Марксизм и метанаука


скачать Автор: Арон Р. - подписаться на статьи автора
Журнал: Философия и общество. Выпуск №1(22)/2001 - подписаться на статьи журнала

Современный мир характеризуется обострением межэтнических конфликтов не только в экономически отсталых государствах, но и в развитых странах, где, казалось бы, высокий уровень жизни не должен порождать никаких национальных и этнических проблем. Такое положение вещей требует от обществоведов по-новому взглянуть на такие фундаментальные понятия, как «нация», «национализм», «сепаратизм» и т. д.

Начнем с анализа понятия нации в марксизме. В отечественной литературе советского периода доминировало сталинское определение нации, хотя оно подверглось острой критике после XX съезда КПСС. Сталин писал: «Нация есть исторически сложившаяся устойчивая общность людей, возникшая на базе общности языка, территории, экономической жизни и психического склада людей, проявляющегося в общности культуры»[1].

Немецкий исследователь А. Козингтак определяет нацию: «Нация — устойчивая историческая общность людей, представляющая собой форму общественного развития, сложившуюся на базе общности экономической жизни в сочетании с общностью языка, территории, особенностями культуры, сознания и психологии»[2]. И наконец, приведем определение нации, данное профессором Ю. И. Семеновым. «Нация, — пишет Ю. И. Семенов, — есть совокупность людей, имеющих одно общее отечество»[3].

Обратимся теперь к немарксистским представлениям и концепциям нации. Еще в прошлом веке известный французс-

кий историк христианства Э. Ренан писал, что «нация предполагает героическое прошлое, единую волю в настоящем и общую программу действий в будущем... Жизнь нации есть ежедневный плебисцит»[4]. Ренан не дает определения нации, но подчеркивает, что нация должна иметь единую волю и общую программу действий. Иными словами, нация есть некое целостное социальное образование, имеющее общие интересы и цели.

Соотечественник Ренана выдающийся французский материалист XVIII века Гольбах понятия нации и народа употреблял как синонимы. Он писал: «Итак, нации всегда подчинены естественным законам: им также не дозволено наносить друг другу вред, уничтожать друг друга, лишать друг друга преимуществ, которыми они пользуются, как и члену общества не дозволено вредить другим его членам. Каждый народ имеет те же обязанности по отношению к другому народу, что и человек по отношению к другому человеку; каждая нация должна проявлять к другим нациям справедливость, чистосердечие, человечность и оказывать им помощь, поскольку она желает всего этого и для себя самой. Каждая нация обязана уважать свободу и владения другой нации»[5].

П. Сорокин тоже уделял внимание вопросам нации и национальных отношений. В статье «Основные черты русской нации в двадцатом столетии» он выражает недовольство исследованиями, посвященными проблемам нации. По его мнению, в этих исследованиях нация определяется расплывчато и туманно. «Большинство исследований имеет дело не столько с нациями, сколько с индивидами — немцами, французами, банту или африканцами, сравнивая их с представителями какой-либо другой группы (половой, расовой, территориальной, экономической, образовательной)»[6].

Нельзя, отмечает П. Сорокин, характерные черты отдельных индивидов приписывать группам, в данном случае нации, отражающей общие и существенные черты индивидов в целом. П. Сорокин так определяет нацию: «...нация является многосвязной (многофункциональной), солидарной, организационной, полузакрытой социокультурной группой, по крайней мере отчасти осознающей факт своего существования и единства. Эта группа состоит из индивидов, которые: 1) являются гражданами одного государства; 2) имеют общий или похожий язык и общую совокупность культурных ценностей, происходящих из общей прошлой истории этих индивидов и их предшественников; 3) занимают общую территорию, на которой живут они или жили их предки»[7].

Приведенные дефиниции нации свидетельствуют о том, что нет единого мнения относительно характерных признаков нации. Но несомненно одно: нация возникает вместе с формированием буржуазных общественных отношений и национальных государств. Понятие нации есть социально-политическое, а не этническое понятие. Поэтому можно сказать, что формирование нации представляет собой политический процесс. В ходе этого процесса начинает формироваться и гражданское общество как совокупность неофициальных организаций и учреждений, действующих в рамках принятых юридических законов и норм. В состав одной и той же нации могут входить разные этнические образования. Кроме того, нация дифференцирована внутри себя. Люди, образующие нацию, имеют разные политические, идеологические, религиозные и иные убеждения. Они относятся к различным социальным классам, группам, слоям и т. д. У них разные интересы. Но вместе с тем они образуют некую общность и имеют общие интересы. Момент общности нации и общий интерес находят свое выражение в национальном государстве, представляющем собой политическую форму организации общества. Государство для нации есть своего рода общий дом, в котором она развивает свою культуру, проявляет себя, обретает, так сказать, свое лицо. Без государственного образования нет нации. Понятие нации подчеркивает, что все люди, живущие в данном государстве и имеющие гражданство этого государства, независимо от их этнической принадлежности, составляют единую нацию.

