Контуры нового мирового порядка


скачать Автор: Гринин Л. Е. - подписаться на статьи автора
Журнал: Выпуск №3-4(77)/2015 - подписаться на статьи журнала

Мировой порядок как система определенных идей и правил, господствующих в международной политике, стал формироваться в Европе начиная с XVI в., окончательно утвердившись в XIX столетии. Однако этот порядок держится обычно в пределах трех-четырех десятилетий, а затем под влиянием изменившихся обстоятельств и нового баланса сил меняется. В настоящее время мы как раз переживаем период смены мирового порядка и начала формирования новой его системы. В статье анализируется начало ослабления мирового порядка, основанного на американской гегемонии, рассматриваются характерные черты и методы, которые используют США для поддержания своих позиций в мире. Автор показывает, почему не могла надолго установиться абсолютная американская гегемония, каким образом глобализация стала более выгодной не для развитых, а для развивающихся стран, как постепенно формировалось убеждение в неизбежности ослабления лидерских позиций США. В статье дается характеристика современного положения в международных отношениях как ситуации, когда началась реконфигурация Мир-Системы, что должно означать наступление эпохи турбулентности и формирования новых коалиций. Это будет своего рода переходная эпоха к более устойчивому новому мировому порядку, становление которого будет непростым. Автор высказывает идеи относительно того, в каком направлении и как этот новый порядок будет формироваться, о возможных принципах этого порядка и механизмах его установления.

Ключевые слова: мировой порядок, глобализация, суверенитет, турбулентность, новые коалиции, дипломатия, гегемония, ослабление США, сверхдержава, дипломатия доллара, санкции, Мир-Система.

The global order as a system of certain ideas and regularities predominant in the world politics had started to emerge in Europe in the sixteenth century and was finally established in the nineteenth century. However, an established world order usually endures for three-four decades and then it changes under the influence of the changing circumstances and new balance of power. At present we have just entered the epoch of the changing world order and the formation of its new system. The present article analyzes the started weakening of the world order based on the American hegemony as well as the characteristic features and methods employed by the USA to support their position in the world. The author shows why the absolute American hegemony could hardly remain for a long time and also the way in which globalization has become more profitable for the developing and not for the developed countries; and also how the idea has been gradually formed of an inevitable weakening of the US positions. The article defines the current situation in the international relations as a started reconfiguration of the World System which marks the beginning of the epoch of turbulent events and formation of new coalitions. This will be a kind of a transition period to a more stable new world order which will be established with difficulties. The author gives some ideas about the possible directions and ways this new order will be established, what will be the principles of that order and possible mechanisms of its maintaining.

Keywords: world order, globalization, sovereignty, turbulence, new coalitions, diplomacy, hegemony, weakening of the USA, superpower, dollar diplomacy, sanctions, World System.

Представления о новом мировом порядке в конце ХХ в.

Понятие мирового порядка даже в условиях глобализации, и тем более применительно к истории довольно аморфно. Вскоре после Первой мировой войны в связи с созданием Лиги Наций американский президент Вудро Вильсон использовал выражение «новый мировой порядок», надеясь, что удастся наконец создать систему международной безопасности и поддержания мира. К тому времени политический порядок в западном мире насчитывал уже не одну сотню лет. Со времен Вильсона мировой порядок изменялся по меньшей мере трижды: между двумя мировыми войнами, после Второй мировой войны, а также после крушения СССР и распада социалистического блока.

Поэтому неудивительно, что в конце 1980-х – начале 1990-х гг. стали активно развиваться идеи о новом мировом порядке, чему также способствовал и нарастающий процесс глобализации, который реально сблизил страны мира и имел целый ряд последствий.

Естественно, представления о новом мировом порядке были прежде всего смоделированы как идея о безраздельном господстве западных экономик, институтов и идей[1], совершенствующих остальной мир. Характеристики нового мирового порядка в ряде работ по этому поводу стали едва ли не синонимичны идее Pax Americana[2]. Взгляды Г. Киссинджера[3] о поиске системы равновесия сил были исключением.

Надо сказать, США немало сделали для того, чтобы доказать идею синонимичности нового мирового порядка и Pax Americana. Они действовали для этого через дипломатическое и экономическое влияние, через международные финансово-экономические институты и договоры, существенно ограничивавшие суверенитет государств, а равно через распространение демократии всеми способами, включая подрывную работу, «цветные революции» и военные интервенции[4].

На первых порах глобализация особенно наглядно проявилась именно в финансовой сфере (в так называемой финансовой революции, благодаря которой капиталы смогли быстро перемещаться по миру: с одной стороны, для этого возникли технологические возможности благодаря развитию ИКТ, с другой – были сняты многие ограничения на перемещение капиталов). Естественно, капиталами обладали ТНК и финансовые организации западных стран. В результате практически стали ставить знак равенства между углублением интеграции мировой экономики и глобализацией[5]. Такая финансовая глобализация одновременно вызвала и большие проблемы, включая многочисленные финансовые кризисы, от которых Запад и международные финансовые организации могли теперь «спасать» попавшие в сложное положение страны, одновременно навязывая им свои стандарты и свою волю.

Неудивительно, что с легкой руки американских политологов глобализация стала представать в некоторых работах как процесс навязывания воли США остальному миру, как процесс установления нового мирового порядка, выгодного Соединенным Штатам[6]. Действительно, влияние США, в том числе в роли мирового жандарма, очевидно и весьма реально до сих пор (также и в культурном плане). И, по мнению многих, глобализация в целом вела к тому, что должен был установиться Pax Americana (то есть американский мир).

Упущенные возможности

Распад СССР создал уникальную (прежде никогда не существовавшую) возможность для того, чтобы наиболее могущественная сила, которая – не без оснований – рассматривала себя как наиболее прогрессивную и динамичную в мире, могла бы принести мировому сообществу наибольшую пользу без чрезмерного сопротивления со стороны геополитических противников. Отметим, что критика международной деятельности США не должна помешать нам видеть значительное позитивное влияние, которое эта страна оказывала в течение десятилетий (и, хотя и в гораздо меньшем объеме, продолжает оказывать и сегодня). Итак, шанс был уникальным, но что получилось в итоге? В целом следует отметить, что результаты оказались далеко не впечатляющими. Если сравнивать с итогами предшествующих десятилетий, то позитивное мировое влияние Соединенных Штатов в 1990–2000-х гг. оказалось намного скромнее. В отличие от серии успешных экономических подъемов в 1950–1980-е гг. (в Японии, Корее, Тайване и др.), вклад в которые со стороны американцев был значительным, в 1990-е и 2000-е гг. с их помощью не произошло ни одного экономического чуда. А те, что имели место, например в Китае, Индии, Вьетнаме и других странах, случились скорее вопреки США[7]. Зато военные действия Соединенных Штатов стали активнее, чем были прежде, вопреки надежде, что теперь мировой порядок станет справедливее. Продвижение демократии, ради которой было сделано столько усилий, совершались интервенции и перевороты, было довольно скромным. Демократия установилась только там, где население было готово к ней и без влияния США. В остальном мире это только дискредитировало демократическую идею[8].

Почему же столь большие возможности не привели к значительным улучшениям не только в мире, но даже и в самих США? Это, конечно, тема особого исследования. Но нельзя не отметить: важнейшая причина коренится в том, что в США политики решили, что в настоящее время у них есть карт-бланш на любые действия. В отсутствие противника (каким был СССР), ради борьбы с которым нужно было уважать интересы союзников, они начинают рассматривать последних только как вассалов. Это еще раз показало, что ограничение силы и власти должно быть обязательным в любом масштабе, неограниченная власть неизбежно допускает злоупотребления. И результатом становится цепь ошибок, несправедливости, преступлений, нарушений международного права. Еще Геродот сделал блестящее заключение о том, что в истории наций наблюдаются три стадии: успех, последствия успеха – высокомерие и несправедливость, а затем уже, как их следствие, падение (привожу в переложении Дж. Неру. – Л. Г.)[9].

В итоге в представлении США мировой порядок стал выглядеть таким, при котором американские интересы становились мировыми (то есть все должны были считаться с ними и почитать за честь выполнять требования США, быть им полезными). А в случае коллизии приоритетом должны были стать именно американские интересы, а американские порядки должны были считаться прообразом мировых. Отсюда учащение попыток навязать внутренние стандарты, законы и юрисдикцию США всему миру. Америка присвоила себе право вмешиваться в дела любой страны, навязывать ей свою волю, добиваться ее исполнения. Нарушение международных традиций и норм было допустимо, если это служило их интересам, соответственно двойные стандарты стали откровенными.

Pax Americana – характерные черты

В принципе, все нижеперечисленные черты и методы американской дипломатии и внешней политики в целом в этот период имели место и ранее, но представляется, что они стали нагляднее, а их обоснование – намного слабее. И хотя многое из перечисленного можно найти и в политике других держав (включая Россию, Китай и другие страны), но в США с учетом их силы и кажущейся неуязвимости они составляют совершенно особую смесь.

1. Злоупотребление силой в ущерб дипломатии, в том числе в отношении союзников. (Так, один американский дипломат, требуя от Пакистана помощи в поимке Бен Ладена, угрожал в случае отказа тем, что Пакистан вернется в каменный век.) С 1945 г. США осуществили много войн и интервенций, но их частота существенно возросла в последние два десятилетия – с 1991 г. по 2011 г.[10]

2. Использование так называемой «мягкой силы» (эвфемизм вмешательства во внутренние дела с помощью различных методов, действуя через различные НГО и НКО вкупе с разведкой и спецорганами) для оказания влияния на правительства, законодателей, бизнес и пр. При необходимости осуществление подрывной деятельности и переворотов, «цветных революций».

3. «Дипломатия доллара» через займы, помощь и пр. Особенно активно стала использоваться путем влияния международных финансовых организаций; усилилась благодаря росту позиции доллара и навязыванию определенных правил работы национальным ЦБ.

4. Узкий прагматизм внешней политики, доходящий до того, что одни действия начинают противоречить другим, а главное – общим целям внешней политики и интересам страны (см. ниже).

5. Перенесение законов бизнеса во внешнюю политику (это выражается, например, в политике обязательного «дожимания» конкурента или союзника, а не нахождения такого компромисса, который обеспечит сотрудничество в будущем). Чрезмерная увязка бизнес-интересов с политикой, когда многие важнейшие мировые проблемы оказываются, по выражению одного дипломата, в «заложниках внутриполитической борьбы»[11], а разведданные используются как для политических целей, так и для бизнес-интересов.

6. Навязывание собственных стандартов (в том числе в политическом и юридическом устройстве), при этом чрезмерное влияние внутренней политики на внешнюю вкупе с высокомерием сверхдержавы часто ведет к тому, что такое поведение оказывается губительным для реципиента.

Формы и методы американского влияния

Из особенностей арсенала внешнего влияния США стоит отметить следующее.

· Расширение форм давления на страны, лидеров, СМИ, бизнес и на любые другие силы для собственных целей (например, шантаж или фабрикация уголовных дел), все более частое применение всего арсенала в совокупности. При этом после 2001 г. стали активно использоваться возможности перехвата электронной корреспонденции и разговоров.

· Подрыв и ослабление национального суверенитета различных государств, а также злоупотребление системой наказаний для тех стран, которые, по мнению США, ведут себя неправильно. В арсенале наказаний изоляция непокорных, использование региональных или мировых коллективных органов (ООН, МВФ, МБ, для этого также очень хорошо пригодилась структура ЕС), понижение рейтингов с помощью рейтинговых агентств и т. п., использование юридических институтов (как международных, так и американских судов) и др. Активно используются санкции, применение которых участилось.

· В ряде случаев применяются военные силы и начинается поддержка вооруженной или иной оппозиции с одновременным и бездоказательным (а иногда и откровенно лживым) утверждением о преступности режима, который необходимо свергнуть.

· Идеологическая работа (активное использование пропаганды в разных видах) усилилась активизацией работы по поиску в разных странах тех, кого можно обучать и соответственно обрабатывать.

В качестве вывода укажем, что, во-первых, вместе с ростом убежденности в своем превосходстве и исключительности указанные методы стали использоваться все активнее в общем балансе внешнеполитической деятельности США; во-вторых, после кризиса и частичного восстановления акцент смещен на силовые моменты, и это неслучайно, так как денег стало меньше, а вызовов лидерству – больше. В-третьих, в период президентства Б. Обамы усилилось давление на союзников и на многие другие общества, с тем чтобы заставить их действовать в угоду США.

Глобальная геополитика Соединенных Штатов базируется на создании превосходства в технологии, военной сфере и финансах, с тем чтобы всегда быть сильнее возможных противников. Следует отметить ее характерные черты:

· стремление установить глобальный контроль над всеми мировыми и по возможности региональными органами и организациями;

· всяческая поддержка гегемонии доллара и американских финансовых институтов;

· контроль или возможность потенциального контроля за наиболее важными ресурсами (возможность блокирования поставок нефти из Персидского залива; в этой же плоскости – попытки контролировать поставки Россией газа в Европу);

· военно-технологическое превосходство, чтобы можно было угрожать и вести войну без жертв со своей стороны. Правда, это не только сила, но и слабость Соединенных Штатов, которая не дает ей возможности довести войну до конца, так как население не готово к таким жертвам (и даже в период Второй мировой войны это помешало США увеличить свою зону влияния), поэтому США готовы блокироваться с различными силами, чтобы использовать людские ресурсы последних;

· попытка ослабления (или возможности ослабления) потенциальных противников[12] и создание атмосферы страха (что США все равно каким-то образом накажут непокорных)[13]. Но такой «инстинкт подавлять любые быстроразвивающиеся государства» является очень опасным как для США, так и для мира в целом[14].

