тем не менее миграционный поток восстановился с 2021 г., и тогда число мигрантов увеличилось на 186,3 %,
а объем переводов не слишком изменился. В 2022 г. он вообще упал на 3,5 %, хотя число мигрантов увеличилось на 84 %, что говорит о возможных экономических изменениях в странах пребывания мигрантов (Siddiqui et al. 2023: 3). В 2022 г. больше всего переводов поступило из Саудовской Аравии (4 млн долларов), на втором месте по переводам оказались США с 3,7 млн долларов, ОАЭ обеспечил 12 % переводов, затем идут Великобритания и Кувейт
с 9,72 % и 7,72 % соответственно, также значительная часть переводов была отправлена из Италии и Малайзии, обеспечив 5,46 %
и 4,90 % от общего числа переводов соответственно (Ibid.). Разнообразие стран-источников свидетельствует не только о широком географическом разбросе мигрантов, но и о стремлении граждан
к стабильной экономике, пусть и в других странах. Зависимость от денежных переводов трудовых мигрантов опять же ставит экономику в зависимость от экономических и политических изменений
в этих странах. Экономический спад или ужесточение миграционной политики могут привести к финансовым трудностям семей трудовых мигрантов в Бангладеш. Также зависимость этих семей от денежных переводов может привести к так называемой ловушке переводов, когда люди могут терять стимул к работе и развитию местной экономики, поскольку поддерживают свой уровень жизни за счет этих средств. То есть местная экономика, как и уровень жизни, не развивается, а поддерживается на том же уровне, что и была. Отток рабочей силы также ослабляет экономику и указывает на то, что государство не проводит нужную нынешнему составу населения социально-экономическую политику.

Страна переживает демографический переход, который ведет к тому, что в ней образуется большой излишек трудовых ресурсов, то есть в обществе имеется больше трудоспособного населения, чем количество рабочих мест, которое экономика может в данный момент предложить. Значительный резерв рабочей силы нередко называется демографическим дивидендом. Однако это реально дивиденд, когда экономика может поглотить данный резерв, но, превратившись в огромную армию безработных, этот резерв создает огромные проблемы для любой страны. И если не обеспечивать рабочие места, не проводить специальные социально-экономические программы и пр., то это может привести к социально-экономи-
ческим проблемам для страны. Если трудоспособное население не сможет найти продуктивную занятость, это будет увеличивать рост безработицы, которая, в свою очередь, будет увеличивать разрыв между богатыми и бедными, рост преступности и социальную неудовлетворенность. Также недостаток инвестиций в человеческий капитал может привести к низкой квалифицированности населения, что сделает ее менее конкурентоспособной на мировом рынке труда в контексте глобализации, и экономика будет стагнировать. Это все приведет к тому, что по мере старения этого трудоспособного населения государство столкнется с демографическим бременем, которое необходимо как-то поддерживать за счет средств из бюджета. Это все не раз разбиралось исследователями в сфере демографии Бангладеш, но если в стране и проходили какие-либо программы поддержки населения, то они были инициированы не правительством, а, скорее, международными организациями (Khan et al. 2021; Karim et al. 2024).

Характеристика событий 2024 г.

Тип события: социальное революционное движение, которое переросло в революцию.

Длительность: 6 июня – 5 августа 2024 г.

Повод: введение квот на государственные должности.

Причины: усиление социального неравенства, которое было вызвано демографическими изменениями, политической нестабиль-ностью с монополизацией власти, глобализацией и неравным распределением ресурсов среди населения.

Требования:

– отмена квот на государственные посты;

– демократические реформы;

– расследование политического насилия над протестующими
в ходе революции;

– отставка Шейх Хасины.

Тип: либеральный, социальный.

Политические силы (лидеры) во главе события: явные лидеры отсутствуют, студенческие организации, гражданские активисты, молодежь.

Лозунги: «Quota or Merit» – «Квота или заслуга», «Chaite gelam odhikar, hoye gelam Razakar» – «Требовали прав, стали предателями» (связано с тем, что Шейх Хасина назвала предателями тех, кто выходил на протесты).

Символика: белые рубашки (вроде) как символ студенчества, национальный флаг как символ продолжения борьбы 1971 г.

Вмешательство (помощь) извне: явного вмешательства не было, другие страны просто не поддержали Шейх Хасину, при этом и участникам революции значительная помощь извне не оказывалась. Лишь после завершения революции в сентябре США выделили 202,25 млн долларов в качестве помощи для развития, поддержки реформ и укрепления демократии в Бангладеш.