Теперь рассмотрим соотношение понятий «нация» и «национализм». Прежде всего подчеркнем, что происхождение национализма связано с возникновением национальных государств или же со стремлением этносов создать собственные государственные образования и тем самым превратиться в нации. В международном плане национализм нередко есть стремление защитить свой национальный суверенитет. В обоих случаях понятие национализма имеет позитивный смысл, поскольку речь идет либо о создании собственного национального государства, либо о защите суверенитета и независимости национального государства. Но данное понятие приобретает негативный смысл тогда, когда носители национализма проповедуют ненависть к другим этносам и нациям и исходят из чувства национального превосходства. Такой национализм не способствует установлению мира между народами, отвергает равенство всех наций и этносов. Такой национализм носит реакционный характер, он наносит ущерб не только другим нациям, но и тем, кто его пропагандирует.

В литературе нередко выделяют три вида национализма: этнический, государственный и бытовой. Этнический национализм связан с борьбой этноса за создание собственного государственного образования. Этот процесс сложен и мучителен. Дело в том, что, с одной стороны, этнос не может превратиться в нацию без собственной государственности. Более того, как писал Гегель, народ без государственного образования не есть политический народ. Гегель подчеркивал, что «народ как государство есть дух в своей субстанциальной разумности и непосредственной действительности, поэтому он есть абсолютная власть на земле; следовательно, каждое государство обладает суверенной самостоятельностью по отношению к другому. Быть таковым для другого, т. е. быть признанным им, есть его первое абсолютное право»[8].

Происходившие после второй мировой войны национально-освободительные революции носили характер этнического национализма. Цель этих революций — освобождение от колониального ига,-создание национальных государств, в рамках которых можно развивать экономику, культуру, образование и т. д.

Государственный национализм предполагает защиту национальных интересов. Дело в том, что любое государство имеет свои интересы и оно стремится их защищать. Интересы делятся на экономические, политические, духовные и т. д. Экономические интересы предполагают защиту национальной экономики. Это особенно важно в современном мире, когда сложилось единое мировое экономическое пространство, происходит острая конкуренция товаров. Государство обязано использовать соответствующие механизмы и средства для того, чтобы произведенные товары успешно конкурировали на мировых рынках. Многие государства, особенно великие державы, для защиты своих экономических интересов используют даже вооруженное насилие или применяют экономические санкции против неугодных им государств.

Государство проводит определенную внешнюю политику, направленную на защиту политических интересов. У каждого государства есть такие интересы. Мир представляет собой огромное политическое пространство, которое поделено между всеми государствами. Крупные государства занимают больше политического пространства, чем небольшие государства. У крупных государств политические интересы носят геополитический характер. Иными словами, их интересы распространяются на регионы, континенты, а то и на весь мир. Супердержава, например, претендует на то, что ее жизненные, то есть геополитические интересы, находятся во всем мире. Так, США как супердержава считают, что везде и всюду они должны играть ключевую роль, поскольку это отвечает их геополитическим интересам.

Бывший президент США Р. Рейган утверждал, что Соединенные Штаты являются маяком надежды для всех стран мира. А известный американский политолог 3. Бжезинский прямо заявляет: «Поскольку подражание американскому пути развития постепенно пронизывает весь мир, это создает более благоприятные условия для установления косвенной и на вид консенсуальной американской гегемонии. Как и в случае с внутренней американской системой, эта гегемония влечет за собой комплексную структуру взаимозависимых институтов и процедур, предназначенных для выработки консенсуса и незаметной асимметрии в сфере власти и влияния. Американское глобальное превосходство, таким образом, подкрепляется сложной системой союзов и коалиций, которая буквально окутывает весь мир»[9].