Находясь на самой вершине своего могущества, в 2001 г. США неожиданно получают удар – террористическую атаку 11 сентября. Это было тем чувствительнее, что Соединенные Штаты были всегда уверены, что они недосягаемы для противника, поэтому могут наносить удары, не опасаясь возмез-дия. Однако теракты 11 сентября показали, что это не так. Данный момент становится поворотным пунктом, после которого политика США перестает быть управляемой и приобретает черты какого-то хаотического стремления предотвратить малейшие возможности нанести ущерб Америке любыми способами, а также продемонстрировать, что месть США будет быстрой и ужасной. В итоге после 11 сентября многие черты и меры внутренней и внешней политики становятся гипертрофированными. Соединенные Штаты отказываются от собственных принципов свободы, начинают слежку за собственным населением, а также за лидерами и населением других стран. Они окончательно теряют уважение к нормам международного права и принципу государственного суверенитета[15].

Закат лидерства США и Запада

Однако 11 сентября было не только сигналом о том, что Америка уязвима. Эта дата также совпала в целом с процессом быстрого ослабления лидерских возможностей США, хотя окончательно это стало ясным уже после 2008 г.

Тем не менее о неизбежном закате американского могущества стали говорить еще с 1970-х гг., когда страна столкнулась сразу с политическим, экономическим и валютным кризисами. В эти и последующие годы также нередко прогнозировалось, что Япония сменит США в роли экономического лидера[16]. Но новый всплеск технологической волны в США в 1990-е гг., проходивший на фоне экономической стагнации Японии, показал ошибочность таких взглядов. Лидерство Соединенных Штатов оказалось не только достаточно прочным, но и поднялось на новый уровень в результате распада коммунистического блока и СССР.

Однако именно с 1990-х гг. количество прогнозов относительно неизбежного ослабления американской гегемонии и одновременно грядущего выхода Азии на лидирующие позиции стало увеличиваться[17]. Сначала такие прогнозы воспринимались скептически. Однако по мере нарастания негативных явлений в Америке и успехов азиатских стран идея о закате США становилась все более обоснованной, вызывая в зависимости от предпочтений торжество или тревогу. С 2008 г. (еще до начала глобального кризиса) появляется все больше статей, в той или иной мере утверждавших мысль, что американское могущество под угрозой, оно сокращается, что США перестают быть абсолютным гегемоном, что однополярный мир трансформируется и т. п.[18] Многие из статей носили весьма выразительные заголовки, например: «Иллюзорность американского могущества»[19], «Конец американской эпохи?»[20]; «Падение Америки создает опасные возможности для ее врагов»[21]; «Величие Америки рухнуло и раскололось на куски»[22]; «“Американский век” на закате»[23]. Такого рода статьи постоянно появлялись и появляются[24], хотя некоторая стабилизация американской экономики и активизация в традициях гегемонии внешней политики поддерживают надежды тех, кто верит, что американский век будет длиться долго. Также многие надеются на некое технологическое или иное чудо, которое возродит американскую мощь либо на способность США сдержать соперников[25].

Тем не менее нет сомнений, что гегемонии США, которая длилась более шестидесяти лет, приходит конец. Рано или поздно Соединенные Штаты Америки не смогут более быть лидером Мир-Системы в привычном для нас смысле, в результате чего геополитический ландшафт мира серьезно изменится[26]. Роль США и Запада сократится, а развивающихся стран (особенно крупных) – возрастет.

В то же время надежды некоторых политологов и экономистов на скорый и обвальный крах США беспочвенны: такое сокращение, скорее всего, будет происходить постепенно, по мере того как объективные обстоятельства, включая рост периферийных стран, будут этому способствовать. Как говорит знаток великих держав П. Кеннеди, этот уход будет долгим[27]. Кроме того, необходимо учитывать, что мир в целом пока еще заинтересован в сохранении американского лидерства[28]. Неслучайно с началом кризиса в США (2006–2007 гг.) и некоторым ослаблением внешнеполитической активности стали появляться статьи с весьма выразительными названиями, такие как, например, «Мир хочет, чтобы Америка “вернулась”»[29].

Глобализация меняет расклад сил

Как это ни непривычно звучит, но к настоящему моменту глобализация в целом оказалась полезна развивающимся странам. И в результате к началу глобального экономического кризиса представления о новом мировом порядке с западной гегемонией вошли в явное противоречие с реальными процессами. Что же произошло? Во-первых, ослабели экономический рост и роль западных стран, во-вторых, возросла роль остального мира (развивающихся государств).

Сокращение могущества США и Запада, если рассматривать ситуацию в ретроспективе, было неизбежным. Кризис 2008–2013 гг. только обнажил то, что фактически уже имело место: ослабление главных центров западной экономики и неизбежность утраты Западом абсолютного лидерства. В этом заключается логика истории, которую, правда, до конца еще не все поняли: развитие глобализации с некоторого момента оказалось несовместимым с устоявшейся моделью американской и западной гегемонии[30]. Таким образом, именно глобализация, которую американцы активно навязывали, которую клеймят антиглобалисты всех стран, в которой видят источник трудностей развивающихся государств, и сделала данную тенденцию ослабления богатых стран и усиления бедных неизбежной[31].

Помимо объективных причин, связанных с глобализацией, было, конечно, немало и причин, связанных с неверной политикой США и Запада. Со времени окончания Второй мировой войны установилась уникальная ситуация, когда одна страна – США – стала мировым лидером во многих отношениях: политическом, военном, валютно-финансовом, экономическом, технологическом, инновационном. Поскольку длительное время это лидерство укреп-лялось соперничеством с мировым коммунизмом, объединяя Запад, это одновременно и стимулировало мощную энергию в самих Штатах. С момента распада СССР США стали абсолютным гегемоном. Причем, как ни парадоксально, именно получение статуса абсолютного гегемона способствовало началу заката их могущества. С одной стороны, это ослабило готовность страны и населения к жертвам (которые Америка несла ранее в рамках холодной войны), с другой – на фоне кажущегося всемогущества американские лидеры допустили много ошибок. В различных акциях они растратили запас прочности, что пошатнуло их могущество, накопили непомерные долги, стали детонатором мирового кризиса, последствия которого до конца еще не ясны.

Рис. 1. Изменение доли Запада и остального мира в глобальном ВВП после 1980 г. (рассчитано по паритету покупательной способности 2005 г. в международных долларах)

Источник: World Bank 2014: NY.GDP.MKTP.PP.KD[32].

А за эти двадцать с небольшим лет, с 1991 г., на фоне ослабления Европы и продолжающейся стагнации Японии выросли экономические гиганты в Азии (Китай и Индия), а также появилась целая когорта быстроразвивающихся стран (от Мексики до Малайзии и Эфиопии), которые продолжают расти (хотя и не без трудностей) и займут лидирующие позиции в мире в не столь отдаленном будущем.

Тем не менее ослабление лидерских функций США принесет много проблем. Обычно предполагается, что место Соединенных Штатов как лидера займет ЕС, Китай или кто-то еще (от Индии до России; чаще всего речь идет о Китае). Но это глубокое заблуждение, дело вовсе не обойдется простой сменой лидера. Потеря США статуса лидера приведет к коренному изменению всей структуры мирового экономического и политического порядка, поскольку США сосредоточивают в себе слишком много аспектов лидерства. Это значит, что место в Мир-Системе, подобное положению США, не сможет занять никто, поскольку никто не в состоянии сосредоточить одновременно столько лидерских функций. И поэтому (а также и по многим другим причинам) утрата США роли лидера будет означать глубокую, весьма трудную и кризисную трансформацию самой Мир-Системы, даже ближайшие последствия которой во многом не ясны[33]. При этом еще больше усугубит проблемы нежелание США утрачивать ведущую роль. Поэтому крайне необходимо активно исследовать весь спектр вытекающих из этого процесса последствий для очень многих стран и для всего мира.

Неадекватность принципов и подходов внешней политики США как отражение ослабления их лидерских возможностей

Как уже было сказано, определенную преемственность в подходах к внешней политике и по отношению к союзникам и противникам США, без всякого сомнения, найти нетрудно. Однако создается впечатление, что в последние годы, особенно при Б. Обаме, происходят какие-то негативные процессы во внешней политике США, которые делают ее более непредсказуемой и разрушительной для мира, чем раньше, а Соединенные Штаты оказались в центре иррациональных войн и кризисов[34]. И это притом что во время вступления в должность Обамы в 2008 г. декларировались смягчение и даже смена внешнеполитического курса. Понять смысл и цели этой политики часто довольно затруднительно. С одной стороны, многие ругают Обаму за непоследовательность и мягкотелость[35]. Его есть за что ругать. Но все же представляется, что дело не только в Обаме и его команде. За всем этим чувствуется кризис не только внешней политики США, но и их кризис как сверхдержавы.

Эти сложности и противоречия в последнее время стали очевидны всему миру, в определенной мере объясняют противоречия и сумбурность в самом внешнеполитическом курсе США[36]. Кроме того, как мы говорили выше, узкий прагматизм в политике США начинает превалировать в ущерб общей стратегии, то есть ради конкретной цели могут использоваться средства и силы, с которыми потом придется очень долго бороться. Политика США, образно говоря, заключается в том, чтобы ради непосредственной конкретной задачи выпустить джинна из бутылки, не беспокоясь о том, что в итоге этот джинн окажется неконтролируемым. Так, Соединенные Штаты, по мнению некоторых обозревателей, хотят использовать снятие санкций с Ирана, чтобы окончательно обвалить нефтяные цены, создать российскому газу в Европе сильную конкуренцию, тем самым ослабив экономику и бюджет России[37]. Но что из этого могут выйти неприятности для самих США, кажется, они не хотят видеть[38]. А между тем более вероятен союз Ирана с РФ (уже очевидно просматривающийся в военных операциях в Сирии), что создаст для США и их союзников очень сложную ситуацию (я не говорю уже об охлаждении отношений США из-за Ирана с союзниками – Израилем и странами Залива[39]). Иногда американская политика похожа на тушение пожара керосином. Так произошло с образованием ИГИЛ в результате усилий Соединенных Штатов во что бы то ни стало свергнуть Башара Асада, взращивая оппозицию в Сирии, а также после свержения Саддама Хуссейна, многие офицеры которого теперь служат в ИГИЛ[40].

Многие проблемы США на внешней арене возникают вследствие непрофессионализма дипломатической службы[41] (яркий при-мер тому – деятельность Х. Клинтон в Ливии). Фактически непрофессионалы не понимают, чем грозят те или иные их действия. Это усугубляется отсутствием долгосрочных целей и единства в планировании военных действий и послевоенного устройства[42]. Наконец, и от безнаказанности. Никто не ответил за варварства, тем более никого не привлекли к международному суду за содеянные преступления.

Так или иначе, внешняя политика США выглядит достаточно противоречивой, их взаимодействие даже с союзниками – весьма эгоистичным. Они пытаются не брать на себя каких-то постоянных обязательств и действуют согласно сиюминутным побуждениям, в то же время полагая, что все страны будут с радостью сотрудничать с ними в любой сфере и в любой момент, когда США того пожелают.

В этой противоречивости, однако, очевидно, что Соединенные Штаты пытаются ослабить любой режим, который полностью ими не контролируется, а также стремятся достичь своей цели любой ценой, даже возможным ослаблением отношений с союзниками. Все это выглядит весьма самонадеянно и недальновидно, свидетельствует, с одной стороны, о падении профессионализма в области внешней политики, а с другой – о том, что элита США не в состоянии преодолеть иллюзию своего сверхмогущества. А в целом ведет только к усилению хаоса и появлению сил, которые никто не сможет контролировать. В итоге США могут растратить свое могущество гораздо быстрее, чем в случае взвешенной и реалистичной политики (см. об этом в отношении украинского кризиса мнение С. Коэна[43]). Кроме того, попытками использовать самые разные силы США высвобождают политические амбиции региональных лидеров, таких как Саудовская Аравия, которые начинают вести собственную игру (как в случае с агрессией против Йемена).

В свое время мы указывали, что борьба мирового сообщества с растущим эгоизмом США, не желающих признавать общие интересы, будет составлять главную интригу современного глобального противоречия[44]. Последние годы, особенно в связи с «арабской весной» (а затем и с украинскими событиями), все заметнее это подтверждают[45].

На Ближнем Востоке, особенно в Ираке, Ливии, Сирии и Йемене, но также и в ситуации вокруг Ирана, и в событиях вокруг Украины и других постсоветских стран мы видим сегодня болезненные вариации этой коллизии. Соответственно в ближайшем будущем новые коллизии взаимоотношений между национальными интересами США, с одной стороны, и общемировыми интересами – с другой, будут демонстрировать трансформацию указанного противоречия.

Подобная политика ведет к усилению противодействия США, расколу мира и образованию союзов против Соединенных Штатов. В целом это движение к созданию новых коалиций (как мы и предсказывали[46]). «Китай, Россия и остальной мир, столкнувшись с американскими угрозами и хвастовством, не просто свернут свои знамена и согласятся, что надо слушаться США. Вместо этого они создают альтернативы. И делают это весьма хорошо и быстро. В данный момент переоценка США своих сил не только дает возможность подняться другим державам, она вынуждает их буквально создавать полномасштабную империю»[47]. В свою очередь Америка также стремится к новым коалициям в глобальном масштабе, чтобы сохранить свое влияние и поддержать экономику (см. об этом ниже).

Одна из главных причин текущего кризиса США как сверхдержавы – это их внутренние проблемы. Можно согласиться: сегодня проблема заключается в том, что политическая система США, похоже, утрачивает способность корректировать собственные изъяны[48]. Главная угроза исходит от недостатков американской политической системы, это отмечают и другие аналитики[49].

От однополярного мира к мировому беспорядку?