Результат: успешная по минималистскому критерию, пока рано судить о субстантивном успехе, революция закончилась около двух месяцев назад на момент написания кейс-стади.

Насильственный/ненасильственный: с использованием наси-
лия со стороны правительства, а затем и со стороны протестующих.

Тактика революционной деятельности: R (rioting/crowd violence), S (strikes), D (demonstrations), UC (urban civic), CR (civil resistance tactics).

Количество жертв: средненасильственный эпизод: 215 подтвержденных смертей, более 20 000 раненых.

Число участников на пике: около 500 тыс. человек.

Обстановка до событий

В предыдущей части статьи мы рассмотрели политические, экономические и демографические условия Бангладеш. Но перед тем как перейти к рассмотрению самих протестов, стоит обратить внимание на конкретные события, которые могли стать катализаторами движения.

Как уже упоминалось, экономика страны чувствительна ко внешним событиям. Так, пандемия коронавируса, глобальный энергетический и продовольственный кризис привели к сокращению экспорта продукции и рабочих мест, а также к повышению инфляции, дефициту продовольствия и снижению покупательной способности населения. В январе – феврале 2024 г. крупные текстильные фабрики объявили о сокращении рабочих мест из-за снижения заказов, что вызвало забастовки рабочих этих фабрик (Clean Clothes 2024). При обостряющейся инфляции рабочие не могли позволить себе остаться без заработка даже на короткий срок. Однако бастующие рабочие столкнулись с экономическим давлением в виде снижения зарплаты, угрозами увольнения и внесением в черные списки, которые могли лишить их возможности дальнейшего трудоустройства. К апрелю более 200 рабочих были арестованы, к протестующим применялись слезоточивый газ и полицейское насилие[17]. Помимо этого, жители столкнулись с массовыми отключениями электричества из-за нехватки угля и газа на электростанциях, многие районы оставались без света на несколько дней подряд[18]. В апреле жители Дакки также столкнулись с проблемами водоснабжения, что совпало с периодом экстремальной температуры[19]. В этом же месяце было объявлено о повышении платы за электроэнергию и воду на 30 % (BNP n. d.). Произошло сокращение валютных резервов страны, что создавало угрозу для импорта необходимых ресурсов и обслуживания внешнего долга.
В ответ на это Центральный банк объявил о введении лимитов на снятие наличных: 50 тыс. така в неделю для физических лиц и
100 тыс. така для малого бизнеса[20]. Такой ответ оказался контрпродуктивным и, наоборот, вызвал панику населения, стремившегося снять больше наличных сбережений.

Рассмотрим, что происходило у студентов и учителей. В апреле правительство объявило о введении дополнительного налога на оплату высшего образования, что увеличило стоимость обучения в университетах на 15–20 %[21]. В мае правительство также объявило о сокращении субсидий на высшее образование для студентов из малообеспеченных семей, что привело к дальнейшему удорожанию обучения. Эти изменения опять же вызвали недовольство среди студентов, которые начали выходить на демонстрации. На митинги вышли и учителя по причине низких зарплат[22]. Эти протесты также были подавлены с применением полицейского насилия.

Перейдем к обсуждению событий государственного сектора.
В марте проводились экзамены на работу в различные министерства и ведомства, которые включали как административные должности, так и технические. Десятки тысяч кандидатов откликнулись на возможность стабильной работы в период экономического спада (Bdnews24 2024). В июне были оглашены результаты экзаменов на должности в государственном секторе, однако вскоре в СМИ начали появляться утечки и разоблачения о массовой фальсификации результатов в пользу родственников высокопоставленных чиновников (Hossain 2024).

Краткое описание событий

Как указывалось выше, система квот была в основном упразднена. Однако ее бенефициары продолжали борьбу за ее восстановление. 5 июня 2024 г. Верховный суд Бангладеш признал отмену квотной системы незаконным решением правительства и вынес решение
о восстановлении квоты в 30 % для потомков ветеранов войны, несмотря на то что еще в 2018 г. в стране прошли масштабные протесты против этой квотной системы. И в тот же день правительство оперативно вновь ввело систему квот^{^[23]}. В уже описанных социально-экономических условиях в стране это решение вызвало очередные массовые протесты среди студентов и молодежи, поскольку введение квот было связано с попыткой укрепления позиций элиты, которая состоит из потомков ветеранов войны за независимость^{^[24]}.

