Криминализация общественных отношений социума России


скачать Автор: Романенко М. В. - подписаться на статьи автора
Журнал: Выпуск №3(24)/2001 - подписаться на статьи журнала

Процесс современной трагической трансформации нашего общества от социализма к капитализму, т. е. контрреволюционный процесс, который противоречит коренным интересам и историческим традициям русского, российского народа, ведёт к эскалации разрушительных социальных процессов, тотальной социальной антагонизации общественного бытия страны. В результате так называемой ельцинской эры разрушены основные направления нашей государственности, культуры, науки, социально-экономи­ческой жизни. Социологи Института социально-политических исследований выявили, что по 24 показателям Россия перешла красную черту, за которой начался необратимый процесс разрушения страны, вплоть до перерастания его в национальную катастрофу[1]. Общество переполнено агрессией, озлобленностью, ненавистью, страхом[2]. Люди боятся быть раздавленными «катастройкой» (А. А. Зиновьев). Россия антагонистически отчуждена от самой себя, т. е. от прогрессивного развития и собственной безопасности[3]. Это планово управляемый процесс, который реализуют хозяева западного мира и внутренние криминально-компрадорские силы. Выдающийся русский мыслитель А. А. Зиновьев, характеризуя современное состояние России и перспективы ее развития, на круглом столе говорил: «Россия деградирует. Россию убивают. Идет война... Бжезинский говорил, что русских хватит и тридцати миллионов, а Тэтчер заявила: зачем тридцать, когда хватит пятнадцати миллионов. И это приводится в исполне­ние!.. Решается историческая судьба России и русского народа: быть нам или не быть в истории в качестве значительного феномена. Хозяева западного сверхобщества дав­но решили: не быть! Запланировано не просто ликвидировать коммунизм – это лишь предлог, – а вообще стереть Россию с лица земли и вычеркнуть из истории, чтобы вообще воспоминания о ней не осталось никакого. Вот что надо понимать как аксиому, если мы хотим противостоять этому»[4].

24 апреля 1990 года Е. Гайдар в газете «Правда» опубликовал статью «Прыжок к рынку», где призывал: «Надо лишь крепко зажмуриться и прыгнуть в неизвестность». С тех пор более чем десятилетняя стратегия «управляемого хаоса», турбулентная хаос-эволюция привели к тому, что общество начало формировать свою систему законов естественного выживания, что резюмированно выражается в формуле «человек человеку волк» и когда целью общества становится выживание наиболее сильных. Это ведет, и неизбежно, к усилению, разрастанию социальных патологий (олигархизации власти, коррупции, пауперизации, алкоголизации, маргинализации населения и др.). Такой больной социум продуцирует, по словам юристов, «глобальную мафиезацию общества»[5]. В этих условиях происходит ускоренная криминализация всех общественных отношений в экономической, политико-правовой, социальной, духовно-нравственной сферах жизнедеятельности общества, которая приобретает угрожающий характер[6].

С середины 80-х годов наше общество прошло три этапа криминализации. Первый – когда партийно-государ­ственная элита (номенклатура) стала превращать государственную («ничейную») собственность в «свою». Второй – когда в идущий передел собственности включился преступный мир. Третий продолжается и сейчас. На очереди распродажа собственности естественных монополий, железных дорог, учебных заведений, спортивных сооружений и др. В процессе осуществляющейся с грубейшими нарушениями законов приватизации – «аферы ХХ века» – (по словам Ю. Лужкова), образовались так называемые «большие семьи», основу которых составляли родственники и лица, лично им преданные. Эти семьи скрывали налоги от государства, переводили прибыль за границу, организовывали «теневое» производство, в том числе и преступное – производство наркотиков, порнографии и др. В условиях, когда большинство рядовых граждан были дважды крупно ограблены и брошены на произвол судьбы без средств к существованию, образование полукриминальных и криминальных «малых семей» по типу «больших семей» стало способом выживания многих слоев населения. Эти семьи охватили, как правило, организацию малого и среднего предпринимательства и почти всего бизнеса. Особенно легко подобные «семьи» создаются среди молодежи. Большая часть общества стихийно структурируется по новому принципу, где первичной ячейкой становится «семья» полукриминального и криминального типа.