Бремя единственной сверхдержавы оказывается очень тяжелым. А современный кризис продемонстрировал, насколько затруднительно поддерживать однополярный порядок даже сверхдержаве. Ей приходится считаться с тем, что ее воля сталкивается не просто с желаниями других наций, но уже с региональными, а то и мировыми интересами. Невозможно все время уверять, что интересы США – это интересы мира, немыслимо неопределенно долго нести бремя сверхдержавы, вмешиваясь во все[50]. Неудивительно, что даже претензии на это становятся непосильными, а реакция на нехватку сил – все более нервной.

Итак, по мнению значительного числа аналитиков, однополярный отрезок времени приближается сегодня к своему бесславному концу[51]. Мы уже указывали причины этого. Однако на смену доминированию США пока не пришел никакой внятный новый мировой порядок, поскольку сегодня в мире действует одновременно несколько противоположных принципов, что приводит к ослаблению всех прежних правил. И это неудивительно. С одной стороны, США ослабевают, но равноценного им лидера пока не появилось. Причем в самой Америке возрастает число сторонников сокращения присутствия США в мире[52]. С другой стороны, в Соединенных Штатах по-прежнему влиятельны силы, которые не настроены хоть как-то умалить мировые позиции США. При этом неуклюжие действия гегемонистов[53] вызывают сопротивление во многих странах. В целом в результате ослабления лидерских функций США, попыток ряда государств изменить в этой связи мировые правила (например, в отношении статуса доллара и т. п.) и одновременно абсолютного нежелания Соединенных Штатов уступать хоть в чем-то из своих неформальных прерогатив напряженность в мире усилилась. Таким образом, имеется много поводов предположить дальнейшую неразбериху по мере продвижения к новому миропорядку, каким бы он ни был[54].

Как бы ни было названо то, что движется на смену, ясно, что это пока больше напоминает беспорядок[55]. Неудивительно, что усиливается ностальгия по системе международных отношений, основанной на определенных правилах, и звучит призыв к ее возрождению[56]. Беспорядок усиливают действия многих, если не всех, мировых игроков. Но в последние годы особенно заметный беспорядок вызывает политика США. При этом создается впечатление, что Соединенные Штаты довольно глупо сняли завесу со своих тайных орудий воздействия и палят из них, так что даже невеждам становятся понятны те пружины, которые ими используются. Говорят: «Деньги любят тишину». Точно так же дипломатия любит тайну. А Б. Обама раскрыл все тайны, причем безо всякой нужды. Вероятно, это также связано и с падением профессионализма американской дипломатии, о котором говорилось выше.

Необходимость нового порядка и его проблемы

Итак, все больше аналитиков приходят к мысли, что хотя новых сверхдержав на горизонте и не видно, однополярный мир прекратил свое существование, лидерство США будет ослабевать, в связи с этим должен меняться и мировой порядок. «Необходимо признаться в том, что американское могущество ограничено, а глобальное доминирование – невозможная фантазия», – справедливо утверждает, например, Майкл Клэр[57]. И далее он вполне прагматично предлагает вариант развития. По его мнению, следует принять очевидную реальность: Америка делит планету с другими крупными державами: ни одна из них не равна США по силе, но и не слаба настолько, чтобы ее можно было запугать угрозой американского военного вмешательства. Выбрав более реалистичную оценку американских возможностей, Вашингтон должен сосредоточиться на том, как ему сосуществовать с такими державами, как Россия, Иран и Китай, улаживать разногласия с ними, не воспламеняя еще более катастрофические региональные бури[58]. Похожие советы дают и другие аналитики. У США есть возможность формировать меняющийся глобальный ландшафт и занять в нем видное место, но для этого они сначала должны осознать, что постамериканский мир стал реальностью, и не только принять, но и приветствовать этот факт[59]. «Вашингтону нужно пересмотреть свой подход. Прекратить вмешательство и антагонизм, перестроить отношения с помощью торговли и взаимного доверия и принять неизбежность упадка империи», – справедливо замечает М. Уитни[60].

Ситуация выглядит следующим образом. Она весьма сложная. С одной стороны, на смену США не может прийти новый гегемон, который обладал бы большим набором лидерских преимуществ, какими сегодня обладают Соединенные Штаты[61]. С другой стороны, США, несмотря на ослабление, еще долго будут владеть рядом преимуществ[62]. Однако ослабление лидерских возможностей Соединенных Штатов неизбежно и будет проявляться все заметнее. И в этой ситуации попытки постоянно диктовать остальным, что делать, считать, что у них есть право нарушать суверенитеты и права других, – значит неизбежно создавать постоянную напряженность и конфликтность. Мир в определенной мере заинтересован в мягком лидерстве США, но никак не в диктаторе, задача которого – любыми методами подорвать мощь соперников. Таким образом, сегодня все отчетливее просматриваются тенденции к тому, что новый мировой порядок будет иным, миром без гегемона, хотя он и будет включать в себя те или иные центры силы и влияния, среди которых, возможно, важнейшим будут оставаться США. Но они могут претендовать только на звание «первого среди равных», а не на статус сверхдержавы и гегемона[63].

Современное состояние как период реконфигурации Мир-Системы

Для перехода к новому состоянию мира требуется искать и формировать принципы и условия, создавать прецеденты и нужные комбинации. Естественно, поиск нового основания для мирового порядка не может не быть достаточно долгим и трудным. И как всегда, путь к новому мировому порядку связан с временным усилением турбулентности и конфликтности, нестабильности, борьбы различных версий нового порядка. Почему усиление «беспорядка» в известной мере если не неизбежно, то более вероятно, чем мягкий переход?

Радикальное изменение баланса экономических сил в мире, о котором мы говорили выше (см. Рис. 1), создает объективные условия для пересмотра мирового порядка. Однако оно вовсе не влечет за собой автоматическое изменение и военно-политического баланса. Для этого, образно говоря, требуется «подтягивание» политической составляющей мирового развития (политической глобализации) к экономической (о чем выше уже шла речь). Очевидно, что вторая значительно опередила первую. И дальнейшее развитие без такого «подтягивания» будет затруднительным. Неизбежное сокращение разрыва между экономической и политической глобализацией мы назвали реконфигурацией Мир-Системы[64].

Основные векторы этой реконфигурации − ослабление прежнего центра Мир-Системы (США и Запада), одновременное усиление позиций ряда периферийных стран и в целом увеличение роли в мировой экономике и политике развивающихся стран. Процесс реконфигурации в разных странах, случаях и регионах может проявляться по-разному и часто непредсказуемо. При этом надо иметь в виду, что такое «подтягивание» (политической составляющей глобализации к экономической) происходит рывками и означает более или менее сильные политические и геополитические кризисы в тех или иных странах. Мы рассматриваем кризисы и потрясения на Ближнем Востоке начиная с 2010 г., а также кризис на Украине именно как такие «реконфигуративные» кризисы, которые одновременно становятся и геополитическими, требующими изменения мирового порядка[65]. При этом становится все более вероятным возникновение мощных и внезапных кризисов в тех или иных обществах или регионах. Внезапность может быть сродни землетрясениям. И продолжая геологические сравнения, стоит заметить, что подобно тому как тектонические сдвиги происходят по линии наиболее подвижной земной коры и на границе тектонических плит, такого рода реконфигурационные кризисы также возникают в регионах и обществах, наименее устойчивых и лежащих на стыках геополитических «плит». И Ближний Восток, и Украина относятся к таким регионам[66]. Внутренние особенности регионов и стран во многом и определяют эту геополитическую неустойчивость. Поэтому можно предположить, что особо сильные изменения будут происходить в периферийных странах, которые, образно говоря, лежат на стыке геополитических «плит».

Таким образом, необходимость в «подтягивании» политической составляющей (что неизбежно должно рано или поздно привести к формированию нового мирового порядка) означает, что какое-то достаточно длительное время (возможно, два десятилетия) мир будет находиться в весьма турбулентной эпохе с кризисами, усилением напряженности, формированием новых и непривычных союзов и коалиций[67].

Эпоха новых коалиций и контуры нового мирового порядка

В борьбе за почетное место в глобализации и коалициях, в организации и функционировании нового мирового порядка наступает (а вероятно, уже наступило) то, что мы назвали эпохой новых коалиций[68]. В результате могут быть обозначены контуры новой расстановки сил на определенный срок.

Вполне вероятно, что на какое-то время подвижность партнерств в рамках Мир-Системы увеличится, возникающие коалиции порой могут оказаться химерическими, эфемерными или фантастическими. В подтверждение сказанного о совершенно неожиданных союзах и блоках можно привести форум стран БРИКС – организации, которая из простой аббревиатуры, созданной экономистом, превратились в динамично развивающийся экономический союз, имеющий и политические перспективы. При этом участие в данном неофициальном союзе открывает возможность присоединения к другим объединениям, таким как ШОС или ЕврАзЭс, либо к международным проектам, как, например, Китайский Азиатский банк или «Новый Шелковый путь».

Таким образом, мы видим, что современные союзы могут возникать случайно и на совершенно неожиданных основаниях. Земной шар становится достаточно тесным, чтобы можно было дружить и сотрудничать, не только находясь рядом. Поэтому возникают самые разные геополитические фантазии, и некоторым из них, вполне возможно, суждено воплотиться в жизнь, как произошло с БРИК.

Указанная выше наступающая турбулентность вместе с формированием различных союзов и комбинаций может продлиться определенное время. Но постепенно наряду с вероятным усилением конфликтности и политических перемен в различных регионах ярче обозначится вектор, направленный на формирование общего поля интересов государств. Мы надеемся, что после определенного периода «игры без правил», который не может быть слишком долгим (возможно, до двух десятков лет), мировая арена все же начнет рассматриваться как общее поле интересов, на котором нужно устанавливать выгодные для всех правила игры и поддерживать их. «Подтягивание» политической составляющей глобализации может заключаться в том, что общемировые интересы начнут так или иначе оказывать влияние на политику все большего количества государств. А это значит, что в самой концепции внешней политики и постепенно (очень неровно) в ее практическом осуществлении принципы откровенного преследования эгоистических интересов государств будут занимать меньше места, чем сегодня.

Да, конечно, сказанное может звучать утопично. Тем более что за последние несколько лет эгоистические подходы и двойные стандарты как будто даже усилились. Однако, возможно, это свидетельствует о том, что мир находится на пути поиска принципов нового мирового устройства. Вероятно, для этого потребуется пережить какие-то катаклизмы (вроде нового экономического кризиса), поскольку именно в кризисные моменты ситуация меняется более радикально. После 2008 г. произошли некоторые изменения, в том числе и в политике США, которые стали больше прислушиваться к мнению других стран, но стоило их экономике чуть окрепнуть, как они начали отыгрывать назад. Украинский кризис, как и борьба с ИГ, также будет способствовать поиску новых отношений.

Таким образом, в течение некоторого времени принципы мирового порядка должны измениться. Грубая демонстрация силы в качестве ведущего мотива политики национального эгоизма, как нам кажется, должна уменьшиться. Дело, разумеется, не в том, что национальный эгоизм исчезнет (вряд ли это вообще когда-нибудь произойдет). Просто он будет сильнее, чем сегодня, камуфлироваться наднациональными интересами и нуждами. Точнее говоря, всякая международная акция может требовать помимо реального интереса также и определенного идеологического обоснования. Поэтому есть ощущение и надежда, что – конечно, весьма постепенно, – во внешней политике начнут усиливаться лозунги общего (регионального, мирового, группового) блага, хотя за формулировкой «кто лучше представляет мировые интересы» могут скрываться, как всегда, эгоистические цели. Но подобная трансформация так или иначе приведет к довольно существенным изменениям, причем во многом положительным. Во всяком случае, страны, которые будут продолжать в грубой форме отстаивать национальный эгоистический интерес, в конечном счете проиграют. Также неизбежно претерпит радикальные изменения политика наиболее крупных государств, направленная на то, чтобы насильственно доминировать в мировом или региональном масштабе (включая и наиболее независимого и эгоистичного суверена – США).

В этом случае характер отстаивания национальных интересов, причины соперничества на международной арене, формы конфликтов и тяжб постепенно начнут приобретать уже иной вид. Заметнее пойдет конкуренция за то, кто станет направлять процесс формирования нового мирового порядка в мире и отдельных регионах. Тем силам, которые будут претендовать на лидерство, придется действовать под лозунгами более справедливого мирового и регионального устройства и т. п. А в проведении такого рода политики, естественно, необходимы союзники и блокировки. Поэтому неизбежно начнется перегруппировка сил на мировой и региональных аренах.

В процессе поиска наиболее устойчивых, выгодных и адекватных организационных наднациональных форм могут возникать различные и даже быстро меняющиеся промежуточные формы, когда игроки на мировой и региональных политических аренах будут искать наиболее выгодные и удобные блоки и соглашения. Но в конце концов постепенно некоторые из новых союзов и объединений могут стать из временных постоянными, фиксированными и принять особые наднациональные формы. В этом же процессе начнут вырабатываться некоторые новые нормы мирового права, о необходимости которых говорят уже в течение нескольких десятилетий[69].

Однако, на наш взгляд, новый мировой порядок потребует: 1) до-статочно прочного баланса сил и интересов; 2) новых моделей наднационального управления и координации мировых процессов; 3) новых идеологий. Для решения первой задачи необходимо будет признать в качестве принципа плюрализм политических режимов, то, что любой режим (включая и демократический) имеет свои минусы и плюсы. Отказ от навязывания демократии любой ценой может стать важным составным моментом создания общего поля интересов и правил игры. Для решения второй задачи необходимо отказаться от идеи универсальности демократии на всех уровнях. Опыт Европейского союза показал, что в наднациональном масштабе демократические процедуры буксуют. Следовательно, необходим деидеологизированный и осмысленный поиск новых форм. Возможно, здесь пригодились бы различного рода международные организации экспертов, кооптируемые разными странами и союзами, а также система различных квот для них на мировом уровне. Что касается общей идеологии, то она может появиться только на базе поиска новых форм сотрудничества.