Государство защищает свои духовные интересы. Речь идет о культурных ценностях, о традициях и обычаях, об информации. Культурные ценности играют исключительную роль в формировании мировоззрения граждан. Поэтому государство стремится к тому, чтобы духовное производство в первую очередь занималось производством национальных духовных ценностей. То государство, которое проводит политику производства и воспроизводства духовных ценностей общества, получает поддержку своих граждан. Эти ценности передаются из поколения в поколения и тем самым сохраняется самоидентификация народа, осознание им своего места и своей роли в историческом процессе в целом.

А теперь перейдем к межнациональным отношениям и к их регулированию в странах Запада. Мы берем Запад, потому что, как нам кажется, он дает интересный пример регулирования межэтнических конфликтов. Но вначале подчеркнем, что причины возникновения межэтнических конфликтов имеют комплексный характер. Иными словами, нельзя, скажем, выделить только экономические причины и думать, что достаточно поднять жизненный уровень всех этносов данного государства и автоматически будут решены все межэтнические противоречия. Нужно брать в комплексе экономические, политические, духовные и иные аспекты. На Западе, например, более или менее высокий уровень жизни, тем не менее мы являемся свидетелями многих межэтнических конфликтов.

Возьмем Канаду. Она является многонациональным государством (британцы составляют 28%, французы 23%, живут там немцы, поляки, украинцы, венгры, греки и др.). Как там решаются межэтнические проблемы? Федеральное правительство стремится к тому, чтобы проблемы межнациональных отношений решались цивилизованно и исключительно мирным путем. Оно проводит политику защиты культурных ценностей всех этносов. Признается равенство английского и французского языков, но вместе с тем обеспечиваются языковые права всех остальных этнических групп. Кроме того, многое делается для того, чтобы устранить культурные барьеры и тем самым дать возможность всем этническим группам принимать активное участие в жизни всего канадского общества, обмениваться культурными и иными достижениями. Все это способствует сплочению всех граждан независимо от их этнической принадлежности.

Если говорить о более конкретных мерах, то нужно отметить, во-первых, выдачу государственных финансовых средств на реализацию специальных проектов по изучению истории тех или иных этнических групп. Во-вторых, правительство поощряет деятельность молодежи, связанную со сближением культур разных народов, с пропагандой национального равенства. В-третьих, очень большое значение придается усилению обменом культурными ценностями, изучению взаимосвязи языков, традиций и обычаев различных этносов. В-четвертых, оказывается федеральная помощь детям иммигрантов в изучении английского и французского языков. В-пятых, очень сильно поощряется деятельность музеев, в которых представлены культурные ценности различных этносов Канады.

В Канаде большое значение придают научным исследованиям, посвященным истории народов Канады. Следствием этих исследований явился пересмотр некоторых установок концепции многокультурности. Например, программа исследований этнических отношений вначале включала только два раздела: 1) привлечение профессорско-преподавательского персонала к чтению лекций в канадских университетах по этническим вопросам и 2) исследование межэтнических отношений. Но затем к этим двум разделам добавили третий с начала 80-х годов: финансовое обеспечение. Оно осуществлялось федеральным и провинциальными правительствами в основном в виде дотаций на реализацию тех или иных проектов или программ, связанных с развитием культур этносов.

Однако нельзя не обратить внимание на то, что недостаточное финансовое обеспечение политики поощрения всех этнических культур было одной из причин возникших трудностей межэтнического характера. Политика многокультурности не оказала значительного влияния на повышение жизненного уровня этнических общностей Канады. И тем не менее данная политика в целом способствовала стабилизации межэтнических отношений. Кроме того, не следует забывать, что принцип многокультурности юридически был закреплен как в принятом федеральным парламентом Канадском Акте о правах человека (1977), так и в хартии прав и свобод Конституции Канады (Акт о Канаде, 1982).

Перейдем теперь к Великобритании. Британское правительство в конце XX столетия приняло ряд мер по стабилизации этнических отношений. В частности, была предпринята попытка восстановить автономные органы в национально-территориальных образованиях. Однако эта попытка провалилась. Например, англо-ирландское соглашение относительно Ольстера, заключенное 15 ноября 1985 года, не смогло разрешить конфликт с Северной Ирландией. Пока же отметим, что конституционный статус Северной Ирландии определен как временная внутренне отсроченная автономия с перспективой достижения суверенитета. Но этот суверенитет возможен только при консенсусе двух ирландских общин — католической и протестантской, достижению которого так или иначе препятствовала позиция самого британского правительства, поддерживающего основные политические партии протестантской общины. Это обстоятельство может сыграть негативную роль в нагнетании напряженности в межэтнических отношениях Великобритании.