На время, в честь религиозных праздников, протесты утихли, но вскоре продолжились с новой силой. Студенты выходили протестовать и организовывали акции протеста в университетах. В свою очередь правительство отвечало силовым подавлением с помощью полиции и студенческого подразделения правящей партии Чхатра Лиг. 14 июля на пресс-конференции премьер-министр Шейх Хасина назвала протестующих предателями, позже в районе университета Дакки отключили 4G^{^[25]}. 16 июля произошло одно из самых жестоких нападений со стороны Чхатра Лиг: ее члены напали на студентов и журналистов в Джахангирнагарском университете с применением огнестрельного оружия, и вечером студенты разных университетов снова стали выходить на улицы и перекрывать дороги. Вечером того же дня Министерство образования объявило о закрытии школ и университетов и о переносе экзаменов на неопределенный срок, также студентам приказали освободить общежития^{^[26]}. На следующий день протестующие студенты решили провести поминальные молитвы в память о тех, кто был убит в ходе протестов^{^[27]}. Шейх Хасина обратилась к протестующим с заявлением о том, что будет произведено расследование смертей студентов, и призвала к прекращению протестов.

18 июля начался новый этап протестов, связанный с информационной борьбой^{^[28]}. Так, протестующие взломали правительственные сайты, в полдевятого вечера правительство ответило полным отключением Интернета, а утром – и прекращением движения поездов между Даккой и остальной частью страны.^{^[29]} Эти действия были проведены с целью разрушения координации студенческих движений и позволили властям ужесточить меры подавления. Днем 19 июля полицейские открыли огонь по протестующим у одного из университетов^{^[30]}. Однако протестующие также ужесточили свои тактики борьбы. В одном из городов на периферии, Нарсингди, протестующие освободили из тюрьмы заключенных, а после подожгли ее^{^[31]}. В полночь был введен комендантский час и военные были направлены в разные части страны для обеспечения подавления протестов^{^[32]}.

В это же время начались переговоры между представителями правительства и студенческих волнений^{^[33]}. 21 июля Верховный суд сократил долю квот в парламент с 56 % до 7 %. После этого «Антидискриминационное студенческое движение» объявило о временном прекращении протестов, а также выдвинуло требования восстановления доступа в Интернет, отмены комендантского часа
и прекращения применения репрессий против протестующих. Правительство частично ослабило ограничения комендантского часа^{^[34]},
26 июля был частично восстановлен доступ в Интернет^{^[35]}, но при этом полиция стала задерживать координаторов движения. 28 июля был восстановлен доступ в социальные сети и ранее задержанные координаторы студенческого движения заявили о прекращении протестов, однако протестующие посчитали это заявление вынужденным^{^[36]}. Поэтому 29 июля студенты снова вышли на массовые акции протеста и полиция арестовала 2822 человека в Дакке.^{^[37]}
30 июля был выдвинут 24-часовой безоговорочный ультиматум об освобождении координаторов движений, вечером следующего дня они были освобождены^{^[38]}. Но протесты так и не прекратились, 3 августа было организовано движение неприсоединения, единственным требованием которого была отставка Шейх Хасины с поста премьер-министра^{^[39]}. Под давлением общественности 5 августа она вместе со своей сестрой покинула не только пост премьер-мини-
стра, но и страну^{^[40]}.

8 августа было сформировано временное правительство во главе с Мухаммедом Юнусом, основателем Grameen Bank, который занимается предоставлением микрофинансирования и микрокредитования в Бангладеш, за что был награжден Нобелевской премией
в 2006 г.^{^[41]} Ранее, в 1996 г., он также входил в состав временного правительства, во время правления Шейх Хасины подвергался репрессиям. В состав нынешнего временного правительства также вошли координаторы студенческого движения, преподаватели экономики, предприниматели, бывшие прокуроры и генералы, члены предыдущего временного правительства^{^[42]}. Главной целью нового органа власти является подготовка почвы для проведения парламентских выборов, то есть воссоздание демократических институтов путем организации учредительного собрания для разработки и принятия новой конституции^{^[43]}.