Таким образом, хотя впереди нас ждут достаточно неспокойные годы, в течение которых будет формироваться баланс между разными странами и союзами, у человечества есть неплохие шансы использовать глобализацию для создания новых основ мирового порядка.

[1] См., например: Attali J. Millennium: Winners and Losers in the Coming World Order. New York, NY: Times Books, 1991.

[2] См., например: Бжезинский З. Великая шахматная доска. М.: Международные отношения, 1999; Collins R. Geopolitics in an Era of Internationalism // Social Evolution & History. 2002. No. 1(1). Pp. 118–139.

[3] Киссинджер Г. Нужна ли Америке внешняя политика? М.: Ладомир, 2002.

[4] Гринин Л. Е. Государство и исторический процесс: Политический срез исторического процесса. М.: ЛИБРОКОМ/URSS, 2009; Гринин Л. Е., Коротаев А. В. Революция vs демократия (Революция и контрреволюция в Египте) // Полис. № 3. 2014. С. 139–158; Гринин Л. Е., Исаев Л. М., Коротаев А. В. Революции и нестабильность на Ближнем Востоке. М.: Моск. ред. изд-ва «Учитель», 2015.

[5] Каплински Р. Распространение положительного влияния глобализации: анализ «цепочек» приращения стоимости // Вопросы экономики. 2003. № 10. С. 4–26.

[6] См. об этом: Бжезинский З. Указ. соч.

[7] Только соседняя с Соединенными Штатами Мексика получила реальные дивиденды от сотрудничества с ними.

[8] См.: Гринин Л. Е., Коротаев А. В. Революция vs демократия…; Гринин Л. Е., Исаев Л. М., Коротаев А. В. Указ. соч.

[9] Неру Дж. Взгляд на всемирную историю: в 3 т. Т. 1. М.: Прогресс, 1977.

[10] См., например: Хэрланд Х. Н. США злоупотребляют силой на Ближнем Востоке // ИноСМИ. – 2015 [Электронный ресурс]. URL: http://inosmi.ru/world/20141003/223404889.html; Ларисон Д. Четверть века интервенций (“The American Conservative”, США) // ИноСМИ. – 2015 [Электронный ресурс]. URL: http://inosmi.ru/world/20150528/228266813.html.

[11] См. также: Киссинджер Г. Указ соч.

[12] См., например: Милн С. Грузия – могила однополярного мира Америки. Вызывающее поведение России на Кавказе покончило с миропорядком Буша-старшего – вполне своевременно (“The Guardian”, Великобритания) // ИноСМИ. – 2008 [Электронный ресурс]. URL: http://inosmi.ru/world/20080828/243620.html.

[13] Характерно, что в начале 2008 г. не кто иной, как Мадлен Олбрайт, писала о том, что «самый лучший подарок, который новый президент может сделать Америке, – это положить конец политике страха», так как «в последнее время страха было многовато» (Олбрайт 2008). К сожалению, страха с того времени только прибавилось.

[14] Liao R. 2015. Sorry, Obama: America Can't Contain China. The National Interest [Электронный ресурс]. URL: http://www.nationalinterest.org/feature/sorry-obama-america-cant-contain- china-13097.

[15] Хэрланд Х. Н. Указ. соч.

[16] Kennedy P. The Rise and Fall of Great Powers 1500–2000. New York: Random House, 1987.

[17] См., например: Frank A. G. Asia Comes Full Circle – with China as the ‘Middle King-dom’ // Humboldt Journal of Social Relations. 1997. No. 76(2). Pp. 7–20; Франк А. Г. Азия проходит полный круг – с Китаем как «Срединным государством» // Цивилизации. № 5. Проблемы глобалистики и глобальной истории / Ред. А. О. Чубарьян. М.: Наука, 2002. С. 192–203; Arrighi G. The Long Twentieth Century: Money, Power, and the Origins of Our Times. London: Verso, 1994; Arrighi G. Adam Smith in Beijing: Lineages of the Twenty-First Century. London: Verso, 2007; Тодд Э. После империи. Pax Americana – Начало конца. М.: Международные отношения, 2004; Валлерстайн И. Анализ мировых систем и ситуация в современном мире. СПб., 2001; Капхен Ч. Закат Америки. Уже скоро. М.: АСТ; Люкс, 2004.; Buchanan P. J. The Death of the West: How Dying Populations and Immigrant Invasions Imperil Our Country and Civilization. New York: St. Martin's Griffin, 2002; Mandelbaum M. The Case for Goliath: How America Acts as the World's Government in the Twenty-First Century. New York: Public Affairs, 2005; Мир после кризиса. Глобальные тенденции – 2025: меняющийся мир. Доклад Национального разведывательного совета США. М.: Европа, 2009; National Intelligence Council. Global Trends 2030: Alternative Worlds. – 2012 [Электронный ресурс]. URL: www.dni.gov/nic/ globaltrends; см. также: Гринин Л. Е. Государство и исторический процесс: Политический срез исторического процесса. М.: ЛИБРОКОМ/URSS, 2009; Grinin L. E., Korotayev A. V. Will the Global Crisis Lead to Global Transformations? 1. The Global Financial System: Pros and Cons // Journal of Globalization Studies. 2010. No. 1(1). Pp.70–89; Grinin L. E., Korotayev A. V. Will the Global Crisis Lead to Global Transformations? 2. The Coming Epoch of New Coalitions // Journal of Globalization Studies. 2010b. No. 1(2). Pp. 166–183; Grinin L., Korotayev A. Great Divergence and Great Convergence. A Global Perspective. N. p.: Springer International Publishing, 2015.

[18] См., например: Милн С. Указ. соч.; Закария Ф. Будущее американского великодержавия (“Foreign Affairs”, США) // ИноСМИ. – 2008 [Электронный ресурс]. URL: http://inosmi. ru/world/20080501/241108.html, Ч. 2. URL: http://inosmi.ru/world/20080505/241159.html; Haass R. N. The Age of Nonpolarity. What Will Follow U.S. Dominance. Foreign Affairs, May/June. – 2008 [Электронный ресурс]. URL: https://www.foreignaffairs.com/articles/united-states/2008-05-03/age-nonpolarity; Un monde multipolaire // Le Monde. 2008. Septembre [Электронный ресурс]. URL: http://www.lemonde.fr/idees/article/2008/09/24/un-monde-multipolaire_1098924_3232.html.

[19] Гринуэй Х. Д. С. Иллюзорность американского могущества (“The Boston Globe”, США) // ИноСМИ. – 2008 [Электронный ресурс]. URL: http://inosmi.ru/world/20081022/ 244810.html.

[20] Кеннеди П. Конец американской эпохи? (“The Times”, Великобритания) // Новости Украины. События в мире. – 2009 [Электронный ресурс]. URL: http://noviny.su/smi-0000 0249.html.

[21] Tisdall S. America's Fall is a Dangerous Opportunity for its Enemies // The Guardian. 2008. № 6, October [Электронный ресурс]. URL: http://www.theguardian.com/commentisfree/2008/ oct/06/tisdallbriefing.usa.

[22] Грей Д. Величие Америки рухнуло и раскололось на куски // ИноСМИ. – 2008 [Электронный ресурс]. URL: http://inosmi.ru/world/20081001/244365.html.

[23] Reid T. National Intelligence Council Report: Sun Setting on The American Century. Common Dreams. – 2008 [Электронный ресурс]. URL: http://www.commondreams.org/news/ 2008/11/21/national-intelligence-council-report-sun-setting-american-century.

[24] См., например: Бреммер И. Чего мы ждем от США? // ИноСМИ. – 2015 [Электронный ресурс]. URL: http://inosmi.ru/world/20150616/228614822.html; Клэр М. Галлюцинации в Вашингтоне. Отчаянное положение угасающей сверхдержавы // ПолиСМИ. – 2015 [Электронный ресурс]. URL: http://polismi.ru/politika/obratnaya-storona-zemli/1149-gallyutsinatsii-v-vashingtone.html; Уитни М. Еще один идиотский план навредить России. Америка формирует стартовую площадку // ПолиСМИ. – 2015 [Электронный ресурс]. URL: http://polismi.ru/ politika/bolshoj-blizhnij-vostok/1110-eshchjo-odin-idiotskij-plan-navredit-rossii.html.

[25] На те или иные возможности поддержать лидерство Соединенных Штатов указывают, например: Милн С. Указ. соч.; Кеннеди П. Указ. соч.; Бреммер И. Указ. соч.

[26] См. подробнее: Гринин Л. Е. Приведет ли глобальный кризис к глобальным изменениям? // Век глобализации. 2009. № 2. С. 117–140; Его же. Реконфигурация мира, или наступающая эпоха новых коалиций (возможные сценарии ближайшего будущего) // История и современность. 2012. № 2. С. 3–27; Его же. Китайская модель и перспективы лидерства Китая в мире // Век глобализации. 2012. № 2. С. 43–61; Гринин Л. Е., Коротаев А. В. Циклы, кризисы, ловушки современной Мир-Системы. Исследование кондратьевских, жюгляровских и вековых циклов, глобальных кризисов, мальтузианских и постмальтузианских ловушек. М.: ЛКИ, 2012.; Гринин Л. Е., Исаев Л. М., Коротаев А. В. Указ. соч.; Grinin L. E. The State in the Past and in the Future // Herald of the Russian Academy of Sciences. 2009. No. 79(5). Pp. 480–486; Grinin L. E. Chinese Joker in the World Pack // Journal of Globalization Studies. 2011. No. 2(2). Pp. 7–24; Idem. Macrohistory and Globalization. Volgograd: Uchitel, 2012; Idem. New Foundations of International System or Why do States Lose Their Sovereignty in the Age of Globalization? // Journal of Globalization Studies. 2012. No. 3(1). Pp. 3–38; Grinin L. E., Korotayev A. V. Will the Global Crisis Lead to Global Transformations? 2. The Coming Epoch of New Coalitions // Journal of Globalization Studies. 2010. No. 1(2). Pp. 166–183; Idem. The Coming Epoch of New Coalitions: Possible Scenarios of the Near Future // World Futures. 2011. No. 67(8). Pp. 531–563; Idem. Great Divergence...

[27] Кеннеди П. Указ. соч.; см. также: Мир после кризиса…

[28] См., например: Барбер Л. Генри Киссинджер: «США должны сохранить лидерство, чтобы сохранить мировой порядок» (“The Financial Times”, Великобритания) // ИноСМИ. – 2014 [Электронный ресурс]. URL: http://inosmi.ru/world/20140909/222867679.html.

[29] Наим М. Тоска по Америке. Мир хочет, чтобы Америка «вернулась» (“The Washington Post”, США) // ИноСМИ. – 2008 [Электронный ресурс]. URL: http://inosmi.ru/world/ 20080105/238758.html.

[30] См.: Гринин Л. Е. Глобализация тасует карты (Куда сдвигается глобальный экономико-политический баланс мира) // Век глобализации. 2013. № 2. С. 63–78; Его же. Новый мировой порядок и эпоха глобализации. Ст. 1. Американская гегемония: апогей и ослабление. Что дальше? // Век глобализации. 2015. № 2. С. 3–17; Grinin L. E., Korotayev A. V. Globalization Shuffles Cards of the World Pack: In Which Direction is the Global Economic-Political Balance Shifting? // World Futures. 2014. Vol. 70, Issue 8. Pp. 515–545; Idem. Great Divergence...

[31] Там же.

[32] Взято из: Grinin L., Korotayev A. Great Divergence...

[33] Подробнее об этом см.: Гринин Л. Е. Приведет ли глобальный кризис к глобальным изменениям? // Век глобализации. 2009. № 2. С. 117–140; Его же. Глобализация тасует карты…; Его же. Новый мировой порядок…; Гринин Л. Е., Коротаев А. В. Циклы, кризисы, ловушки современной Мир-Системы. Исследование кондратьевских, жюгляровских и вековых циклов, глобальных кризисов, мальтузианских и постмальтузианских ловушек. М.: ЛКИ, 2012; Grinin L. E., Korotayev A. V. Will the Global Crisis Lead to Global Transformations? 2. The Coming Epoch of New Coalitions // Journal of Globalization Studies. 2010b. No. 1(2). Pp. 166–183; Idem. Globalization Shuffles Cards…; Idem. Great Divergence…

[34] Schwenninger Sh. R. How Obama Went from Being a Peace Candidate to a War President // The Nation. 2015. No. 2, June [Электронный ресурс]. URL: http://www.thenation.com/ article/obamas-quiet-war-doctrine.

[35] Cм., например: Там же; Льюис Д. Мир жаждет лидерства. Как вам это обамовское «лидерство с тыла»? Негодяи всего мира не нарадуются такому лидерству (“American Thinker”, США) // ИноСМИ. – 2015 [Электронный ресурс]. URL: http://inosmi.ru/world/ 20150515/228046554.html.; Мэттьюс О. Как Путин перехитрил Запад. Из-за его сирийской интервенции Обама и Кэмерон кажутся растерянными слабаками // ИноСМИ. – 2015 [Электронный ресурс]. URL: http://inosmi.ru/world/ 20151009/230722501.html.

[36] См. подробнее: Гринин Л. Е. Реконфигурация мира, или наступающая эпоха новых коалиций (возможные сценарии ближайшего будущего) // История и современность. 2012. № 2. С. 3–27; Гринин Л. Е., Исаев Л. М., Коротаев А. В. Указ. соч.