В стране, где, по словам президента, буйствует «произвол чиновников и разгул криминала», наряду с «официальным обществом» функционирует и расширяет свои масштабы «криминальное общество», системообразующим фактором которого служит организованная преступность как система организованных преступных формирований и их криминальной деятельности. Организованная преступность включает 60–70 тысяч преступных банд, шаек, клик, групп, которые объединены в более чем 5 тысяч крупных бандформирований и преступных сообществ, которые, в свою очередь, включены в более чем 150 ассоциаций. По данным МВД, оргпреступность контролирует более 40% ВНП, 41 000 предприятий различных форм собственности, почти все предприятия сферы услуг и торговли (свыше 500–550 тысяч фирм), свыше 500 банков. Оргпреступность ныне институциализирована, т. е. сформировались устойчивые преступные социальные группы, за которыми закреплены функции (роли), которые они реализуют, моральные нормы, традиции и обычаи, которым они следуют, сложилась система санкций поощрений и наказаний, т. е. своеобразная криминальная субкультура. Оргпреступность вооружена самым современным оружием, вплоть до пушек[7]. В стране насчитывается более 3 тысяч «воров в законе», многие из которых участвуют в сходках, съездах местного, региональ­ного и общероссийского уровня, на которых определяются стратегия и тактика преступной деятельности, решаются конфликтные ситуации, вопросы подготовки смены (кадров), а также «денежного общака». Оргпреступность ставит своей задачей постепенно подчинить своему влиянию неорганизованную, прежде всего уличную, преступность, а также профессиональную. По оценкам экспертов-криминологов, только оргпреступность насчитывает 5–6 миллионов человек, из них 1 миллион наиболее активных.

Оргпреступность превратилась в относительно самостоятельную, самовоспроизводящуюся социально-полити­ческую и экономическую силу, отчуждённую от общества и находящуюся с последним в непримиримом конфликте, в антагонизме. Она способна конкурировать с официальными органами власти, подчинять их своим интересам, навязывать им свою волю в решении экономических, политических и культурных задач. Экс-президент констатировал: «Криминальные группировки уже настолько сильны, что способны реально влиять на положение дел в отдельных регионах и отраслях экономики, в том числе и ключевых»[8]. Это в первую очередь регионы – Северный Кавказ, Красноярский край, Урал, города – Санкт-Петербург, Москва, Екатеринбург. «Новая газета» писала недавно, что начиная от уличной проститутки до губернатора в Екатеринбурге все ходят под Федулевым.

По уровню преступлений наше общество, в котором с 1950 по 1985 гг. была самая низкая преступность в мире, догнало и перегнало «развитые» страны. С учетом латентной преступности на сто тысяч населения ныне совершается шесть с половиной тысяч преступлений. Эксперты считают, что ежегодно совершается около 30 млн преступ­лений, а регистрируется на порядок ниже. В исправительных учреждениях на 100 000 человек около 1000 заключённых – это самый высокий показатель в мире. Мы занимаем первое место в мире также по количеству умышленных убийств, это в 2,5 раза больше, чем в США. По данным Ш. Султанова, в сферу российского криминального общества втянуто около 25–30 миллионов человек, а по данным других экспертов – значительно больше. Каждый четвертый взрослый мужчина имел судимость. Наряду с традиционными появились новые виды преступности в хозяйственной, финансово-кредитной и банковской системе, наркобизнесе, автобизнесе и нефтебизнесе, торговых организациях и товаропроводящих сетях, во внешнеэкономической торговле, в топливно-энергетичес­ком комплексе, добыче и переработке полезных ископаемых, особенно в добыче драгкамней и цветных металлов, в туристическом бизнесе, экологической сфере, в области авангардных технологий, выборных кампаниях и т. д., т. е. практически во всех ячейках функционирования общества. Это так называемая «кооперативная»[9], «компьютерная», «информационная», «финансовая», «беловоротничковая», «киберпреступления»[10] и др. виды преступности. Рэкет пытается контролировать поведение крупных отрядов представителей наёмного труда как в частном, кооперативном, акционерном секторе, так и на государственных предприятиях. Вне правового регулирования функционирует «теневая экономика», составляющая 45-50% (на Кавказе – 80%) ВНП и в которой занято более 30 миллионов человек. Криминализация тесно сопряжена с коррупцией, которая «проникла везде и повсюду»[11]. Правительственная «Российская газета» сообщает, что рядовой гражданин «сталкивается с коррупцией и продажностью чиновников едва ли не на каждом шагу». На Конгрессе социологов в Санкт-Петербурге в сентябре 2000 года приводились примеры из местных газет, где напечатаны прейскуранты взяток в зависимости от ранга «благодетеля».

