Универсализм как парадигма философии: прошлое и перспектива


скачать скачать Автор: Гарпушкин В. Е. - подписаться на статьи автора
Журнал: Выпуск №2(50)/2008 - подписаться на статьи журнала

История европейской философии с самого начала зависела от действия двух противоположных и в то же время пересекавшихся парадигм философствования – универсализма и атомизма. Они пред-ставляли собой противоположно направленные пути объяснения и определения земных вещей: как частей (элементов) космического целого, которое их порождает и определяет (универсализм); как со­вокупности (целостности) элементов (частей, атомов), из сочетания которых они возникают и которые их определяют (атомизм). Разви­тие философии со временем показало, что эти пути «вниз» (от цело­го к частям) и «вверх» (от частей к целому) взаимосвязаны и взаимодополнительны, то есть необходимо их сочетание, подобно сочетанию близких им методов анализа и синтеза. Но этому пониманию пред­шествовала долгая история противостояния сторонников этих раз­личных парадигм, в ходе которого они корректировались и сближа­лись. При этом эти парадигмы являли собой разные формы решения проблем соотношения общего и единичного, целого и частей, сущ­ности и существования.

Проблема универсализма становится особо актуальной и ост­рой в философии и гуманистике с конца XX в. в связи с наступле­нием глобализма в международной экономике, политике и культуре, которое встречается жаркими спорами и столкновениями его сто­ронников и противников. Нетрудно увидеть связь или сходство фи­лософского универсализма и глобализма. Однако чтобы глубже уяснить связь этих явлений, необходимо исследовать пара­дигму универсализма, а для этого надо хотя бы кратко рассмотреть его историю и возможную перспективу.

Универсализм (от лaт. universum – «мир, Вселенная») в европей­ской философии возник как установка мышления древнегреческих философов-досократиков VI–V вв. до н. э. Анаксимандра, Гераклита, Анаксагора и других, учивших, что мир представляет собой единое упорядоченное целое, любая часть которого является микромиром, порожденным делением большого мира (Космоса) и потому подобным ему. Такой взгляд соответствовал специфике формировавшейся философии как формы мировоззренческого знания, то есть знания о мире в целом и потому наиболее общего, синтетического и вместе с тем максимально гипотетического. Эта начальная, довольно смутная форма универсализма содержала в зародыше главную суть всех последующих его форм. Его можно определить как натурфилософский, образно-поэтический и наивно-диалекти-ческий универсализм, в котором преобладали материалистические моменты. В дальнейшей истории универсализма возобладали его идеалистические формы.

Более рационализированной и систематизированной формой античного универсализма был универсализм неоплатоников (Плотин, Порфирий, Прокл и др.). По их представлению, мир един и упорядочен благодаря некому абстрактному, неопределенному, непознаваемому божеству – «единому» (или «благу»), которое пронизывает все части мира, вследствие чего они являются, в сущности, тождественными. «Единое» истекает (не уменьшаясь) по ступеням иерархии из небесного мира в мир земной, определяя душу (сущность) всех его сфер и вещей, а затем восходит по этим ступеням снова в небо благодаря стремлениям души этих вещей к своему источнику. Это был мистический универсализм в форме своеобразного динамичес­кого пантеизма.

Следующей формой универсализма был средневековый теис­тический реализм (Августин, Эриугена, Ансельм Кентерберийский и др.). Исторической заслугой средневековой схоластики была постановка проблемы соотношения общего и единичного в форме знаменитого спора об онтологическом статусе универсалий (общих понятий). Суть спора состояла в решении вопроса, существует ли общее до единичных вещей, в самих вещах или только после вещей (в понятиях, или смыслах имен вещей). Сторонники схоластического реализма считали, что общее реально существует до вещей в виде идей бога о них, выступая по ступеням преображения конечными причи­нами существования отдельных вещей. Средневековый универса­лизм явился предтечей классического европейского рационализма.