Анализ

Сначала скажем, что в Бангладеш большой опыт протестов, которые зачастую становятся массовыми. В период с третьего по пятый срок Шейх Хасины произошло множество протестов, этот мог быть подавлен так же, как и предыдущие. Студенческие движения всегда играли важную роль в политике Бангладеш (Jackman 2019; Kuttig et al. 2019). Если в 1990–2000-х гг. студенты использовались партиями БНП и Авами Лиг для борьбы друг с другом, то в более поздний период, притом что Шейх Хасина стала авторитарным лидером, кажется довольно опрометчивым для такого режима политизировать университеты и вовлекать студентов в политику, особенно наделяя их правом применения насилия (Jackman 2020).

Попробуем охарактеризовать данные протесты. В этих событиях мы видим массовую антиправительственную мобилизацию населения. Эти протесты быстро переросли в социальное революционное движение. Изначально протестующие не преследовали цели свержения или замены существующего правительства, захвата власти или существенного изменения режима, поэтому на первых порах это представляло собой революционное движение (Гринин, Коротаев 2020). Революционные движения могут быть направлены на защиту режима, как в нашем случае, от узурпации власти, а требования протестующих приводят к серьезным трансформациям в социально-политических институтах, чем сейчас и занимается временное правительство (Гринин, Коротаев 2020). Цели были сформулированы нечетко. Выдвигались требования и ультиматумы, какие-то требования в процессе расширялись, и, хотя триггером послужила попытка введения системы квот, причиной волнений было глубокое разочарование в режиме. Это приводит нас к тому, что данные события можно назвать революционным движением.

Данное революционное движение можно было бы отнести к со-
циальному типу, поскольку участники стремились к устранению социальной несправедливости в виде системы квот. Но, как мы узнали из раздела про социоэкономические характеристики стра-
ны, дело было не просто в том, что это укрепляло позиции элит (Gurr 2015). Однако протестующие не стремились к радикальным изменениям структуры общества, а изначально хотели добиться более подходящей стране политики; этому мешала концентрация власти у Шейх Хасины и правящей партии. Соответственно, данное революционное движение вернее все же отнести к гражданско-урбанистическому типу (Beissinger 2022).

Но каждое революционное событие развивается индивидуально. И хотя протестующие были слабо организованы и не ставили задачей свержение правительства, однако фактически такое свержение произошло, мало того, был устранен политический авторитарный правитель. Поэтому мы можем сказать, что в итоге революционное движение все-таки переросло в революцию. Эта ре-
волюция еще не закончилась, поэтому окончательно определить ее тип и результат мы сможем только позже.

Несмотря на то что студенты иногда прибегали к применению физической силы, их протестные тактики преимущественно были мирными и включали в себя демонстрации и забастовки. Насильственные тактики были в обиходе у правоохранительных органов и студентов, входящих в правящую партию, которые пытались подавить движение. Результатом стало около 20 000 раненых и 215 подтвержденных смертей, что делает это движение умеренно насиль-ственным.

Борьба между БНП и Авами Лиг не только привела к слабости политической системы. Роль БНП и Джамаат-и-Ислами в ходе революционного движения была максимально ограничена. Эти партии заявляли о защите демократии и страданиях от репрессий, бойкотировали выборы 2014 и 2024 гг., но участвовали в спорных выборах 2018 г. Они лишились доверия широких слоев населения наподобие студентов и среднего класса, другие партии также не были сильны (Huda 2024).

В итоге в связи с тем, что партии не могли возглавить движение, его возглавили студенты. Одной из причин является то, что студенты играли важную роль в протестах и политической жизни государства. Революционное движение, возглавляемое студентами, показало, что студенты, не связанные с партиями, воспринимались обществом как незапятнанные и неподкупные фигуры, борющиеся против несправедливости. Это привлекло широкую поддержку и вызвало сочувствие среди населения (Ibid.). Другая причина относится ко всему молодому поколению и заключается в том, что при высокой плотности населения и нехватке рабочих мест они ощущали невозможность самореализации в своей стране и возможную необходимость к миграции, в то время как старшие поколения укоренили свои позиции и привилегии в обществе и передавали их своим потомкам, как, например, данная система квот. Непривилегированная доля старшего поколения, возможно, также привыкла к установленной социальной структуре общества и старалась обеспечить стабильность своим семьям, участие в протестах могло привести к лишению рабочих мест, административным санкциям и ухудшению финансового состояния. Проблемы отдельных групп – рабочих текстильных фабрик, владельцев малого и среднего бизнеса, учителей – были специфичны и направлены на восстановление рабочих мест, установление льгот для предприятий и повышение зарплат среди этих групп. Проблема, с которой столкнулось молодое население страны, охватывала и их проблемы. Это все стало борьбой с социальным детерминизмом, которое смогли возглавить студенты и молодежь, а остальные группы населения всей страны – поддержать.