[37] Уитни М. Еще один идиотский план…; Его же. Почему Обама хочет снять санкции с Ирана. В поисках альтернативного источника газа // ПолиСМИ. – 2015 [Электронный ресурс]. URL: http://polismi.ru/politika/bolshoj-blizhnij-vostok/1117-pochemu-obama-khochet-snyat- sanktsii-s-irana.html.

[38] См., например: Doan L. U.S. Shale Oil Boom Grinds to a Halt as OPEC Keeps Pumping. –2015 [Электронный ресурс]. URL: http://www.bloomberg.com/news/articles/2015-06-08/ame rica-s-sha-le-oil-boom-grinding-to-halt-as-u-s-forecasts-drop.

[39] См., например: Кахана А. Обама предал Израиль в угоду Ирану // ИноСМИ. – 2015 [Электронный ресурс]. URL: http://inosmi.ru/world/20150401/227240526.html; Глик К. Обама доказал, что Израиль не может на него рассчитывать // ИноСМИ. – 2015 [Электронный ресурс]. URL: http://inosmi.ru/world/20150219/226361050.html.

[40] Кронин О. К. ИГИЛ – не группа террористов // Россия в глобальной политике. 2015. № 2 [Электронный ресурс]. URL: http://www.globalaffairs.ru/number/IGIL--ne-gruppa-terrori stov-17447; Гринин Л. Е., Исаев Л. М., Коротаев А. В. Указ. соч.

[41] Фримэн Ч. Кризис американской дипломатии (“The American Conservative”, США) // ГеоПолитика. – 2015 [Электронный ресурс]. URL: http://geo-politica.info/krizis-amerikanskoy-diplomatii-the-american-conservative-ssha.html.

[42] Там же.

[43] Смит П. 2015. Архитекторы политики США в отношении России и Украины разрушают национальную безопасность Америки. Ч. 1 (“Salon”, США) // ИноСМИ. – 2015 [Электронный ресурс]. URL: http://inosmi.ru/world/20150504/227843684.html; Smith P. L. “Architects of American Policy Towards Russia and Ukraine are Destroying American national Security”: Stephen F. Cohen on the truths U.S. Media and Politicians Hide // Salon. 2015. No. 24, April [Электронный ресурс]. URL: http://www.salon.com/2015/04/23/architects_of_american_policy_ towards_russia_and_ukraine_are_destroying_american_national_security_stephen_f_cohen_on_the_ truths_u_s_media_and_politicians_hide; Гринин Л. Е. Украинское государство как незавершенный политический проект: фрагментарное прошлое, кризисное настоящее, неясное будущее // Историческая психология и социология истории. 2014. № 7(1). С. 5–37.

[44] Гринин Л. Е. Глобализация и национальный суверенитет // История и современность. 2005. № 1. С. 17; Его же. Приведет ли глобальный кризис…; Его же. Государство и исторический процесс: Политический срез исторического процесса. М.: ЛИБРОКОМ/URSS, 2009.

[45] См.: Гринин Л. Е. Реконфигурация мира, или наступающая эпоха новых коалиций (возможные сценарии ближайшего будущего) // История и современность. 2012. № 2. С. 3–27; Гринин Л. Е., Исаев Л. М., Коротаев А. В. Указ. соч.

[46] См., например: Гринин Л. Е. Приведет ли глобальный кризис…; Его же. Реконфигурация мира…; Его же. Глобализация тасует карты…; Grinin L. E., Korotayev A. V. Will the Global Crisis Lead to Global Transformations? 2. The Coming Epoch of New Coalitions // Journal of Globalization Studies. 2010. No. 1(2). Pp. 166–183; Idem. Great Divergence…

[47] Томас Д. 2015. Следующая Империя // ПолиСМИ. – 2015 [Электронный ресурс]. URL: http://polismi.ru/politika/kontury-novogo-mira/1032-sleduyushchaya-imperiya.html.

[48] Но американский политический процесс в значительной степени утратил «дееспособность». Результатом становятся бесконечные яростные дебаты о мелочах – «политический театр» – и почти полное отсутствие содержания, компромиссов и действий (см.: Закария Ф. Будущее американского великодержавия (“Foreign Affairs”, США) // ИноСМИ. – 2008 [Электронный ресурс]. Ч. 1. URL: http://inosmi.ru/world/20080501/241108.html, Ч. 2. URL: http://inosmi.ru/world/ 20080505/241159.html).

[49] См., например: Наим М. Гегемонии США угрожают внутренние враги (“Slate.fr”, Франция) // ИноСМИ. – 2015 [Электронный ресурс]. URL: http://inosmi.ru/world/20150515/ 228051724.html.

[50] О чем и пытается предупредить американцев Генри Киссинджер (Нужна ли Америке внешняя политика? М.: Ладомир, 2002), подчеркивая: «Намеренное стремление к гегемонии – это наиболее верный путь к разрушению ценностей, сделавших Америку великой». См. мнение Киссинджера об этом сегодня: Барбер Л. Генри Киссинджер: «США должны сохранить лидерство, чтобы сохранить мировой порядок» (“The Financial Times”, Великобритания) // ИноСМИ. – 2014 [Электронный ресурс]. URL: http://inosmi.ru/world/20140909/ 222867679.html.

[51] Милн С. Указ. соч.; Haass R. N. The Age of Nonpolarity. What Will Follow U.S. Dominance // Foreign Affairs. 2008. May/June. [Электронный ресурс]. URL: https://www.foreignaffa irs.com/articles/united-states/2008-05-03/age-nonpolarity; Барбер Л. Указ. соч.; Бреммер И. Указ. соч.; и мн. др.

[52] См.: Бреммер И. Указ. соч.; Хейвел К. ван ден. Пора подумать о цене западного вмешательства в кризис на Украине (“The Washington Post”, США) // ИноСМИ. – 2015 [Электронный ресурс]. URL: http://inosmi.ru/world/ 20141127/224524451.html.

[53] Образчик подхода см.: Льюис Д. Указ. соч.

[54] Бреммер И. Указ. соч.

[55] Un monde multipolaire…

[56] Милн С. Указ. соч.

[57] Клэр М. Галлюцинации в Вашингтоне. Отчаянное положение угасающей сверхдержавы // ПолиСМИ. – 2015 [Электронный ресурс]. URL: http://polismi.ru/politika/obratnaya-storona-zemli/1149-gallyutsinatsii-v-vashingtone.html.

[58] Klare M. T. America’s Days as a Global Superpower Are Numbered. Now What? The First Step is to Accept the Fact that American Power is Limited and Global Rule is an Impossible Fantasy // The Nation. 2015. May. No. 28 [Электронный ресурс]. URL: http://www.thenation.com/ article/americas-days-global-superpower-are-numbered-now-what; см. также: Клэр М. Указ. соч.

[59] Закария Ф. Указ. соч.

[60] Уитни М. Еще один идиотский план…

[61] Подробнее об этом см.: Гринин Л. Е. Приведет ли глобальный кризис…; Его же. Го-сударство и исторический процесс…; Его же. Реконфигурация мира…; Его же. Китайская модель…; Grinin L. E. The State in the Past and in the Future // Herald of the Russian Academy of Sciences. 2009. No. 79(5). Pp. 480–486; Idem. Chinese Joker in the World Pack // Journal of Globalization Studies. 2011. No. 2(2). Pp. 7–24; Idem. Macrohistory and Globalization. Volgograd: Uchitel, 2012; Idem. New Foundations of International System or Why do States Lose Their Sovereignty in the Age of Globalization? // Journal of Globalization Studies. 2012. No. 3(1). Pp. 3–38; Grinin L. E., Korotayev A. V. Will the Global Crisis Lead to Global Transformations? 2. The Coming Epoch of New Coalitions // Journal of Globalization Studies. 2010. No. 1(2). Pp. 166–183; Idem. The Coming Epoch of New Coalitions: Possible Scenarios of the Near Future // World Futures. 2011. No. 67(8). Pp. 531–563; Idem. Great Divergence…

[62] См., например: Бреммер И. Указ. соч.

[63] В ближайшие два-три десятилетия США, скорее всего, останутся «первыми среди равных» из-за их превосходства в отношении целого ряда аспектов лидерства и «узаконенности» их лидирующей роли. Таково было мнение аналитиков, близких к американской разведке, еще в 2008 г. (см.: Мир после кризиса…).

[64] См.: Гринин Л. Е. Реконфигурация мира…; Его же. Глобализация тасует карты…; Grinin L., Korotayev A. Does “Arab Spring” Mean The Beginning Of World System Reconfiguration? World Futures // The Journal of Global Education. 2012. No. 68(7). Pp. 471–505.

[65] Гринин Л. Е. Реконфигурация мира…; Гринин Л. Е., Исаев Л. М., Коротаев А. В. Указ. соч.; Grinin L., Korotayev A. Does “Arab Spring” Mean…

[66] На стыках находятся также общества Закавказья и Средней Азии, Западного Китая (Тибет и Сянцзян), Западной Африки (на стыке исламской и Тропической Африки), некоторые регионы Южной Америки. Это довольно неустойчивые регионы, где уже проявляются некоторые симптомы кризиса либо они возможны (но это не значит, что они обязательно будут).

[67] См. об этом: Гринин Л. Е. Приведет ли глобальный кризис…; Его же. Ждут ли мир глобальные перемены?; Его же. Реконфигурация мира…; см. также: Бреммер И. Указ. соч.

[68] Гринин Л. Е. Приведет ли глобальный кризис…; Его же. Реконфигурация мира…; Гринин Л. Е., Коротаев А. В. Циклы, кризисы, ловушки современной Мир-Системы. Исследование кондратьевских, жюгляровских и вековых циклов, глобальных кризисов, мальтузианских и постмальтузианских ловушек. М.: ЛКИ, 2012; Grinin L. E., Korotayev A. V. Will the Global Crisis Lead to Global Transformations? 2. The Coming Epoch of New Coalitions; Idem. The Coming Epoch…; Idem. Does “Arab Spring” Mean…; Idem. Great Divergence…

[69] Cм., например: Тинберген Я. Пересмотр международного порядка. М.: Прогресс, 1980.

Мировой порядок как система определенных идей и правил, господствующих в международной политике, стал формироваться в Европе начиная с XVI в., окончательно утвердившись в XIX столетии. Однако этот порядок держится обычно в пределах трех-четырех десятилетий, а затем под влиянием изменившихся обстоятельств и нового баланса сил меняется. В настоящее время мы как раз переживаем период смены мирового порядка и начала формирования новой его системы. В статье анализируется начало ослабления мирового порядка, основанного на американской гегемонии, рассматриваются характерные черты и методы, которые используют США для поддержания своих позиций в мире. Автор показывает, почему не могла надолго установиться абсолютная американская гегемония, каким образом глобализация стала более выгодной не для развитых, а для развивающихся стран, как постепенно формировалось убеждение в неизбежности ослабления лидерских позиций США. В статье дается характеристика современного положения в международных отношениях как ситуации, когда началась реконфигурация Мир-Системы, что должно означать наступление эпохи турбулентности и формирования новых коалиций. Это будет своего рода переходная эпоха к более устойчивому новому мировому порядку, становление которого будет непростым. Автор высказывает идеи относительно того, в каком направлении и как этот новый порядок будет формироваться, о возможных принципах этого порядка и механизмах его установления.

Ключевые слова: мировой порядок, глобализация, суверенитет, турбулентность, новые коалиции, дипломатия, гегемония, ослабление США, сверхдержава, дипломатия доллара, санкции, Мир-Система.

The global order as a system of certain ideas and regularities predominant in the world politics had started to emerge in Europe in the sixteenth century and was finally established in the nineteenth century. However, an established world order usually endures for three-four decades and then it changes under the influence of the changing circumstances and new balance of power. At present we have just entered the epoch of the changing world order and the formation of its new system. The present article analyzes the started weakening of the world order based on the American hegemony as well as the characteristic features and methods employed by the USA to support their position in the world. The author shows why the absolute American hegemony could hardly remain for a long time and also the way in which globalization has become more profitable for the developing and not for the developed countries; and also how the idea has been gradually formed of an inevitable weakening of the US positions. The article defines the current situation in the international relations as a started reconfiguration of the World System which marks the beginning of the epoch of turbulent events and formation of new coalitions. This will be a kind of a transition period to a more stable new world order which will be established with difficulties. The author gives some ideas about the possible directions and ways this new order will be established, what will be the principles of that order and possible mechanisms of its maintaining.

Keywords: world order, globalization, sovereignty, turbulence, new coalitions, diplomacy, hegemony, weakening of the USA, superpower, dollar diplomacy, sanctions, World System.

Представления о новом мировом порядке в конце ХХ в.

Понятие мирового порядка даже в условиях глобализации, и тем более применительно к истории довольно аморфно. Вскоре после Первой мировой войны в связи с созданием Лиги Наций американский президент Вудро Вильсон использовал выражение «новый мировой порядок», надеясь, что удастся наконец создать систему международной безопасности и поддержания мира. К тому времени политический порядок в западном мире насчитывал уже не одну сотню лет. Со времен Вильсона мировой порядок изменялся по меньшей мере трижды: между двумя мировыми войнами, после Второй мировой войны, а также после крушения СССР и распада социалистического блока.

Поэтому неудивительно, что в конце 1980-х – начале 1990-х гг. стали активно развиваться идеи о новом мировом порядке, чему также способствовал и нарастающий процесс глобализации, который реально сблизил страны мира и имел целый ряд последствий.

Естественно, представления о новом мировом порядке были прежде всего смоделированы как идея о безраздельном господстве западных экономик, институтов и идей[1], совершенствующих остальной мир. Характеристики нового мирового порядка в ряде работ по этому поводу стали едва ли не синонимичны идее Pax Americana[2]. Взгляды Г. Киссинджера[3] о поиске системы равновесия сил были исключением.