Наиболее развитой формой универсализма эпохи Возрождения был диалектический пантеизм Николая Кузанского, сочетавшего идеи неоплатонизма и христианской мистики с идеями математики и зарождавшейся опытной науки. Универсум представлялся им как бесконечное иерархически организованное целое, система, части ко­торой, делимые на все меньшие миры, становятся все более «опреде­ленными» сочетаниями максимума и минимума.

В эпоху Просвещения (XVII–XVIII вв.) европейская философия ста­новится служанкой науки, что отразилось и в образе универсализма того времени. Он приобретает две разновидности – онтологическую (натуралистическую) и гносеологическую. Натуралистический уни­версализм (Бэкон, Гоббс, Локк, Гольбах) гипостазирует открытые к тому времени наукой и предполагаемые разумом принципы, законы и свойства природной среды на всю Вселенную, а гносеологический универсализм (Декарт, Спиноза, Лейбниц) предписывает всякому познанию нормы и методы математики и механики. Особую, пере­ходную, форму приобретает универсализм у Канта, стремившегося сделать метафизику точной наукой. Его версия универсализма опи­ралась, с одной стороны, на признание объективности, вечности и иерархической упорядоченности материального мира, а с другой сто­роны, на «всеобщие и необходимые» формы априорного сознания – категории чувственности, рассудка и разума, созидающие объекты этого мира в познании на основании материала чувств с помощью логики, воображения и разных форм синтеза. Выдвинутый Кантом принцип активности сознания в значительной мере обусловил осо­бенности универсализма других представителей немецкой классиче­ской философии – Фихте, Шеллинга, Гегеля, Фейербаха.

Гносеологический универсализм Фихте представляет собой, по сути, абсолютизацию его субъективно-диалектического «антитетиче­ского» метода построения мира в познании. Панлогический универ­сализм Гегеля основан на абсолютизации объективно-идеалистиче­ской «отрицательной» диалектики сознания в отличие от онтологи­ческого и пантеистического универсализма позднего Шеллинга, ос­нованного на «позитивной» «идеалреалистской» диалектике синтеза натурфилософии, мифологии и христианского откровения. Абстрак­тно-натуралистический антропологический универсализм Фейерба­ха был замешан на абсолютизации якобы неизменной природы чело­века и развитии религии как духовной основы общества и истории.

Универсализм классического позитивизма (Конт, Литтре, Спен-сер, Милль) отличается от идеалистических и материалистических форм универсализма прежде всего тем, что, идя по пути феномена­лизма, усматривает общее не в сущности вещей, а в их связях и зако­нах, синтезирующих эти связи, которые последовательно открыва­ются науками: математикой, астрономией, физикой, химией, биоло­гией, социологией. Реальные вещи определяются законами универ­сальной эволюции – движением от простых форм к сложным, соче­танием дифференциации и интеграции форм, порядка и прогресса.

Марксистский абстрактно-диалектический и идеолого-догма-тический социальный универсализм означал абсолютизацию соци­альных противоречий и социального насилия как способа их разреше­ния (пролетарской революции и диктатуры пролетариата, его пар­тии и государства), социального равенства – как уравниловки, социаль­ной справедливости – как единого распределения, социального един­ства – как единообразия, социальной однородности – как унификации.

В XX в. выделяются гносеологический универсализм неопо­зитивизма (Карнап, Тарский, Рассел, Витгенштейн и др.), пытающе­гося создать общую логику и методологию, а также общий язык нау­ки; «синтетический» универсализм неотомизма (Жильсон, Маритен, Сертийанж, Бохеньский и др.), сочетающий основы католицизма с «дополняющими» их идеями различных форм философии и современной науки; антропологический универсализм персонализма, экзистенциализма, философской антропологии, исследующий универса­лии сущности человека (свобода, ответственность, открытость, уни­кальность, незавершенность, творчество, вина, страх и др.), методо­логию которого определяет антропоцентризм. Особую форму пред­ставляет социологический универсализм О. Шпанна, основанный на идеях Платона и Аристотеля, немецких мистиков и идеалистов, осо­бенно Гегеля. Он создал учение о категориях, в центре которого на­ходится категория «целостность».