Во многом данное революционное движение схоже с предыдущими: протесты проходили в разных городах по всех стране, их тоже возглавляли студенты, наблюдались те же тактики координации и сопротивления, схожие тактики подавления; почему же именно это переросло в революцию? Тут, скорее всего, имеет место накопительный эффект.

Локдаун и кризисы энергоснабжения и продовольствия показали, что у Бангладеш крайне низкая инфраструктурная мощь и не слишком сильная деспотическая. Государство провалилось не только в обеспечении принципов, которые были введены правящей партией, но даже в продовольственном плане (Ali et al. 2021). Коррупция, фальсификации, родственные связи обострили недовольство широких слоев населения, которое подверглось чрезмерному подавлению, что, наоборот, привело к большей мобилизации протестующих против режима (Chenoweth et al. 2017).

Отставка Шейх Хасины ведет к следующим последствиям.
В контексте политической системы важным аспектом будет временный вакуум в управлении, что замедлит принятие политических процессов и реализацию ключевых проектов. Из возможных: фрагментация Авами Лиг в связи с тем, что потенциальные преемники будут бороться за контроль партии, что приведет к усилению положения оппозиционных партий, и изменение в избирательной системе в целях повышения прозрачности выборов. В экономическом плане ее уход может привести к упадку экономики, что частично связано с первым из перечисленных последствий (Hassaan et al. 2024).

Это революционное движение называют первой успешной «революцией поколения Z» (Ahmed et al. 2024), но действительно ли это так? Оно является успешным по минималистскому критерию о свержении правительства и установлении нового (Tilly 1978: 193). Однако вопрос заключается в том, будет ли это революционное движение успешным по субстантивному критерию, который обращает внимание на важный аспект, а изменилось ли что-то помимо правительства (Beissinger 2022: 151). Так, если постреволюционное правительство привнесет значимые и устойчивые изменения в политическую систему государства, мы будем ближе к возможности оценки результатов революционного движения. Это получится определить только спустя длительное время, однако уже рассматриваются три возможных сценария развития событий (Hassaan et al. 2024: 175).

1. Оптимистический

Этот сценарий предполагает, что процесс перехода власти пройдет относительно гладко, а новое правительство сможет поддерживать стабильность, объединив различные политические фракции, будет проводить политику экономического роста и укрепит демократические институты.

2. Пессимистический

Данный сценарий предполагает хаотичный переход власти, который будет сопровождаться политической борьбой, нестабильностью и проблемами в управлении, это все приведет к усугублению экономического кризиса и ослаблению демократических институтов.

3. Регрессивный

При таком сценарии новое правительство будет принимать авторитарные меры для консолидации власти, что приведет к очередному ослаблению демократических институтов. Это, в свою очередь, опять же приведет к протестной активности, усугублению экономического положения страны из-за санкций и потери донорской помощи.

Развитие конкретного сценария и последующие долгосрочные перспективы зависят от того, как будет происходить передача власти от временного правительства к новому, подготовят ли они в са-мом деле демократические институты и конституцию к этому периоду (Hassaan et al. 2024: 175–176).

Заключение

В данном кейс-стади мы рассмотрели историю формирования бенгальской нации и основание государства Бангладеш, разобрали политическую историю этой страны и проблемы политической системы, нынешние социоэкономические характеристики, а также само революционное движение и проанализировали его.

Несомненно, замечательным достижением в наше время является устранение авторитарного лидера. Не каждой нации это удается. И замечательно то, как они не сдаются и стремятся построить демократическое государство, с учетом того, что ни одна демократия не идеальна, а те, на которые мы зачастую ориентируемся, имели длинные и тернистые пути ее достижения.

Но узурпация власти, военные перевороты, межпартийная борьба, репрессии и постоянные протесты являются следствием системных проблем. Система задается главным государственным документом – конституцией, которую временное правительство собирается переписать. Основной вопрос заключается лишь в том, сможет ли Бангладеш устранить те системные проблемы, которые раз за разом приводили ее к политической нестабильности.