Надо сказать, США немало сделали для того, чтобы доказать идею синонимичности нового мирового порядка и Pax Americana. Они действовали для этого через дипломатическое и экономическое влияние, через международные финансово-экономические институты и договоры, существенно ограничивавшие суверенитет государств, а равно через распространение демократии всеми способами, включая подрывную работу, «цветные революции» и военные интервенции[4].

На первых порах глобализация особенно наглядно проявилась именно в финансовой сфере (в так называемой финансовой революции, благодаря которой капиталы смогли быстро перемещаться по миру: с одной стороны, для этого возникли технологические возможности благодаря развитию ИКТ, с другой – были сняты многие ограничения на перемещение капиталов). Естественно, капиталами обладали ТНК и финансовые организации западных стран. В результате практически стали ставить знак равенства между углублением интеграции мировой экономики и глобализацией[5]. Такая финансовая глобализация одновременно вызвала и большие проблемы, включая многочисленные финансовые кризисы, от которых Запад и международные финансовые организации могли теперь «спасать» попавшие в сложное положение страны, одновременно навязывая им свои стандарты и свою волю.

Неудивительно, что с легкой руки американских политологов глобализация стала представать в некоторых работах как процесс навязывания воли США остальному миру, как процесс установления нового мирового порядка, выгодного Соединенным Штатам[6]. Действительно, влияние США, в том числе в роли мирового жандарма, очевидно и весьма реально до сих пор (также и в культурном плане). И, по мнению многих, глобализация в целом вела к тому, что должен был установиться Pax Americana (то есть американский мир).

Упущенные возможности

Распад СССР создал уникальную (прежде никогда не существовавшую) возможность для того, чтобы наиболее могущественная сила, которая – не без оснований – рассматривала себя как наиболее прогрессивную и динамичную в мире, могла бы принести мировому сообществу наибольшую пользу без чрезмерного сопротивления со стороны геополитических противников. Отметим, что критика международной деятельности США не должна помешать нам видеть значительное позитивное влияние, которое эта страна оказывала в течение десятилетий (и, хотя и в гораздо меньшем объеме, продолжает оказывать и сегодня). Итак, шанс был уникальным, но что получилось в итоге? В целом следует отметить, что результаты оказались далеко не впечатляющими. Если сравнивать с итогами предшествующих десятилетий, то позитивное мировое влияние Соединенных Штатов в 1990–2000-х гг. оказалось намного скромнее. В отличие от серии успешных экономических подъемов в 1950–1980-е гг. (в Японии, Корее, Тайване и др.), вклад в которые со стороны американцев был значительным, в 1990-е и 2000-е гг. с их помощью не произошло ни одного экономического чуда. А те, что имели место, например в Китае, Индии, Вьетнаме и других странах, случились скорее вопреки США[7]. Зато военные действия Соединенных Штатов стали активнее, чем были прежде, вопреки надежде, что теперь мировой порядок станет справедливее. Продвижение демократии, ради которой было сделано столько усилий, совершались интервенции и перевороты, было довольно скромным. Демократия установилась только там, где население было готово к ней и без влияния США. В остальном мире это только дискредитировало демократическую идею[8].

Почему же столь большие возможности не привели к значительным улучшениям не только в мире, но даже и в самих США? Это, конечно, тема особого исследования. Но нельзя не отметить: важнейшая причина коренится в том, что в США политики решили, что в настоящее время у них есть карт-бланш на любые действия. В отсутствие противника (каким был СССР), ради борьбы с которым нужно было уважать интересы союзников, они начинают рассматривать последних только как вассалов. Это еще раз показало, что ограничение силы и власти должно быть обязательным в любом масштабе, неограниченная власть неизбежно допускает злоупотребления. И результатом становится цепь ошибок, несправедливости, преступлений, нарушений международного права. Еще Геродот сделал блестящее заключение о том, что в истории наций наблюдаются три стадии: успех, последствия успеха – высокомерие и несправедливость, а затем уже, как их следствие, падение (привожу в переложении Дж. Неру. – Л. Г.)[9].

В итоге в представлении США мировой порядок стал выглядеть таким, при котором американские интересы становились мировыми (то есть все должны были считаться с ними и почитать за честь выполнять требования США, быть им полезными). А в случае коллизии приоритетом должны были стать именно американские интересы, а американские порядки должны были считаться прообразом мировых. Отсюда учащение попыток навязать внутренние стандарты, законы и юрисдикцию США всему миру. Америка присвоила себе право вмешиваться в дела любой страны, навязывать ей свою волю, добиваться ее исполнения. Нарушение международных традиций и норм было допустимо, если это служило их интересам, соответственно двойные стандарты стали откровенными.

Pax Americana – характерные черты

В принципе, все нижеперечисленные черты и методы американской дипломатии и внешней политики в целом в этот период имели место и ранее, но представляется, что они стали нагляднее, а их обоснование – намного слабее. И хотя многое из перечисленного можно найти и в политике других держав (включая Россию, Китай и другие страны), но в США с учетом их силы и кажущейся неуязвимости они составляют совершенно особую смесь.

1. Злоупотребление силой в ущерб дипломатии, в том числе в отношении союзников. (Так, один американский дипломат, требуя от Пакистана помощи в поимке Бен Ладена, угрожал в случае отказа тем, что Пакистан вернется в каменный век.) С 1945 г. США осуществили много войн и интервенций, но их частота существенно возросла в последние два десятилетия – с 1991 г. по 2011 г.[10]

2. Использование так называемой «мягкой силы» (эвфемизм вмешательства во внутренние дела с помощью различных методов, действуя через различные НГО и НКО вкупе с разведкой и спецорганами) для оказания влияния на правительства, законодателей, бизнес и пр. При необходимости осуществление подрывной деятельности и переворотов, «цветных революций».

3. «Дипломатия доллара» через займы, помощь и пр. Особенно активно стала использоваться путем влияния международных финансовых организаций; усилилась благодаря росту позиции доллара и навязыванию определенных правил работы национальным ЦБ.

4. Узкий прагматизм внешней политики, доходящий до того, что одни действия начинают противоречить другим, а главное – общим целям внешней политики и интересам страны (см. ниже).

5. Перенесение законов бизнеса во внешнюю политику (это выражается, например, в политике обязательного «дожимания» конкурента или союзника, а не нахождения такого компромисса, который обеспечит сотрудничество в будущем). Чрезмерная увязка бизнес-интересов с политикой, когда многие важнейшие мировые проблемы оказываются, по выражению одного дипломата, в «заложниках внутриполитической борьбы»[11], а разведданные используются как для политических целей, так и для бизнес-интересов.

6. Навязывание собственных стандартов (в том числе в политическом и юридическом устройстве), при этом чрезмерное влияние внутренней политики на внешнюю вкупе с высокомерием сверхдержавы часто ведет к тому, что такое поведение оказывается губительным для реципиента.

Формы и методы американского влияния

Из особенностей арсенала внешнего влияния США стоит отметить следующее.

· Расширение форм давления на страны, лидеров, СМИ, бизнес и на любые другие силы для собственных целей (например, шантаж или фабрикация уголовных дел), все более частое применение всего арсенала в совокупности. При этом после 2001 г. стали активно использоваться возможности перехвата электронной корреспонденции и разговоров.

· Подрыв и ослабление национального суверенитета различных государств, а также злоупотребление системой наказаний для тех стран, которые, по мнению США, ведут себя неправильно. В арсенале наказаний изоляция непокорных, использование региональных или мировых коллективных органов (ООН, МВФ, МБ, для этого также очень хорошо пригодилась структура ЕС), понижение рейтингов с помощью рейтинговых агентств и т. п., использование юридических институтов (как международных, так и американских судов) и др. Активно используются санкции, применение которых участилось.

· В ряде случаев применяются военные силы и начинается поддержка вооруженной или иной оппозиции с одновременным и бездоказательным (а иногда и откровенно лживым) утверждением о преступности режима, который необходимо свергнуть.

· Идеологическая работа (активное использование пропаганды в разных видах) усилилась активизацией работы по поиску в разных странах тех, кого можно обучать и соответственно обрабатывать.

В качестве вывода укажем, что, во-первых, вместе с ростом убежденности в своем превосходстве и исключительности указанные методы стали использоваться все активнее в общем балансе внешнеполитической деятельности США; во-вторых, после кризиса и частичного восстановления акцент смещен на силовые моменты, и это неслучайно, так как денег стало меньше, а вызовов лидерству – больше. В-третьих, в период президентства Б. Обамы усилилось давление на союзников и на многие другие общества, с тем чтобы заставить их действовать в угоду США.

Глобальная геополитика Соединенных Штатов базируется на создании превосходства в технологии, военной сфере и финансах, с тем чтобы всегда быть сильнее возможных противников. Следует отметить ее характерные черты:

· стремление установить глобальный контроль над всеми мировыми и по возможности региональными органами и организациями;

· всяческая поддержка гегемонии доллара и американских финансовых институтов;

· контроль или возможность потенциального контроля за наиболее важными ресурсами (возможность блокирования поставок нефти из Персидского залива; в этой же плоскости – попытки контролировать поставки Россией газа в Европу);

· военно-технологическое превосходство, чтобы можно было угрожать и вести войну без жертв со своей стороны. Правда, это не только сила, но и слабость Соединенных Штатов, которая не дает ей возможности довести войну до конца, так как население не готово к таким жертвам (и даже в период Второй мировой войны это помешало США увеличить свою зону влияния), поэтому США готовы блокироваться с различными силами, чтобы использовать людские ресурсы последних;

· попытка ослабления (или возможности ослабления) потенциальных противников[12] и создание атмосферы страха (что США все равно каким-то образом накажут непокорных)[13]. Но такой «инстинкт подавлять любые быстроразвивающиеся государства» является очень опасным как для США, так и для мира в целом[14].

Находясь на самой вершине своего могущества, в 2001 г. США неожиданно получают удар – террористическую атаку 11 сентября. Это было тем чувствительнее, что Соединенные Штаты были всегда уверены, что они недосягаемы для противника, поэтому могут наносить удары, не опасаясь возмез-дия. Однако теракты 11 сентября показали, что это не так. Данный момент становится поворотным пунктом, после которого политика США перестает быть управляемой и приобретает черты какого-то хаотического стремления предотвратить малейшие возможности нанести ущерб Америке любыми способами, а также продемонстрировать, что месть США будет быстрой и ужасной. В итоге после 11 сентября многие черты и меры внутренней и внешней политики становятся гипертрофированными. Соединенные Штаты отказываются от собственных принципов свободы, начинают слежку за собственным населением, а также за лидерами и населением других стран. Они окончательно теряют уважение к нормам международного права и принципу государственного суверенитета[15].

Закат лидерства США и Запада

Однако 11 сентября было не только сигналом о том, что Америка уязвима. Эта дата также совпала в целом с процессом быстрого ослабления лидерских возможностей США, хотя окончательно это стало ясным уже после 2008 г.

Тем не менее о неизбежном закате американского могущества стали говорить еще с 1970-х гг., когда страна столкнулась сразу с политическим, экономическим и валютным кризисами. В эти и последующие годы также нередко прогнозировалось, что Япония сменит США в роли экономического лидера[16]. Но новый всплеск технологической волны в США в 1990-е гг., проходивший на фоне экономической стагнации Японии, показал ошибочность таких взглядов. Лидерство Соединенных Штатов оказалось не только достаточно прочным, но и поднялось на новый уровень в результате распада коммунистического блока и СССР.

Однако именно с 1990-х гг. количество прогнозов относительно неизбежного ослабления американской гегемонии и одновременно грядущего выхода Азии на лидирующие позиции стало увеличиваться[17]. Сначала такие прогнозы воспринимались скептически. Однако по мере нарастания негативных явлений в Америке и успехов азиатских стран идея о закате США становилась все более обоснованной, вызывая в зависимости от предпочтений торжество или тревогу. С 2008 г. (еще до начала глобального кризиса) появляется все больше статей, в той или иной мере утверждавших мысль, что американское могущество под угрозой, оно сокращается, что США перестают быть абсолютным гегемоном, что однополярный мир трансформируется и т. п.[18] Многие из статей носили весьма выразительные заголовки, например: «Иллюзорность американского могущества»[19], «Конец американской эпохи?»[20]; «Падение Америки создает опасные возможности для ее врагов»[21]; «Величие Америки рухнуло и раскололось на куски»[22]; «“Американский век” на закате»[23]. Такого рода статьи постоянно появлялись и появляются[24], хотя некоторая стабилизация американской экономики и активизация в традициях гегемонии внешней политики поддерживают надежды тех, кто верит, что американский век будет длиться долго. Также многие надеются на некое технологическое или иное чудо, которое возродит американскую мощь либо на способность США сдержать соперников[25].

Тем не менее нет сомнений, что гегемонии США, которая длилась более шестидесяти лет, приходит конец. Рано или поздно Соединенные Штаты Америки не смогут более быть лидером Мир-Системы в привычном для нас смысле, в результате чего геополитический ландшафт мира серьезно изменится[26]. Роль США и Запада сократится, а развивающихся стран (особенно крупных) – возрастет.

В то же время надежды некоторых политологов и экономистов на скорый и обвальный крах США беспочвенны: такое сокращение, скорее всего, будет происходить постепенно, по мере того как объективные обстоятельства, включая рост периферийных стран, будут этому способствовать. Как говорит знаток великих держав П. Кеннеди, этот уход будет долгим[27]. Кроме того, необходимо учитывать, что мир в целом пока еще заинтересован в сохранении американского лидерства[28]. Неслучайно с началом кризиса в США (2006–2007 гг.) и некоторым ослаблением внешнеполитической активности стали появляться статьи с весьма выразительными названиями, такие как, например, «Мир хочет, чтобы Америка “вернулась”»[29].