Тотальная криминализация (мафиезация) общества и государства ведут к тому, что в криминальную, противоправную деятельность вовлекается всё большее число граждан из всех слоев, классов, страт общества, в том числе и из слоев ранее «благополучных» (врачи, инженеры, учителя, деятели культуры, научные сотрудники, офицеры[12], работники милиции, суда и прокуратуры, ФАПСИ, ФСБ, ФПС, СВР, МЧС, таможня, налоговая служба, преподаватели вузов)[13]. Трагически складывается положение выпускников сиротских учреждений. По данным Генпрокуратуры, 40% их выпускников становятся алкоголиками и наркоманами, 40% совершают преступления, 10% кончают жизнь самоубийством и только 10% адаптируется к нормальной жизни. В 1991 г. удельный вес в общем числе преступлений выглядел следующим образом: рабочие – 52,3%, служащие – 6,5%, колхозники – 5%, учащиеся – 9,7%. В 1998 г. по сравнению с 1997 г. в составе выявленных лиц, совершивших преступления, прирост женщин составил 17,3%, не имеющих постоянного источника дохода – 11%, безработных – 4,9%, ранее судимых – 3,8%. Однако за 1993–1998 гг. снизился удельный вес рабочих с 31,6 до 25,8%, служащих – с 4,2 до 3,8%. В то же время увеличилось количество преступлений лиц, не имеющих постоянного источника дохода, – с 34 до 53,9%, наблюдался рост числа преступлений среди предпринимателей, в финансово-кредитной сфере, среди госуправляющих, представителей исполнительной и законодательной власти, суда и прокуратуры.

Особенно опасно увеличение числа преступников из числа молодёжи, подростков и детей. В 1997 г. среди выявленных преступников молодежь и подростки (от 14 до 29 лет) составляли 54%, среди осуждённых – 54,6%, в 1999 г. последних было 56,7%. Две трети подростков, отбывших наказание в колониях, возвращаются в преступный мир. В 1999 г. по сравнению с 1998 г. рост преступности несовершеннолетних увеличился на 10,2%, а подростков – на 11,3%. По данным ГУВД Москвы, сегодня подростки убивают в 20 раз чаще, чем их родители 20 лет назад. Инспектора ПДН мрачно шутят: преступность омолаживается такими темпами, что скоро злодеев будут забирать в тюрьму прямо из песочницы.

Криминализация всех общественных отношений в условиях девальвации моральных ценностей, резкого снижения духовно-нравственного потенциала социума, правового беспредела, циничного беззакония, невысокого уровня раскрытия преступлений, снижения порога ответственности за совершённые преступления и отмена смертной казни, катастрофическое понижение ценности человеческой жизни привели к тому, что поведение и деятельность, в том числе и трудовая, граждан начинает проходить на грани нарушения норм права и морали, что свидетельствует об институализации неправовой свободы. Решающую роль в пове­дении приобретают неправовые факторы: сила денег, сила власти, тайные соглашения, давление прессы, политические отношения и др. Правовые нормы составлены так, что допускают различную интерпретацию. От ловкости специалистов-юристов часто зависит исход дела: оправдание криминальных действий влиятельных лиц, криминальных групп.

Социологические исследования показывают, что с точки зрения отношения людей к совершению преступлений можно выделить 3 типа личностей, рекрутируемых из всех без исключения слоев общества. Первый тип – если человек убежден, что может избежать наказания, то совершает преступление. Второй тип — если потенциальные выгоды от сознательного нарушения норм права и морали перевешивают потенциальное наказание, то он готов совершить преступление. Третий – если человек совершил преступление и не осужден, то он не чувствует себя преступником (не пойман – не вор), и никакие моральные нормы не удержат его от совершения нового преступления. Рецидив во всех видах преступлений в 1999 г. составил 33,6%. Криминализация менталитета всецело характерна и для молодежи. По данным социологической лаборатории МГУ им. М. В. Ломоносова, каждый пятый молодой россиянин (от 17 до 19 лет) мечтает о взятке, каждый четвертый считает нормой уклонение от уплаты налогов, 38% – рассматривают обман, как «самый что ни на есть подходящий путь для приобретения материальных благ».

Главная причина нарастания криминализации всех чрезвычайно поляризованных и дезинтегрированных классов, слоев, групп, их менталитета и деятельности – это абсолютное обнищание народа и усиление безработицы, процессы чудовищной эксплуатации и угнетения, люмпенизации и маргинализации, фрустрации и социально-психологической депрессии населения. Российский независимый институт социальных и национальных проблем в октябре 1999 г. на основе социологических исследований сообщал, что «более половины россиян находится в состоянии подавленности и страха». Даже по явно заниженным данным Госкомстата, с доходами ниже прожиточного минимума находится свыше половины населения страны, т. е. люди не могут прокормить себя и свои семьи. Всецело подтверждается общесоциологическая закономер­ность – максимум преступлений при минимуме благосостояния. Безработица (явная и скрытая) составляет 15–17% (в Чечне – 90%) трудоспособного населения, это более 20 миллионов человек. Среди молодежи безработица составляет 45–46%, среди женщин, например, Псковской области – 67%.