Библиография

Гринин Л. Е., Коротаев А. В. 2020. Методологические пояснения к исследованию революционных событий. Системный мониторинг глобальных и региональных рисков. Т. 11 / Отв. ред. Л. Е. Гринин, А. В. Ко-ротаев, Д. А. Быканова. Волгоград: Учитель. С. 853–861.

Ahmed K., Moore B., Čvorak M. 2024. Bangladesh: How the ‘Gen Z Revolution’ Forced the Prime Minister to Flee – Video Explainer. The Guardian August 8. URL: https://www.theguardian.com/world/video/2024/aug/08/ban-gladesh-how-the-gen-z-revolution-forced-the-...
explainer.

Ali T., Hassan M., Hossain N. 2021. The Moral and Political Economy of the Pandemic in Bangladesh: Weak States and Strong Societies during Covid-19. World Development 137: 105216.

Anderson B. 2006. Imagined Communities: Reflections on the Origin and Spread of Nationalism. London: Verso.

Ater N. 2022. The Political Parties and the Political Crisis in Bangladesh:
A Study on the Formation of Electoral Alliances. Journal of Research in Humanities and Social Science 10(5): 38–49.

BANBEIS (Bangladesh Bureau of Educational Information and Statistics). 2023. Bangladesh Education Statistics 2022. Dhaka: Ministry of Education.

BBS (Bangladesh Bureau of Statistics). 2023. Bangladesh Economic Review 2023: Chapter 2 - GDP, Savings, and Investment. Dhaka: Ministry of Planning.

BBS (Bangladesh Bureau of Statistics). 2024. Report on Socio-Economic and Demographic Survey 2023. Dhaka: Ministry of Planning.

Bdnews24. 2024. 325,000 Applicants Sit for 46th BCS Exams. Bdnews24 April 26. URL: https://bdnews24.com/bangladesh/i3n5nl2j6l.

BNP (Bangladesh Nationalist Party). N.d. Govt Raises Power, Gas, Water Tariffs Going by Anti-People Policy: Rizvi. URL: https://bnpbd.org/all-news/667322210c3f458d10ca9001?mibextid=Zxz2cZ.

Beissinger M. 2022. The Revolutionary City: Urbanization and the Global Transformation of Rebellion. Princeton: Princeton University Press.

Brubaker R. 1996. Nationalizing States in the Old “New Europe” – and the New. Ethnic and Racial Studies 19(2): 411–437.

Chenoweth E., Perkoski E., Kang S. 2017. State Repression and Nonviolent Resistance. The Journal of Conflict Resolution 61(9): 1950–1969.

Chowdhury I. A. 2014. Foundations of Bangladesh’s Economic Development: Politics of Aid. ISAS Working Paper No. 187. Singapore: National University of Singapore.

Chowdhury M. Y. 2021. Foreign Trade Statistics of Bangladesh 2019-20. Dhaka: Bangladesh Bureau of Statistics, Ministry of Planning, Statistics and Informatics Division, National Accounting Wing.

Clean Clothes. 2024. Industry Statements about Bangladesh Crackdown Belie Fashion Brands’ Abject Failure to Protect Their Garment Workers. URL: https://cleanclothes.org/news/2024/bangladesh-crackdown.

Gotur P. 1991. Bangladesh: Economic Reform Measures and the Poor. IMF Working Papers. Washington, D.C.: International Monetary Fund.

Gurr T. R. 2015. Why Men Rebel. New York: Routledge.

Hassaan H. M., Bloch F., Rashid M. 2024. Analyzing the Institutional and Socio-Political Impacts of Sheikh Hasina’s Departure on Bangladesh’s Democracy. Bulletin of Business and Economics 13(3): 171–177.

Hoque R. 2018. Eternal Provisions in the Constitution of Bangladesh: A Constitution Once and for All? An Unamendable Constitution? / Ed. by R. Albert, B. Oder. Cham: Springer. Pp. 195–230.

Hoque R., Chowdhury R. (Eds.). 2023. A History of the Constitution of Bangladesh: The Founding, Development, and Way Ahead. London: Routledge.

Hossain R. 2024. The 2024 Uprising in Bangladesh: More than Just Quota Reform. SOAS July 19. URL: https://www.soas.ac.uk/about/blogs/2024-uprising-
bangladesh-more-just-quota-reform.

Huda N. 2024. Reclaiming Trust: How Bangladesh’s Student Movement Outpaced Traditional Parties. The Diplomat September 24.