Итак, обобщая историю философского универсализма, можно дать ему следующую общую характеристику как тенденции построе­ния (парадигмы) философского знания. Мир (универсум) понимается как бесконечное упорядоченное целое, система, части которой пред­ставляют собой меньшие миры и определяются путем дедукции из основных свойств универсума. В центре внимания универсалистов были три основные проблемы – соотношение частей универсума; со­отношение общего и единичного в универсуме; соотношение целого и частей в универсуме. Решение этих проблем выразилось соответст­венно в трех принципах – всеединства (или всеобщего изоморфизма, то есть взаимного подобия в сущности элементов универсума между со­бой и универсуму в целом), общности (примата общего над единич­ным) и целостности (примата целого над своими частями).

Кроме этих основных характеристик, большинству прежних форм универсализма были присущи субстанциализм, системность, рационализм, редукционизм, жесткий детерминизм, которые не пре­дставляются неизбежными свойствами всякого универсализма.

Камнем преткновения прежнего, классического, универсализма явилась главная проблема всякой науки и философии – проблема соотношения общего и единичного, которую он не смог убедительно решить вследствие абсолютизации общего и недооценки единичного.

Однако признание этого недостатка отнюдь не отрицает про­дуктивности парадигмы философского универсализма вообще, ибо эта парадигма соответствует самой специфике философии как зна­ния о всеобщем, а требует, очевидно, коррекции этой парадигмы.

В XIX и особенно в XX вв. философия все более ста­новилась служанкой политики, разные формы философии использо­вались для «теоретического обоснования» различных социальных и политических доктрин и течений, например геополитики, технокра­тизма и пр. Философский универсализм при этом сыграл особо заме­тную роль, послужив методологической опорой двух ведущих форм социального универсализма в XX в. – тоталитаризма и глобализма. Неубедительное решение проблемы соотношения общего и единич­ного прежним универсализмом отразилось в практике этих форм са­мым наглядным и пагубным образом.

Практическим вдохновителем и проводником современного глобализма выступил международный капитал во главе с американс­ким. И нынешняя практика глобализации, по сути, выражает стремле­ние США к мировому господству. Начавшись с экономической экс­пансии, она все более втягивает в свою орбиту политику, культуру и другие сферы общественной жизни стран мира, подчиняя их амери­канским стандартам. Такая универсализация выливается в примитив­ную унификацию – насаждение единых (американских) шаблонов экономики, политики, культуры, стереотипов сознания всем наро­дам. Она подрывает национальный суверенитет и национальную ку­льтуру стран, увеличивает разрыв и отчуждение между богатыми и бедными, обесценивает роль государства и профсоюзов в защите ин­тересов и прав граждан. Эта псевдоуниверсализация противоречит универсальной сущности человека и культуры и поэтому вызывает все нарастающий протест общественности по всему миру. Ее может и должна преодолеть гуманистическая универсализация (глобализа­ция), диалектически сочетающая общее и единичное, не теряющая в общечеловеческой цивилизации и культуре ее неповторимых локаль­ных, индивидуальных форм. Ведь без сохранения этих индивидуаль­ных форм и их взаимной коммуникации общечеловеческая цивили­зация и культура, которая питается их «соками», потеряет поддержку и в конце концов придет в упадок. Об этом говорит история мировых типов культуры и цивилизации.

Таким образом, практика современного глобализма подтвердила недостатки прежнего универсализма и тем самым востребовала его новой, более адекватной бытию формы. Такой формой представляется гуманистический универсализм. Сохраняя преемственность в отношении позитивного ядра классического уни­версализма (принципы всеединства, целостности, общности), гуманистический универсализм призван преодолеть его недостатки – субстанциализм, абсолютизацию общего, абстрактный рационализм, редукционизм, жесткий детерминизм. Соответственно предстает образ нового универсализма со следующими чертами.