По данным американских экспертов, в «сером» и «черном» рынке России занято около 83% населения, где, как и на легальном, процветают обман, воровство, обмер, обсчет, обвес, шулерство. Экономист Н. Шмелев отмечает, что в доходах населения зарплата занимает 30–35%. «Где же остальное берут? А черт его знает, где. Как-то мухлюют, что-то продают, перепродают»[14]. (Обратите внимание на язык члена-корреспондента РАН). Как утверждает газета «Уолл-Стрит джорнал» (США), «сегодня в глазах большей части мира слова «россиянин» и «вор» практически стали синонимами». Кражи составили почти половину всех зарегистрированных преступлений в 1999 г.: из 3002 тыс. – 1414 тыс. плюс к этому – 139 тыс. грабежей.

Катастрофическое обнищание населения, бедность и нищета, крайне низкая оплата труда (3–4% от уровня США), задержки с выплатой заработной платы, отсутствие источников для получения средств существования, невозможность достичь успеха, прославляемого как высшая ценность, особенно у молодежи, некриминальными средст­вами, толкает людей на нарушение морали и норм права, неумолимо влечет их на «дно» общества. По данным Института социально-экономических проблем народонаселения РАН, обитателями «социального дна» являются 14 миллионов человек: 4 миллиона бомжей, 3 – нищих, 4 – беспризорных детей, 3 – уличных и привокзальных проституток. Астрономически увеличивается число наркоманов, алкоголиков, больных СПИДОМ, инвалидов. Последних только учтенных – 6,2 миллиона человек. В Концепции охраны здоровья до 2005 г. говорится, что потребляют наркотики более 3 млн человек, из них две трети составляет молодежь до 30 лет. Процент курящих людей поднялся с 45 до 70%.

Криминальному «заражению» всех слоев общества активно и целеустремленно способствуют масс-медиа: газетные и телевизионные духовные «киллеры», которые в условиях социальной аномии и амбивалентности социальных ценностей навязывают обществу культ жестокости и насилия, порнографии и пошлой «культуры кока-колы» американского образца[15], проповедуют индивидуализм и закононенаказуемую вседозволенность, формируют и пропаган­дируют облик современного героя – дельца теневой экономики и лидера уголовной среды, умеющего «делать деньги» и строить свое благополучие всевозможными, аморальными, в том числе и криминальными, способами. По данным Комитета молодежи при Правительстве РФ, 6%, т. е. 2 миллиона, молодых людей готовы убить человека, если им хорошо заплатят, а 30% студентов готовы за большие деньги строить предприятия, которые экологически очень опасны для окружающей среды и людей. Происходит приучение населения к антисоциальному, антиправовому и антигуманному поведению и действию, особенно в области трудовых отношений. Труд перестает быть общественно-значимой ценностью. Проникновение рыночных отношений, коммерциализация подорвала мораль даже в тех сферах, где общество не может без нее обойтись, ибо там, где поведение диктуется соображениями выгоды, успеха и направлено на максимизацию прибыли, человек пренебрегает требованиями морали и социальными ценностями[16]. Вот уже десятый год мы живем как бы вне и без морали и настолько привыкли к этому, что, кажется, даже и не нуждаемся в ней – и в политике, и в экономике, и в повседневном обиходе. Все большее проникновение рынка в сферы деятельности юриста, врача, политика, педагога, ученого, работника искусства, не говоря уже об экономической деятельности, приводит к тому, что нормальная жизнь граждан начинает проходить на грани нарушения правовых и моральных норм. Некоторые слои населения практически уже не мыслят своей жизни (или не хотят или не могут) без противоправной и криминальной деятельности. Из их лексики начинает исчезать понятие «законность», оно заменяется новым, отнюдь не синонимичным словом «легитимность»[17].

Духовный беспредел, криминализация общественного сознания усугубляются тем, что власть перестает считаться с населением, отчуждена от него, «неоднократно обманывала народ» (Г. А. Зюганов). По социологическим исследованиям, только 1% населения считает, что власти проявляют заботу о нем, только 3% – доверяют милиции. Потерпевшие граждане часто обращаются не в милицию, а в криминальные структуры за решением возникающих проблем. Сами же правоохранительные органы «во многом превратились из правоохранительных в правонарушающие, репрессивные органы, в источник повышенной опасности для населения», обостряют отношения народа и власти. В стране идет криминально-гражданская «война» полукриминальных и криминальных структур с законопослушным населением.