Глобализация меняет расклад сил

Как это ни непривычно звучит, но к настоящему моменту глобализация в целом оказалась полезна развивающимся странам. И в результате к началу глобального экономического кризиса представления о новом мировом порядке с западной гегемонией вошли в явное противоречие с реальными процессами. Что же произошло? Во-первых, ослабели экономический рост и роль западных стран, во-вторых, возросла роль остального мира (развивающихся государств).

Сокращение могущества США и Запада, если рассматривать ситуацию в ретроспективе, было неизбежным. Кризис 2008–2013 гг. только обнажил то, что фактически уже имело место: ослабление главных центров западной экономики и неизбежность утраты Западом абсолютного лидерства. В этом заключается логика истории, которую, правда, до конца еще не все поняли: развитие глобализации с некоторого момента оказалось несовместимым с устоявшейся моделью американской и западной гегемонии[30]. Таким образом, именно глобализация, которую американцы активно навязывали, которую клеймят антиглобалисты всех стран, в которой видят источник трудностей развивающихся государств, и сделала данную тенденцию ослабления богатых стран и усиления бедных неизбежной[31].

Помимо объективных причин, связанных с глобализацией, было, конечно, немало и причин, связанных с неверной политикой США и Запада. Со времени окончания Второй мировой войны установилась уникальная ситуация, когда одна страна – США – стала мировым лидером во многих отношениях: политическом, военном, валютно-финансовом, экономическом, технологическом, инновационном. Поскольку длительное время это лидерство укреп-лялось соперничеством с мировым коммунизмом, объединяя Запад, это одновременно и стимулировало мощную энергию в самих Штатах. С момента распада СССР США стали абсолютным гегемоном. Причем, как ни парадоксально, именно получение статуса абсолютного гегемона способствовало началу заката их могущества. С одной стороны, это ослабило готовность страны и населения к жертвам (которые Америка несла ранее в рамках холодной войны), с другой – на фоне кажущегося всемогущества американские лидеры допустили много ошибок. В различных акциях они растратили запас прочности, что пошатнуло их могущество, накопили непомерные долги, стали детонатором мирового кризиса, последствия которого до конца еще не ясны.

Рис. 1. Изменение доли Запада и остального мира в глобальном ВВП после 1980 г. (рассчитано по паритету покупательной способности 2005 г. в международных долларах)

Источник: World Bank 2014: NY.GDP.MKTP.PP.KD[32].

А за эти двадцать с небольшим лет, с 1991 г., на фоне ослабления Европы и продолжающейся стагнации Японии выросли экономические гиганты в Азии (Китай и Индия), а также появилась целая когорта быстроразвивающихся стран (от Мексики до Малайзии и Эфиопии), которые продолжают расти (хотя и не без трудностей) и займут лидирующие позиции в мире в не столь отдаленном будущем.

Тем не менее ослабление лидерских функций США принесет много проблем. Обычно предполагается, что место Соединенных Штатов как лидера займет ЕС, Китай или кто-то еще (от Индии до России; чаще всего речь идет о Китае). Но это глубокое заблуждение, дело вовсе не обойдется простой сменой лидера. Потеря США статуса лидера приведет к коренному изменению всей структуры мирового экономического и политического порядка, поскольку США сосредоточивают в себе слишком много аспектов лидерства. Это значит, что место в Мир-Системе, подобное положению США, не сможет занять никто, поскольку никто не в состоянии сосредоточить одновременно столько лидерских функций. И поэтому (а также и по многим другим причинам) утрата США роли лидера будет означать глубокую, весьма трудную и кризисную трансформацию самой Мир-Системы, даже ближайшие последствия которой во многом не ясны[33]. При этом еще больше усугубит проблемы нежелание США утрачивать ведущую роль. Поэтому крайне необходимо активно исследовать весь спектр вытекающих из этого процесса последствий для очень многих стран и для всего мира.

Неадекватность принципов и подходов внешней политики США как отражение ослабления их лидерских возможностей

Как уже было сказано, определенную преемственность в подходах к внешней политике и по отношению к союзникам и противникам США, без всякого сомнения, найти нетрудно. Однако создается впечатление, что в последние годы, особенно при Б. Обаме, происходят какие-то негативные процессы во внешней политике США, которые делают ее более непредсказуемой и разрушительной для мира, чем раньше, а Соединенные Штаты оказались в центре иррациональных войн и кризисов[34]. И это притом что во время вступления в должность Обамы в 2008 г. декларировались смягчение и даже смена внешнеполитического курса. Понять смысл и цели этой политики часто довольно затруднительно. С одной стороны, многие ругают Обаму за непоследовательность и мягкотелость[35]. Его есть за что ругать. Но все же представляется, что дело не только в Обаме и его команде. За всем этим чувствуется кризис не только внешней политики США, но и их кризис как сверхдержавы.

Эти сложности и противоречия в последнее время стали очевидны всему миру, в определенной мере объясняют противоречия и сумбурность в самом внешнеполитическом курсе США[36]. Кроме того, как мы говорили выше, узкий прагматизм в политике США начинает превалировать в ущерб общей стратегии, то есть ради конкретной цели могут использоваться средства и силы, с которыми потом придется очень долго бороться. Политика США, образно говоря, заключается в том, чтобы ради непосредственной конкретной задачи выпустить джинна из бутылки, не беспокоясь о том, что в итоге этот джинн окажется неконтролируемым. Так, Соединенные Штаты, по мнению некоторых обозревателей, хотят использовать снятие санкций с Ирана, чтобы окончательно обвалить нефтяные цены, создать российскому газу в Европе сильную конкуренцию, тем самым ослабив экономику и бюджет России[37]. Но что из этого могут выйти неприятности для самих США, кажется, они не хотят видеть[38]. А между тем более вероятен союз Ирана с РФ (уже очевидно просматривающийся в военных операциях в Сирии), что создаст для США и их союзников очень сложную ситуацию (я не говорю уже об охлаждении отношений США из-за Ирана с союзниками – Израилем и странами Залива[39]). Иногда американская политика похожа на тушение пожара керосином. Так произошло с образованием ИГИЛ в результате усилий Соединенных Штатов во что бы то ни стало свергнуть Башара Асада, взращивая оппозицию в Сирии, а также после свержения Саддама Хуссейна, многие офицеры которого теперь служат в ИГИЛ[40].

Многие проблемы США на внешней арене возникают вследствие непрофессионализма дипломатической службы[41] (яркий при-мер тому – деятельность Х. Клинтон в Ливии). Фактически непрофессионалы не понимают, чем грозят те или иные их действия. Это усугубляется отсутствием долгосрочных целей и единства в планировании военных действий и послевоенного устройства[42]. Наконец, и от безнаказанности. Никто не ответил за варварства, тем более никого не привлекли к международному суду за содеянные преступления.

Так или иначе, внешняя политика США выглядит достаточно противоречивой, их взаимодействие даже с союзниками – весьма эгоистичным. Они пытаются не брать на себя каких-то постоянных обязательств и действуют согласно сиюминутным побуждениям, в то же время полагая, что все страны будут с радостью сотрудничать с ними в любой сфере и в любой момент, когда США того пожелают.

В этой противоречивости, однако, очевидно, что Соединенные Штаты пытаются ослабить любой режим, который полностью ими не контролируется, а также стремятся достичь своей цели любой ценой, даже возможным ослаблением отношений с союзниками. Все это выглядит весьма самонадеянно и недальновидно, свидетельствует, с одной стороны, о падении профессионализма в области внешней политики, а с другой – о том, что элита США не в состоянии преодолеть иллюзию своего сверхмогущества. А в целом ведет только к усилению хаоса и появлению сил, которые никто не сможет контролировать. В итоге США могут растратить свое могущество гораздо быстрее, чем в случае взвешенной и реалистичной политики (см. об этом в отношении украинского кризиса мнение С. Коэна[43]). Кроме того, попытками использовать самые разные силы США высвобождают политические амбиции региональных лидеров, таких как Саудовская Аравия, которые начинают вести собственную игру (как в случае с агрессией против Йемена).

В свое время мы указывали, что борьба мирового сообщества с растущим эгоизмом США, не желающих признавать общие интересы, будет составлять главную интригу современного глобального противоречия[44]. Последние годы, особенно в связи с «арабской весной» (а затем и с украинскими событиями), все заметнее это подтверждают[45].

На Ближнем Востоке, особенно в Ираке, Ливии, Сирии и Йемене, но также и в ситуации вокруг Ирана, и в событиях вокруг Украины и других постсоветских стран мы видим сегодня болезненные вариации этой коллизии. Соответственно в ближайшем будущем новые коллизии взаимоотношений между национальными интересами США, с одной стороны, и общемировыми интересами – с другой, будут демонстрировать трансформацию указанного противоречия.

Подобная политика ведет к усилению противодействия США, расколу мира и образованию союзов против Соединенных Штатов. В целом это движение к созданию новых коалиций (как мы и предсказывали[46]). «Китай, Россия и остальной мир, столкнувшись с американскими угрозами и хвастовством, не просто свернут свои знамена и согласятся, что надо слушаться США. Вместо этого они создают альтернативы. И делают это весьма хорошо и быстро. В данный момент переоценка США своих сил не только дает возможность подняться другим державам, она вынуждает их буквально создавать полномасштабную империю»[47]. В свою очередь Америка также стремится к новым коалициям в глобальном масштабе, чтобы сохранить свое влияние и поддержать экономику (см. об этом ниже).

Одна из главных причин текущего кризиса США как сверхдержавы – это их внутренние проблемы. Можно согласиться: сегодня проблема заключается в том, что политическая система США, похоже, утрачивает способность корректировать собственные изъяны[48]. Главная угроза исходит от недостатков американской политической системы, это отмечают и другие аналитики[49].

От однополярного мира к мировому беспорядку?

Бремя единственной сверхдержавы оказывается очень тяжелым. А современный кризис продемонстрировал, насколько затруднительно поддерживать однополярный порядок даже сверхдержаве. Ей приходится считаться с тем, что ее воля сталкивается не просто с желаниями других наций, но уже с региональными, а то и мировыми интересами. Невозможно все время уверять, что интересы США – это интересы мира, немыслимо неопределенно долго нести бремя сверхдержавы, вмешиваясь во все[50]. Неудивительно, что даже претензии на это становятся непосильными, а реакция на нехватку сил – все более нервной.

Итак, по мнению значительного числа аналитиков, однополярный отрезок времени приближается сегодня к своему бесславному концу[51]. Мы уже указывали причины этого. Однако на смену доминированию США пока не пришел никакой внятный новый мировой порядок, поскольку сегодня в мире действует одновременно несколько противоположных принципов, что приводит к ослаблению всех прежних правил. И это неудивительно. С одной стороны, США ослабевают, но равноценного им лидера пока не появилось. Причем в самой Америке возрастает число сторонников сокращения присутствия США в мире[52]. С другой стороны, в Соединенных Штатах по-прежнему влиятельны силы, которые не настроены хоть как-то умалить мировые позиции США. При этом неуклюжие действия гегемонистов[53] вызывают сопротивление во многих странах. В целом в результате ослабления лидерских функций США, попыток ряда государств изменить в этой связи мировые правила (например, в отношении статуса доллара и т. п.) и одновременно абсолютного нежелания Соединенных Штатов уступать хоть в чем-то из своих неформальных прерогатив напряженность в мире усилилась. Таким образом, имеется много поводов предположить дальнейшую неразбериху по мере продвижения к новому миропорядку, каким бы он ни был[54].

Как бы ни было названо то, что движется на смену, ясно, что это пока больше напоминает беспорядок[55]. Неудивительно, что усиливается ностальгия по системе международных отношений, основанной на определенных правилах, и звучит призыв к ее возрождению[56]. Беспорядок усиливают действия многих, если не всех, мировых игроков. Но в последние годы особенно заметный беспорядок вызывает политика США. При этом создается впечатление, что Соединенные Штаты довольно глупо сняли завесу со своих тайных орудий воздействия и палят из них, так что даже невеждам становятся понятны те пружины, которые ими используются. Говорят: «Деньги любят тишину». Точно так же дипломатия любит тайну. А Б. Обама раскрыл все тайны, причем безо всякой нужды. Вероятно, это также связано и с падением профессионализма американской дипломатии, о котором говорилось выше.

Необходимость нового порядка и его проблемы

Итак, все больше аналитиков приходят к мысли, что хотя новых сверхдержав на горизонте и не видно, однополярный мир прекратил свое существование, лидерство США будет ослабевать, в связи с этим должен меняться и мировой порядок. «Необходимо признаться в том, что американское могущество ограничено, а глобальное доминирование – невозможная фантазия», – справедливо утверждает, например, Майкл Клэр[57]. И далее он вполне прагматично предлагает вариант развития. По его мнению, следует принять очевидную реальность: Америка делит планету с другими крупными державами: ни одна из них не равна США по силе, но и не слаба настолько, чтобы ее можно было запугать угрозой американского военного вмешательства. Выбрав более реалистичную оценку американских возможностей, Вашингтон должен сосредоточиться на том, как ему сосуществовать с такими державами, как Россия, Иран и Китай, улаживать разногласия с ними, не воспламеняя еще более катастрофические региональные бури[58]. Похожие советы дают и другие аналитики. У США есть возможность формировать меняющийся глобальный ландшафт и занять в нем видное место, но для этого они сначала должны осознать, что постамериканский мир стал реальностью, и не только принять, но и приветствовать этот факт[59]. «Вашингтону нужно пересмотреть свой подход. Прекратить вмешательство и антагонизм, перестроить отношения с помощью торговли и взаимного доверия и принять неизбежность упадка империи», – справедливо замечает М. Уитни[60].