Мир понимается как вечная и бесконечная идеально-матери­альная реальность, единое целое, универсальная система, состоящая из бесконечного множества взаимноизоморфных миров разных мас­штабов, форм и уровней развития. Ему свойственны движение, про­тиворечивость, относительная иерархическая упорядоченность час­тей, их равнозначимость для гармонии и устойчивости целого.

Главный предмет гуманистического универсализма – человек, сущность которого – потенциальная универсальность, а основное противоречие – между этой универсальностью и реальной специали­зацией. Это противоречие вызвано действием социальных законов разделения труда и конкуренции производителей на рынке и в ком­муникации. Оно будет постепенно ослабевать и частично разрешать­ся по мере развития самодеятельности и универсального образования.

Отличительные идеи гуманистического универсализма – это идеи несубстанциальности бытия, несистемного статуса философии (всякая система знания является односторонней, а также чревата догматизмом), вза­имной дополнительности различных течений философии, синтеза их жизнеспособных элементов.

Исходным принципом гуманистического универсализма явля­ется принцип всеединства (или универсальности). Согласно ему лю­бой объект познания – часть бесконечного целого, Универсума, отра­жающая его основные свойства и закономерности и связанная со все­ми другими его частями, и потому она является микроуниверсумом. Принцип универсальности характеризует и само знание. Наука, ис­кусство и прочие формы знания – духовные универсумы, а знаки их языков – микроуниверсумы, поскольку их семантика отражает весь язык. С другой стороны, принцип всеединства требует всестороннего подхода к объектам, формам и методам познания.

Принцип автономности конкретизирует любой универсум че­рез относительную независимость и несводимость его частей, уров­ней, процессов как основу его иерархической упорядоченности. Этот принцип противостоит абсолютизации общего и единичного, а также фундаментализму и редукционизму.

Принцип неопределенности отвергает абсолютную определен­ность, безупречную «строгость» (полноту и точность) теоретических построений, определений и обоснований как иллюзорные, фактичес­ки невыполнимые претензии, игнорирующие бесконечное многооб­разие, изменчивость и противоречивость Универсума, моменты бес­порядка и спонтанности в нем. Он противостоит жесткому детерми­низму и строгому рационализму классического универсализма.

Принцип динамического (колебательного) равновесия утверж­дает стабильность и гармонию в Универсуме. Противоположные эле­менты, силы, стороны, процессы Универсума уравновешиваются во всеобщем балансе своего взаимодействия, взаимно ограничивая силу и сферу своего влияния и тем самым обеспечивая относительную устойчи­вость его частей, свойств, связей, законов. Но это равновесие не ста­тичное, а благодаря противоречиям периодически нарушаемое, дина­мическое, что придает бытию определенный ритм колебаний.

Принцип соревнования-синтеза означает, что развитие частей и областей Универсума, а также идей и теорий осуществляется путем взаимодействия их противоположностей, основными стадиями кото­рого выступают их соревнование-сопротивление, соревнование-со­действие и соревнование-слияние, конечным моментом которого яв­ляется их переход путем синтеза в качественно новое образование.

При таком понимании противоречия его ведущим аспектом призна­ется позитивный, соревновательный, творческий аспект взаимодей­ствия противоположностей, а его негативный, конфликтный, разру­шительный аспект, в отличие от гегелевско-марксовского подхода, рассматривается как дополнительный, экстремальный.

Принцип критического гуманизма требует не слепой любви и уважения к человеку, а запрещает его идеализацию и абсолютиза­цию, отвергает антропоцентризм, признающий человека высшим со­зданием природы и мерой всех вещей, что утверждал классический гуманизм. Высшей мерой всех вещей и человека служит Универсум, ибо абсолютное выше относительного, вечное – временного, беско­нечное – конечного. Возможности человека широки не только в по­зитивном направлении, как полагали старые гуманисты, но и в нега­тивном, как показала история. Поэтому критический гуманизм тре­бует от человека самокритичности и ответственности перед Универ­сумом за нарушение его законов и гармонии окружающей среды.