Нарастающая криминализация социальных отношений, госструктур, политических и общественных организаций создала прямую, реальную угрозу безопасности личности, общества и государства[18]. В новой редакции «Концепции национальной безопасности РФ» говорится, что «криминализация общественных отношений», сращивание «исполнительной и законодательной власти с криминальными структурами... приобретает особую остроту». В Федеральной целевой программе борьбы с преступностью на 1999‑2000 гг. говорится о том, что, несмотря на все усилия, преступность приобретает характер реальной угрозы национальной безопасности страны. Юристы с тревогой отмечают, что «права на жизнь в России не существует, есть вероятность не погибнуть, некая вероятность выживания – не более того»[19]. В стране числится 300 тысяч детей до 16 лет пропавшими без вести, ежегодно бесследно пропадает до 80 тысяч человек, регистрируется более 30 тысяч убийств (из них 20 тысяч заказных), ежегодно только от водки (некачественной) погибает более 27 тысяч человек, страна занимает одно из первых мест в мире по количеству суицидов (в 1997 году на 100 тысяч человек населения – 38 суицидов, предельно-критический уровень – 20).

Сложившаяся ситуация в стране способствует превращению криминального сценария общественного развития в наиболее реальный. Общественное сознание граждан фиксирует этот феномен. Усиливается грозная опасность прихода во власть финансово-коммерческих магнатов и их политических менеджеров, некоторые из которых уже сейчас в механизме власти занимают высокие должности[20]. Депутат Госдумы С. Говорухин в книге «Великая криминальная революция» предупреждал, что мы можем получить «парламент, состоящий на две трети из ставленников криминальных структур, а в кресло Президента сядет настоящий стопроцентный Пахан... Все это и будет победой Великой Криминальной революции»[21]. На возможность установления «диктатуры бандократии» мною было указано на «круглом столе» Криминологической ассоциации в 1992 г.[22]

Наблюдается усиливающийся процесс сращивания, слияния преступной среды с органами, ведущими борьбу с преступностью. Всё чаще в газетах появляются такие строчки: «В банду торговцев оружием входили милиционеры и работники прокуратуры», «Банду автоугонщиков возглавлял автоинспектор». За 1999 г. по данным МВД, свыше 14 000 сотрудников МВД было привлечено к административной и уголовной ответственности. Главное управление кадров и кадровой политики МВД сообщило, что с начала 2000 г. уволены из МВД 100 тыс. человек, по «дискредитирующим причинам», а 16 тыс. – привлечено к ответственности. Выражая бессилие в борьбе с преступностью, представители милиции заявляют, что мафия бессмертна, что её ликвидировать никогда не удастся, что мафия помогает обеспечивать порядок, успешно разрешает конфликты, что с мафией можно и нужно договариваться. Подобные мотивы прозвучали и в выступлениях на Первом Всероссийском социологическом конгрессе на секции «Девиантное поведение и социальный контроль», в частности в докладе проф. Я. И. Гилинского.

На массовом, обыденном уровне уже обозначился социально-психологический сдвиг, который вовлекает всё большее количество населения в полукриминальные и криминальные отношения, превращая девиантное, делинквентное, преступное поведение и деятельность в необходимый и обычный, повседневный атрибут жизни. Происходит «криминализация русского языка»; зэковская философия, тюремные блатные песни, сленг, воровские законы, т. е. криминальная субкультура, проникли во все слои общества и успешно правят бал. В молодежной среде утвердилась матерная брань как нормальное средство общения. Абсолютное большинство СМИ всецело этому способствуют. Россия всё более превращается в «уголовно- мафиозное государство» (А. А. Зиновьев), «олигархически-криминальное государство» (Г. А. Зюганов), в «бандитский капитализм» (Б. Немцов), «грабительский капитализм» (Д. Сорос). Страна при наличии ядерного оружия, при криминальном сценарии и его реализации в жизнь превратится в смертельную угрозу для всего человечества.