В свое время с восторгом писали о заключении в апреле 1998 года исторического соглашения о политическом урегулировании в Ольстере. Соглашение было подписано лидерами восьми партий и организаций Северной Ирландии, а также главами правительств Великобритании и Ирландии. Оно предусматривает создание Северо-ирландской ассамблеи из 108 депутатов. Из их числа выбираются 12 министров, которые берут на себя функции правительства Ольстера, правда, с ограниченными правами и обязанностями.

Однако по существу не ликвидирован основной «детонатор» конфликта — вопрос о будущей принадлежности Ольстера. Радикально настроенные представители католической общины Ольстера настаивают на том, чтобы Северная Ирландия стала частью соседней Ирландии. Большинство же протестантов считает, что Ольстер должен остаться частью Соединенного Королевства. Не решен вопрос и разоружения террористических группировок обеих общин. Споры ведутся и относительно освобождения боевиков обеих общин, которые были осуждены за террористические акции. Вместе с тем попытки диалога между общинами могут усилить консолидацию ирландского общества и способствовать обострению противоречий между Северной Ирландией и Англией.

На дальнейшее развитие указанных тенденций существенное влияние может оказать соотношение сил, связанных с формированием этнического самосознания. Речь идет о трех силах. Во-первых, есть сторонники полной интеграции Северной Ирландии в Великобританию. Они в основном представлены проживающими в ирландском регионе англичанами. Во-вторых, речь идет о сторонниках протестантского движения. В-третьих, весьма активны сторонники воссоединения Северной Ирландии с Ирландской Республикой.

Нельзя не остановиться еще на одном вопросе. Дело в том, что активизировалось этническое движение в Шотландии и Уэльсе. Его лидеры потребовали обратить внимание на экономическое развитие регионов, предоставить им политическое самоуправление и создать условия для сохранения и развития местных языков этнических культур. Британское правительство пошло на некоторые уступки. Прежде всего оно расширило сферу преподавания родного языка в школе. В 1967 году открыли радиовещание, а в 1980 году — телевещание на валлийском языке. Была также предоставлена возможность принятия регионального законодательства.

Проведенные опросы в Шотландии показали, что идею автономии поддерживают около 80% ее жителей, но на референдуме только 51,5% высказались за автономию. Такую разность, видимо, можно объяснить двумя обстоятельствами: во-первых, нет уверенности в том, что новый статус резко улучшит социально-экономическое положение коренных жителей региона. Во-вторых, центральная власть в кризисных ситуациях идет на уступки, что дает возможность сохранить приверженность населения регионов к существующему статусу.

Теперь обратимся к Франции. Во Франции нередко обостряются отношения между центром и периферией (Бретань, Корсика, Каталония), а также между коренным населением и иммигрантами. Французское правительство сделало определенные шаги по урегулированию межэтнических отношений. Так, в 1982 году были официально признаны культуры и языки этнических меньшинств. В школе начали изучать корсиканский, бретонский, фламандский и другие языки. На радио и телевидении созданы специальные программы, посвященные этническим меньшинствам. Корсике предоставляется статус автономии, ограниченной, правда, сферами образования и культуры. Сложнее обстоит дело с иммигрантами из Азии и Африки. Французское правительство официально уравняло в правах иммигрантов из стран ЕЭС с коренным населением, но иммигранты из Африки, составляющие основную часть иностранной рабочей силы, фактически лишены элементарных прав.

Таким образом, федеральные власти в рассмотренных нами странах пытаются решить проблемы межэтнических отношений в основном через развитие культуры и языка. Этот способ решения проблем иной раз приносит определенные положительные результаты. Но тем не менее межэтнические конфликты продолжаются, иной раз даже приводят к вооруженным столкновениям. Многие этносы требуют вообще отделиться и образовать собственные государства. В чем причины таких сепаратистских настроений? Причин много. Мы назовем из них несколько. Во-первых, продолжается неравномерное развитие национальных окраин, все ярче проявляются различия в социальной структуре, свидетельствующие об ущемлении интересов малых этнических групп. Во-вторых, разрушаются традиционные отрасли промышленности, что приводит к разрушению традиционного образа жизни в национальных регионах. У этнических меньшинств появляется чувство подавленности и комплекс неполноценности, что ведет к обострению межэтнических противоречий. В-третьих, повышение образовательного уровня людей, рост уровня жизни, рост возможностей получения информации способствуют усилению формирования самосознания этносов, что, естественно, стимулирует проявление этнической самоидентификации и сепаратизм. В-четвертых, бюрократизация социальных и политических институтов вызывает у этнических меньшинств недовольство и создает иллюзию, что эту бюрократизацию можно устранить в случае образования самостоятельного государства. В-пятых, глобализация средств массовой информации приводит к ущемлению развития этнических культур, что не может не вызывать чувство протеста со стороны этнических меньшинств. В-шестых, снижение уровня рождаемости, а также процессы ассимиляции порождают сепаратистские настроения. И, наконец, в-седьмых, практически все регионы, где в настоящее время сильны националистические и сепаратистские настроения, были в свое время аннексированы нынешними федеральными центрами. Поэтому при обострении отношений с центральными властями возникает сильное желание «освободиться» от центра.