Islam M. M. 2018. Secularism in Bangladesh. South Asia Research 38(1): 20–39.

Jackman D. 2019. The Decline of Gangsters and Politicization of Violence in Urban Bangladesh. Development and Change 50: 1214–1238.

Jackman D. 2020. Students, Movements, and the Threat to Authoritarianism in Bangladesh. Contemporary South Asia 29: 1–17.

Jackman D., Maitrot M. 2019. Managing Coercion and Striving for Dominance in Bangladesh. ESID Working Paper No. 129. Manchester: Effective States and Inclusive Development Research Centre, University of Manchester.

Karim R., Pk M. A. B., Dey P. 2024. A Study about the Prediction of Population Growth and Demographic Transition in Bangladesh. Journal of Umm Al-Qura University Applied Sciences 11: 91–103.

Khan M. R., Huq S., Risha A. N., Alam S. S. 2021. High-Density Population and Displacement in Bangladesh. Science 372: 1290–1293.

Kuttig J., Suykens B., Islam A. 2019. Student Politics and Political Violence in Bangladesh. URL: https://backoffice.biblio.ugent.be/download/8655727/ 8656194.

Mohajan H. 2013. Economic Development of Bangladesh. Journal of Business Management and Administration 1: 41–48.

Rahman T. 2007. Parliamentary Control and Government Accountability in South Asia: A Comparative Analysis of Bangladesh, India, and Sri Lanka. London: Routledge.

Rahman M. M. 2016. Political Parties in Bangladesh: Challenges of Democratization. Dhaka: Prothoma Prakashan.

Rahman T. 2018. Party System Institutionalization and Pernicious Polarization in Bangladesh. The ANNALS of the American Academy of Political and Social Science 681(1): 173–192.

Riaz A. 2016. Bangladesh: A Political History since Independence. London:
I. B. Tauris.

Schulz M. 2024. A Critical Juncture? Atheism in Bangladesh and Its (Dis) Connections. Nonbelievers, Apostates, and Atheists in the Muslim World / Ed. by J. D. Eller, N. Khazaal. London: Routledge.

Siddiqui T., Sultana M., Nasrin R., Mahmood N., Tabasum A. 2023. Labour Migration from Bangladesh 2022: Achievements and Challenges. Dhaka: RMMRU.

The Constitution of the People’s Republic of Bangladesh. 1972. URL: http:// bdlaws.minlaw.gov.bd/act-367.html.

The Guardian. 2016. Bangladesh Protesters Clash with Police after Islamist Leader Hanged. The Guardian May 11. URL: https://www.theguardian.com/ world/2016/may/11/bangladesh-protesters-clash-with-police-after-islamist-lea der-hanged.

Tilly C. 1978. From Mobilization to Revolution. Reading, MA: Addison-Wesley.

Wadood A., Lai Lee Lee, Huq M., Mohd M. S., Hossain G. 2020. Practice and Perception of Bangladeshi Adults toward COVID-19: A Cross-Secti-onal Study (preprint). DOI: 10.21203/rs.3.rs-29364/v1.

World Population Review. 2025. Bangladesh Cities by Population 2025. URL: https://worldpopulationreview.com/cities/bangladesh.

[1] Организация признана террористической Верховным судом РФ, ее деятельность на территории России запрещена.

^{^[2]} См.: https://www.bbc.com/news/world-asia-50570243.

^{^[3]} См.: https://www.thedailystar.net/news/bangladesh/news/look-back-2018-quota-protests-and-toriquls-tale-36....

^{^[4]} См.: https://www.tbsnews.net/bangladesh/politics/4-women-out-62-independent-cand idates-become-mps-771690.

[5] См.: https://data.worldbank.org/indicator/SP.URB.TOTL.IN.ZS?locations=BD.

^{^[6]} См.: https://bangladeshus.com/religion-in-bangladesh/.

[7] 138 женщин из 1000 рожали в сельских районах, 87 женщин из 1000 – в городских районах.

^{^[8]} См: https://data.worldbank.org/country/bangladesh.

^{^[9]} См.: https://www.ceicdata.com/en/bangladesh/population-and-urbanization-statistics/ bd-net-migration.

[10] См.: https://data.worldbank.org/indicator/ny.gdp.mktp.cd.

^{^[11]} См.: https://data.worldbank.org/indicator/NY.GDP.MKTP.KD.ZG?locations=BD.