С точки зрения криминализации общества проекция сегодняшних тенденций на ближайшую перспективу будет выглядеть следующим образом:

• будет наблюдаться увеличение общего числа преступлений;

• усиление криминализации всех без исключения слоев населения;

• рост преступности будет увеличиваться главным образом за счёт лиц, не имеющих постоянного источника доходов, безработных, беженцев, лиц без гражданства;

• увеличится доля женщин в общем числе преступников и преступлений;

• возрастёт молодёжная преступность, в том числе детская, преступность «помолодеет»;

• увеличится доля слоев, групп населения, для которых преступность является основным источником средств существования;

• повысится уровень интеллектуализации преступной деятельности за счёт вовлечения в преступную деятельность врачей, деятелей культуры, научных сотрудников, учителей, офицеров, представителей правоохранительных органов и спецслужб;

• численно возрастёт количество нелегальных структур в социостратификационной структуре;

• возрастёт качество опыта, изощрённость форм и методов, в том числе конспиративных, криминальной деятельности, усилится её организованность и целостность (самовоспроизводящаяся система);

• активизируется профессиональная преступность;

• будет совершенствоваться процесс разделения труда и его специализация в криминальной деятельности;

• усилится политизация организованной преступности, возрастет опасность криминального сценария развития России;

• усилятся связи отечественной оргпреступности с международной (транснациональной) преступностью. (Европа, Северная Америка, Ближний Восток, Китай, Турция, Прибалтика);

• будет продолжаться дальнейший криминальный территориальный передел как внутри страны, так и за рубежом.

Эти тенденции развития преступности, включая и организованную, получат благоприятную почву в связи с принятием бюджета на 2001-й и принимаемого на 2002 год. По мнению экспертов, его реализация может привести к новому дефолту, к снижению темпов экономического развития, снижению оплаты труда. Критикуя проект плана правительства, директор Института социально-экономических проблем народонаселения РАН академик Н. Римашевская, выступая на научном совете при Совете безопасности РФ, сказала, что реализация социальной части программы правительства означает непосредственную угрозу главному богатству страны – человеческому потенциалу, поскольку усилится поляризация и обнищание основной массы населения, ослабеет генофонд нации, возрастёт социальная напряжённость. «У нас давно нет одной для всех страны, – сказала академик, – есть Россия богатых и есть Россия бедных»[23]. Реализация новых программ нынешнего правительства, разработанных неолибералом Грефом и его командой до 2010 г., создаст благоприятную почву для роста (вглубь и вширь) преступности, что приведёт к ухудшению и обострению криминальной обстановки в стране, увеличит вероятность криминального сценария развития нашего государства.

Имеется ли возможность избежать криминального сценария (модели) развития нашего общества в современных условиях? Да, пока имеется. Россия обладает «великими возможностями» (Г. В. Осипов), всеми необходимыми людскими, производственными, научными, природными ресурсами для самостоятельного, самодостаточного и эффективного развития, создания «условий для благополучной жизни людей и для процветания нашей Родины» (В. В. Путин)[24]. И внешнеполитические условия весьма благоприятны для России – это её выгодное геополитическое положение. «Две трети мира возлагает надежды только на Россию, – писал академик Г. В. Осипов, – Россия находится в центре мироздания, через неё могут осуществляться все пути и связи, почему же это не использовать»[25]. Для этого необходимо радикально изменить вектор социально-политического и экономического развития страны, т. е. разрешить противоречие между коренными национальными интересами и действиями внешних и внутренних антироссийских сил, направленных на уничтожение страны. Программы прогрессивного развития, разработанные лучшими научными школами, промышленниками и финансистами, имеют патриотические силы страны, в частности блок «За Победу», Институт экономики РАН, которые предлагают свою российскую модель прорыва в XXI век с учётом отечественного и мирового опыта, менталитета (архетипа) русского, российского народа. Для этого необходимо поставить под контроль народа государственную власть на всех уровнях, пересмотреть «приватизацию – это колоссальное преступление» (А. Солженицын)[26], создать условия для разумного сочетания различных форм собственности (государственной, частной, акционерной, кооперативной, семейной, смешанной и др.), поднять престиж человека труда, уровень и качество жизни, вытеснить теневую (неформальную) экономику. Осуществление подобных мер привело бы к подрыву, а затем и к ликвидации основных причин, питающих преступность, против которой необходимо повести беспощадную борьбу, опираясь на поддержку народа. При этих условиях спецслужбы вместе с правоохранительными органами своими специфическими методами и средствами могут внести решающий вклад в дело борьбы с преступностью и коррупцией.

Общественное мнение россиян готово изменить вектор развития страны, а также готово к борьбе с криминалом. Социологические исследования показывают, что абсолютное большинство населения считает направление изменений в обществе с начала перестройки неправильным. По данным Фонда общественного мнения, только 6% респондентов считают, что Россия идет по «верному пути»[27], 73% граждан обладают протестным потенциалом, из них 15% готовы взяться за оружие, 42% настроены революционно, их полностью не устраивает существующая политическая система[28]. По данным НИИ МВД, 23% россиян готовы к крайним методам борьбы, вплоть до вооруженного восстания[29].