Принцип методологической сдержанности характеризует но­вый универсализм не как безупречное «научное мировоззрение», «итог и высшее достижение всей предшествующей философии» (как преподносила себя марксистская философия), а как духовную лабо­раторию, исследующую основные проблемы человека и общества как особых универсумов и методологию их относительного решения.

Принцип осторожного обобщения предохраняет от ошибок не­обоснованного обобщения и искусственного синтеза. Суть познания связана с обобщением и синтезом, но обобщение обычно упрощает и в чем-то искажает реальность, лишая ее полноты, конкретности, ин­дивидуальности. Поэтому обобщать необходимо осторожно, неспеш­но, избегая категоричности и абсолютизации. Обобщения необходи­мо периодически пересматривать и корректировать. Научной и социальной ценностью обладает объективно общее, возникшее естест­венно в самой жизни, а не навязанное ей извне волюнтаристами.

Принцип духовной свободы, или внепартийности, исключает примат и диктат политики и идеологии в отношении философии как противоречащий ее творческому духу и бескорыстному поиску исти­ны волюнтаризм, особо вредный субъективизм и, в сущности, утон­ченный аморализм, порабощающий и извращающий познание, дис­кредитирующий духовную культуру и в конечном счете ведущий все общество к стагнации. Политика должна не властвовать над филосо­фией, а основываться на ней, поскольку философия обобщает резуль­таты науки и практики и выявляет сущность и закономерности вся­кой деятельности, в том числе политической. Гуманистический универса­лизм призван обосновывать политику гуманную и реалистическую.

Кроме указанных принципов, парадигма гуманистического уни­версализма включает и другие принципы современной научной мето­дологии: принципы историзма, дополнительности, соответствия, си­стемности, относительности, плюрализма и др.

В заключение укажем, как нам представляются сильные и сла­бые стороны парадигмы универсализма.

Универсализм соответствует специфике философии как зна­ния о всеобщем и поэтому выступает ее ведущей парадигмой.

Универсализм максимально учитывает бесконечность как пол­ную среду своих объектов и потому дает более полное знание о них.

Строя универсум рассуждения об объектах, универсализм ис­пользует метод универсального синтеза, что позволяет получать бо­лее объективное знание об этом универсуме и его частях.

Определяя объекты, исходя из целого универсума рассужде­ния, универсализм использует метод дедукции, дающий более точ­ное знание.

Синтезируя позитивные элементы различных систем и тече­ний философии, современный гуманистический универсализм поз­воляет постепенно сокращать односторонность и гипотетичность философского знания и строить его более надежный универсум.

Но познавательные возможности парадигмы универсализма не безграничны. Его недостатки являются продолжением его досто-ин­ств, а именно: неизбежная незавершенность синтеза как универсума рассуждения, так и универсума философии поддерживает некото­рую неопределенность знания об универсуме рассуждения и о внут­реннем строении его объектов. Определяя отдельные объекты как следствие и конкретизацию общих свойств их универсума, то есть пра­вильно выделяя общее в объектах как их сущность, классический универсализм вместе с тем не учитывал их единичное, особенное. Вот почему парадигма универсализма должна сочетаться с пара­дигмой атомизма, позволяющей получать более строгое знание о строении объектов, поскольку внешняя и внутренняя детерминации предполагают и дополняют одна другую в универсуме всеединства, формируя целостность объектов.

Универсализация знания со временем будет нарастать, отра­жая и стимулируя, с одной стороны, движение современного науч­ного и гуманитарного сознания от земного к космическому изме­рению, а с другой стороны, процессы социальной интеграции государств и народов на почве утверждения и развития общече­ловеческих интересов и ценностей. Философия гуманистического универсализма и призвана по-своему ответить на этот вызов исто­рии, предложив обществу новые, более надежные духовные опоры для устойчивого развития человеческого взаимопонимания, взаимосовершенствования и взаимодействия со всем Универсумом.