Этнические меньшинства сформировали политические партии националистического толка, которые выступают за создание самостоятельных национальных государств. Кроме того, возникли различного рода террористические организации, которые путем террора хотят решить этнические проблемы. Так, Фронт национального освобождения Корсики с 1971 года ведет вооруженную борьбу за отделение острова от Франции. Террористическая организация ЭТА требует выхода Басконии из состава Испании и создания баскского государства. Она совершила ряд террористических актов против центральной власти Испании. Ирландская республиканская армия (ИРА) пытается силой оружия добиться вывода британских войск из Северной Ирландии и воссоединения обеих частей острова.

Террористические группировки воплощают вполне законные чаяния, недовольство, обиды и гнев дискриминируемых этнических меньшинств. Но методы их борьбы крайне опасны: во-первых, они ведут к бессмысленным человеческим жертвам, погибают ни в чем не повинные люди. Во-вторых, они только накаляют обстановку, вызывают ненависть не только центральной власти, но и всего населения страны.

Нельзя не заметить, что с приходом к власти левых правительств во многих развитых странах мира наметилась позитивная тенденция к пересмотру взаимоотношений центра и этнических меньшинств. Так, если в Великобритании в эпоху правления консерваторов стремились к усилению роли центральной власти, то с приходом к власти лейбористов Шотландии предоставили право иметь свой парламент. То же самое происходит в Канаде. Находящаяся у власти Либеральная партия Канады в отличие от Прогрессивно-Консервативной партии выступает за диалог с лидерами квебекских сепаратистов и за возможность предоставить Квебеку особый статус внутри канадской федерации.

В заключение отметим, что регулирование Межэтнических конфликтов не только на Западе, но и во всем мире имеет исключительное значение для будущего развития человечества. В двадцать первом веке и третьем тысячелетии человечество должно решить глобальные проблемы (проблемы войны и мира, экологии, демографии, здравоохранения и др.), иначе оно просто-напросто может погибнуть. Мировая цивилизация будет стабильно развиваться лишь при условии разрешения перечисленных проблем, гармонизации национальных и наднациональных интересов. Культуры всех народов, их национальная самоидентификация, их традиции и обычаи должны сохраняться и вместе с тем развиваться в общем русле мировой цивилизации.

[1] Сталин И. Соч. Т. 2. 1907—1913. М., 1946. С. 296.

[2] Ленинизм и национальный вопрос в современных условиях. М., 1974. С 23

[3] Семенов Ю. И. Секреты Клио. Сжатое введение в философию истории М., 1996. С. 56.

[4] См. книгу: Национализм: теория и практика. М., 1994. С. 13.

[5] Гольбах. Избр. произв.: В 2 т. М., 1963. Т. 2. С. 112.

[6] Сорокин П. А. Основные черты русской нации в двадцатом столетии. В книге: О России и русской философской культуре. Философы русского после-октябрьского зарубежья. Н. А Бердяев, Б. П. Вышеславцев, В. В Зеньковский, П. А. Сорокин, Г. П. Федотов, Г. В. Флоровский. М., 1990. С. 464.

[7] Сорокин П. А. Основные черты русской нации в двадцатом столетии. В книге: О России и русской философской культуре. Философы русского послеоктябрьского зарубежья. Н. А. Бердяев, Б. П. Вышеславцев, В. В. Зеньковский, П. А. Сорокин, Г. П. Федотов, Г. В. Флоровский. М., 1990. С. 466.

[8] Гегель Г. В. Ф. Философия права. М., 1990. С. 365.

[9] Бжезинский 3. Великая шахматная доска. М., 1998. С. 39—40.