Дальнейшее прогрессивное развитие нашей страны связано не с её капитализацией и американизацией и не с криминальным сценарием развития, а с построением инфор­мационного общества передовых (авангардных) технологий социалистической ориентации, где торжествует принцип социальной справедливости, неоантропогенной цивилизации, где в условиях соучастия (сохозяина) каждого работника в коллективной (общественной) собственности на орудия и средства производства на базе самоуправляющихся ассоциаций и подчинения обществом своей воле и контролю общественных стихийных сил исторического процесса будут созданы материальные и духовные условия для всестороннего развития всех и каждого, для безграничного совершенствования человеческой личности, для реализации творческого потенциала любого конкретного человека и общества.

[1] Россия в поисках стратегии: общество и власть М., 2000, С. 5; Россия: преодоление национальной катастрофы. М., 1999. С. 251–252.

[2] Актриса Галина Польских на заданный вопрос корреспондента ответила так: «Жить страшно. Страшно возвращаться поздно домой (на меня уже несколько раз нападали, вырывали сумку из рук). За дочерей страшно. Ho, конечно, я верю в лучшее. А иначе как дальше жить?» (Московский комсомолец. 13.03.2000. С. 4).

[3] Романенко М. В. Феномен отчуждения и безопасность России // Социальная и духовная безопасность России. М., 1995; Романенко М. В. Россия в тисках максимизации отчуждения // Будущее России и новейшие социологические подходы. Ч. 1. М., 1997.

[4] Независимая газета. 15.11.2000. С. 13.

[5] Гулиев В. Е., Колесников А. В. Отчужденное государство. М., 1998. С. 91.

[6] См. Лунеев В. В. Преступность XX века. Мировой криминологический анализ. М.,1999; Романенко М. В. Криминализация социальных отношений в современной России // Организованная преступность в России: философский и социально-политический аспекты. М., 1999; Романенко М. В. Криминализация социальных отношений в трансформирующейся России // Социология и общество: Тезисы Первого социологического конгресса «Общество и социология: новые реалии и новые идеи». СПб., 2000; Романенко М. В., Мехед Н. Г. Социально-философские проблемы феномена организованной преступности // Участие органов госбезопасности в борьбе с организованной преступностью: Сборник научных статей. М., 1992.

[7] Газета «Московский комсомолец» от 6 мая 1999 г. сообщала, что на вооружение бандитов в Подмосковье поступили пушки (с. 1).

[8] Российская газета. 31.03.1999. С. 3.

[9] Суть «кооперативной» преступности состоит в том, что в сговор с преступными кланами вступают предприниматели, бизнесмены, фермеры по поводу и с целью удерживать монопольную цену, а также деятельности, наносящей ущерб здоровью людей (изготовление некачественной продукции и изделий) и окружающей среде (прежде всего природной).

[10] Об опасности киберпреступлений говорится в «Коммюнике совещания» «Группы восьми» на Окинаве (Япония). В нем указывается, что набирают силу «киберпреступления, которые могут серьезно угрожать безопасности и доверию в глобальном информационном обществе» (Независимая газета. 28.07.2000. С. 4).

[11] Характеризуя «качество и количество» российской коррупции, В. В. Путин заметил, что «уровень коррупции в стране такой, что если к каждому таможеннику приставить по милиционеру, то и того купят» (Московский комсомолец. 27.07.2000. С. 1).

[12] В 1999 г. каждый девятый военнослужащий совершил преступление, из них офицеров и старших офицеров более 50 процентов. (Убийства, коррупция, хищение оружия и военного имущества, разбой, грабеж, взятки, похищение людей и др. – таков неполный список преступлений в армии.)

[13] «Комсомольская правда» от 28 июня 2000 г. сообщала о взятках в вузах г. Ульяновска: «Почти все ульяновские вузы поражены коррупцией» (С. 7). В Кабардино-Балкарском университете «криминал «патронирует» даже студенческие стипендии. В день их выдачи можно по мордасам схлопотать и остаться без стипендии».

[14] Советская Россия. 6.04.2000. С. 6.

[15] Актриса Нина Русланова, говоря о засилии американизма в русской современной культуре, отмечала: «Сплошная американизация. Выхожу на улицу – вокруг все надписи на английском языке. Смотрю телевизор – по всем программам американское кино, и хорошо, если два фильма наших. Я боюсь, что это все для нас плохо кончится, если наш Путин, который закончил НАШУ школу и благодаря НАШЕЙ школе стал НАШИМ президентом, не перестанет поддерживать эту американскую дикость и насаждать нам американизм. Оставьте нам Россию!». (Московский комсомолец. 9.10.2000. С. 2). Если в 1985 г. отечественная кинопродукция составляла 74%, а зарубежная – 25%, то в 1994 г. отечественные фильмы только – 14%, а остальную часть – зарубежные, в том числе 71% – американские. Каждый второй кинозритель в возрасте 11–18 лет является страстным поклонником кино США, а в возрасте 11–25 лет – таких две трети. (См.: Молодежь: будущее России. М., 1995. С. 142.)

[16] См.: Сорос Дж. Кризис мирового капитализма. М., 1999. С. 222.

[17] Романенко М. В. Криминализация общественных отношений – угроза безопасности России // Научная конференция (Ломоносовские чтения): Тезисы докладов МГУ им. М. В. Ломоносова, апрель 2000. М., 2000.

[18] Первый заместитель министра иностранных дел В. Козлов, характеризуя современную преступность, говорил: «Я могу привести просто сотни примеров, когда руководителя предприятия, даже госпредприятия, «заказывает» его заместитель. Когда мужа заказывает жена. Человеческая жизнь сегодня ничего не стоит. У нас нет каких-то серьезных рамок порядочности. Я давно уже работаю в органах внутренних дел, но меня некоторые случаи просто ошарашивают. Когда пятилетние-шестилетние дети могут забить мужика на улице... Что происходит?!» (Московские новости. № 44. 7–13 ноября 2000. С. 15).

[19] «Судя по всему, российское общество выходит на последний виток своей деградации... Точнее, его выводит на этот виток окончательно деградировавшая власть. Метастазы криминализации поразили уже все общество, начиная от первых лиц государства и заканчивая пенсионерами, которые получают пенсии ниже прожиточного минимума и потому сплошь и рядом выживают, только тем или иным способом нарушая законы», – писала «Новая газета» от 27 марта–2 апреля 2000 г., с. 4.

[20] По опросам Института социологии парламентаризма в 1994 и 1997 гг., на вопрос о том, кто осуществляет, на ваш взгляд, государственную власть в РФ, 43% опрошенных в 1994 г. и 51% в 1997 г. ответили – криминальные структуры, мафия, и только 30% в 1994 г. и 29% в 1997 г., – госаппарат, чиновники. При выборах депутатов в нынешнюю Государственную думу было обнаружено более 50 человек с криминальным прошлым либо настоящим. Сегодня при выборах во многих областях РФ руководящих органов, как показывают наблюдения политологов, основная борьба за выборные должности развёртывается между «левыми» силами и криминальными структурами. Нередко и сейчас можно встретиться с фактами преступной деятельности депутатов на разных уровнях государственной власти. «Новая газета» от 27.03–2.04.2000 г. сообщала, что «полным ходом идёт формирование региональных властных группировок. Среди них имеются уже полностью сформировавшиеся территориальные сообщества – приморское, сверд­ловское, башкирское, питерское, дагестанское… Они возглавляются губернаторами» (с. 4).

Характеризуя процесс криминализации власти, «Новая газета» в том же номере писала: «Криминальный способ существования заключается в получении доходов с нарушением законов. И необязательно только писаных. Криминализация верховной власти началась с легализации всех видов финансовых махинаций и завершилась приватизационной кампанией. Сначала мошеннически обобрав граждан, затем украв и их общее имущество, властное сообщество автоматически изменило свою природу на чисто криминальную. Даже стало ботать по фене» (с. 4).

[21] Говорухин С. Великая криминальная революция. М., 1993. С. 41.

[22] Организованная преступность–2. М., 1993. С. 125.

[23] Независимая газета. 5.08.2000. С. 1.

[24] Российская газета. 11.07.2000. С. 3.

[25] Завтра. № 31 (август). 2000. С. 3.

[26] 102 депутата – представители всех фракций и групп Государственной думы призвали президента и правительство, нефтяные компании, которые были приватизированы незаконно, возвратить «истинным хозяевам: государству и трудовым коллективам – это не передел собственности. Это акт высшей социальной справедливости» (Советская Россия. 14.10.2000. С. 1.). Генпрокуратура России недавно возбудила 32 уголовных дела по незаконной приватизации государственной собственности.

[27] Власть. 2000. № 7. С. 56.

[28] Левашов В. К., Локосов В. В. и др. Как живёшь, Россия? Вып.8. М.: ИСПИ РАН, 1998. С. 18–21.

[29] Социально-гуманитарные знания. 2000. № 1. С. 162.