Ситуация выглядит следующим образом. Она весьма сложная. С одной стороны, на смену США не может прийти новый гегемон, который обладал бы большим набором лидерских преимуществ, какими сегодня обладают Соединенные Штаты[61]. С другой стороны, США, несмотря на ослабление, еще долго будут владеть рядом преимуществ[62]. Однако ослабление лидерских возможностей Соединенных Штатов неизбежно и будет проявляться все заметнее. И в этой ситуации попытки постоянно диктовать остальным, что делать, считать, что у них есть право нарушать суверенитеты и права других, – значит неизбежно создавать постоянную напряженность и конфликтность. Мир в определенной мере заинтересован в мягком лидерстве США, но никак не в диктаторе, задача которого – любыми методами подорвать мощь соперников. Таким образом, сегодня все отчетливее просматриваются тенденции к тому, что новый мировой порядок будет иным, миром без гегемона, хотя он и будет включать в себя те или иные центры силы и влияния, среди которых, возможно, важнейшим будут оставаться США. Но они могут претендовать только на звание «первого среди равных», а не на статус сверхдержавы и гегемона[63].

Современное состояние как период реконфигурации Мир-Системы

Для перехода к новому состоянию мира требуется искать и формировать принципы и условия, создавать прецеденты и нужные комбинации. Естественно, поиск нового основания для мирового порядка не может не быть достаточно долгим и трудным. И как всегда, путь к новому мировому порядку связан с временным усилением турбулентности и конфликтности, нестабильности, борьбы различных версий нового порядка. Почему усиление «беспорядка» в известной мере если не неизбежно, то более вероятно, чем мягкий переход?

Радикальное изменение баланса экономических сил в мире, о котором мы говорили выше (см. Рис. 1), создает объективные условия для пересмотра мирового порядка. Однако оно вовсе не влечет за собой автоматическое изменение и военно-политического баланса. Для этого, образно говоря, требуется «подтягивание» политической составляющей мирового развития (политической глобализации) к экономической (о чем выше уже шла речь). Очевидно, что вторая значительно опередила первую. И дальнейшее развитие без такого «подтягивания» будет затруднительным. Неизбежное сокращение разрыва между экономической и политической глобализацией мы назвали реконфигурацией Мир-Системы[64].

Основные векторы этой реконфигурации − ослабление прежнего центра Мир-Системы (США и Запада), одновременное усиление позиций ряда периферийных стран и в целом увеличение роли в мировой экономике и политике развивающихся стран. Процесс реконфигурации в разных странах, случаях и регионах может проявляться по-разному и часто непредсказуемо. При этом надо иметь в виду, что такое «подтягивание» (политической составляющей глобализации к экономической) происходит рывками и означает более или менее сильные политические и геополитические кризисы в тех или иных странах. Мы рассматриваем кризисы и потрясения на Ближнем Востоке начиная с 2010 г., а также кризис на Украине именно как такие «реконфигуративные» кризисы, которые одновременно становятся и геополитическими, требующими изменения мирового порядка[65]. При этом становится все более вероятным возникновение мощных и внезапных кризисов в тех или иных обществах или регионах. Внезапность может быть сродни землетрясениям. И продолжая геологические сравнения, стоит заметить, что подобно тому как тектонические сдвиги происходят по линии наиболее подвижной земной коры и на границе тектонических плит, такого рода реконфигурационные кризисы также возникают в регионах и обществах, наименее устойчивых и лежащих на стыках геополитических «плит». И Ближний Восток, и Украина относятся к таким регионам[66]. Внутренние особенности регионов и стран во многом и определяют эту геополитическую неустойчивость. Поэтому можно предположить, что особо сильные изменения будут происходить в периферийных странах, которые, образно говоря, лежат на стыке геополитических «плит».

Таким образом, необходимость в «подтягивании» политической составляющей (что неизбежно должно рано или поздно привести к формированию нового мирового порядка) означает, что какое-то достаточно длительное время (возможно, два десятилетия) мир будет находиться в весьма турбулентной эпохе с кризисами, усилением напряженности, формированием новых и непривычных союзов и коалиций[67].

Эпоха новых коалиций и контуры нового мирового порядка

В борьбе за почетное место в глобализации и коалициях, в организации и функционировании нового мирового порядка наступает (а вероятно, уже наступило) то, что мы назвали эпохой новых коалиций[68]. В результате могут быть обозначены контуры новой расстановки сил на определенный срок.

Вполне вероятно, что на какое-то время подвижность партнерств в рамках Мир-Системы увеличится, возникающие коалиции порой могут оказаться химерическими, эфемерными или фантастическими. В подтверждение сказанного о совершенно неожиданных союзах и блоках можно привести форум стран БРИКС – организации, которая из простой аббревиатуры, созданной экономистом, превратились в динамично развивающийся экономический союз, имеющий и политические перспективы. При этом участие в данном неофициальном союзе открывает возможность присоединения к другим объединениям, таким как ШОС или ЕврАзЭс, либо к международным проектам, как, например, Китайский Азиатский банк или «Новый Шелковый путь».

Таким образом, мы видим, что современные союзы могут возникать случайно и на совершенно неожиданных основаниях. Земной шар становится достаточно тесным, чтобы можно было дружить и сотрудничать, не только находясь рядом. Поэтому возникают самые разные геополитические фантазии, и некоторым из них, вполне возможно, суждено воплотиться в жизнь, как произошло с БРИК.

Указанная выше наступающая турбулентность вместе с формированием различных союзов и комбинаций может продлиться определенное время. Но постепенно наряду с вероятным усилением конфликтности и политических перемен в различных регионах ярче обозначится вектор, направленный на формирование общего поля интересов государств. Мы надеемся, что после определенного периода «игры без правил», который не может быть слишком долгим (возможно, до двух десятков лет), мировая арена все же начнет рассматриваться как общее поле интересов, на котором нужно устанавливать выгодные для всех правила игры и поддерживать их. «Подтягивание» политической составляющей глобализации может заключаться в том, что общемировые интересы начнут так или иначе оказывать влияние на политику все большего количества государств. А это значит, что в самой концепции внешней политики и постепенно (очень неровно) в ее практическом осуществлении принципы откровенного преследования эгоистических интересов государств будут занимать меньше места, чем сегодня.

Да, конечно, сказанное может звучать утопично. Тем более что за последние несколько лет эгоистические подходы и двойные стандарты как будто даже усилились. Однако, возможно, это свидетельствует о том, что мир находится на пути поиска принципов нового мирового устройства. Вероятно, для этого потребуется пережить какие-то катаклизмы (вроде нового экономического кризиса), поскольку именно в кризисные моменты ситуация меняется более радикально. После 2008 г. произошли некоторые изменения, в том числе и в политике США, которые стали больше прислушиваться к мнению других стран, но стоило их экономике чуть окрепнуть, как они начали отыгрывать назад. Украинский кризис, как и борьба с ИГ, также будет способствовать поиску новых отношений.

Таким образом, в течение некоторого времени принципы мирового порядка должны измениться. Грубая демонстрация силы в качестве ведущего мотива политики национального эгоизма, как нам кажется, должна уменьшиться. Дело, разумеется, не в том, что национальный эгоизм исчезнет (вряд ли это вообще когда-нибудь произойдет). Просто он будет сильнее, чем сегодня, камуфлироваться наднациональными интересами и нуждами. Точнее говоря, всякая международная акция может требовать помимо реального интереса также и определенного идеологического обоснования. Поэтому есть ощущение и надежда, что – конечно, весьма постепенно, – во внешней политике начнут усиливаться лозунги общего (регионального, мирового, группового) блага, хотя за формулировкой «кто лучше представляет мировые интересы» могут скрываться, как всегда, эгоистические цели. Но подобная трансформация так или иначе приведет к довольно существенным изменениям, причем во многом положительным. Во всяком случае, страны, которые будут продолжать в грубой форме отстаивать национальный эгоистический интерес, в конечном счете проиграют. Также неизбежно претерпит радикальные изменения политика наиболее крупных государств, направленная на то, чтобы насильственно доминировать в мировом или региональном масштабе (включая и наиболее независимого и эгоистичного суверена – США).

В этом случае характер отстаивания национальных интересов, причины соперничества на международной арене, формы конфликтов и тяжб постепенно начнут приобретать уже иной вид. Заметнее пойдет конкуренция за то, кто станет направлять процесс формирования нового мирового порядка в мире и отдельных регионах. Тем силам, которые будут претендовать на лидерство, придется действовать под лозунгами более справедливого мирового и регионального устройства и т. п. А в проведении такого рода политики, естественно, необходимы союзники и блокировки. Поэтому неизбежно начнется перегруппировка сил на мировой и региональных аренах.

В процессе поиска наиболее устойчивых, выгодных и адекватных организационных наднациональных форм могут возникать различные и даже быстро меняющиеся промежуточные формы, когда игроки на мировой и региональных политических аренах будут искать наиболее выгодные и удобные блоки и соглашения. Но в конце концов постепенно некоторые из новых союзов и объединений могут стать из временных постоянными, фиксированными и принять особые наднациональные формы. В этом же процессе начнут вырабатываться некоторые новые нормы мирового права, о необходимости которых говорят уже в течение нескольких десятилетий[69].

Однако, на наш взгляд, новый мировой порядок потребует: 1) до-статочно прочного баланса сил и интересов; 2) новых моделей наднационального управления и координации мировых процессов; 3) новых идеологий. Для решения первой задачи необходимо будет признать в качестве принципа плюрализм политических режимов, то, что любой режим (включая и демократический) имеет свои минусы и плюсы. Отказ от навязывания демократии любой ценой может стать важным составным моментом создания общего поля интересов и правил игры. Для решения второй задачи необходимо отказаться от идеи универсальности демократии на всех уровнях. Опыт Европейского союза показал, что в наднациональном масштабе демократические процедуры буксуют. Следовательно, необходим деидеологизированный и осмысленный поиск новых форм. Возможно, здесь пригодились бы различного рода международные организации экспертов, кооптируемые разными странами и союзами, а также система различных квот для них на мировом уровне. Что касается общей идеологии, то она может появиться только на базе поиска новых форм сотрудничества.

Таким образом, хотя впереди нас ждут достаточно неспокойные годы, в течение которых будет формироваться баланс между разными странами и союзами, у человечества есть неплохие шансы использовать глобализацию для создания новых основ мирового порядка.

[1] См., например: Attali J. Millennium: Winners and Losers in the Coming World Order. New York, NY: Times Books, 1991.

[2] См., например: Бжезинский З. Великая шахматная доска. М.: Международные отношения, 1999; Collins R. Geopolitics in an Era of Internationalism // Social Evolution & History. 2002. No. 1(1). Pp. 118–139.

[3] Киссинджер Г. Нужна ли Америке внешняя политика? М.: Ладомир, 2002.

[4] Гринин Л. Е. Государство и исторический процесс: Политический срез исторического процесса. М.: ЛИБРОКОМ/URSS, 2009; Гринин Л. Е., Коротаев А. В. Революция vs демократия (Революция и контрреволюция в Египте) // Полис. № 3. 2014. С. 139–158; Гринин Л. Е., Исаев Л. М., Коротаев А. В. Революции и нестабильность на Ближнем Востоке. М.: Моск. ред. изд-ва «Учитель», 2015.

[5] Каплински Р. Распространение положительного влияния глобализации: анализ «цепочек» приращения стоимости // Вопросы экономики. 2003. № 10. С. 4–26.

[6] См. об этом: Бжезинский З. Указ. соч.

[7] Только соседняя с Соединенными Штатами Мексика получила реальные дивиденды от сотрудничества с ними.

[8] См.: Гринин Л. Е., Коротаев А. В. Революция vs демократия…; Гринин Л. Е., Исаев Л. М., Коротаев А. В. Указ. соч.

[9] Неру Дж. Взгляд на всемирную историю: в 3 т. Т. 1. М.: Прогресс, 1977.

[10] См., например: Хэрланд Х. Н. США злоупотребляют силой на Ближнем Востоке // ИноСМИ. – 2015 [Электронный ресурс]. URL: http://inosmi.ru/world/20141003/223404889.html; Ларисон Д. Четверть века интервенций (“The American Conservative”, США) // ИноСМИ. – 2015 [Электронный ресурс]. URL: http://inosmi.ru/world/20150528/228266813.html.

[11] См. также: Киссинджер Г. Указ соч.

[12] См., например: Милн С. Грузия – могила однополярного мира Америки. Вызывающее поведение России на Кавказе покончило с миропорядком Буша-старшего – вполне своевременно (“The Guardian”, Великобритания) // ИноСМИ. – 2008 [Электронный ресурс]. URL: http://inosmi.ru/world/20080828/243620.html.

[13] Характерно, что в начале 2008 г. не кто иной, как Мадлен Олбрайт, писала о том, что «самый лучший подарок, который новый президент может сделать Америке, – это положить конец политике страха», так как «в последнее время страха было многовато» (Олбрайт 2008). К сожалению, страха с того времени только прибавилось.

[14] Liao R. 2015. Sorry, Obama: America Can't Contain China. The National Interest [Электронный ресурс]. URL: http://www.nationalinterest.org/feature/sorry-obama-america-cant-contain- china-13097.

[15] Хэрланд Х. Н. Указ. соч.

[16] Kennedy P. The Rise and Fall of Great Powers 1500–2000. New York: Random House, 1987.

[17] См., например: Frank A. G. Asia Comes Full Circle – with China as the ‘Middle King-dom’ // Humboldt Journal of Social Relations. 1997. No. 76(2). Pp. 7–20; Франк А. Г. Азия проходит полный круг – с Китаем как «Срединным государством» // Цивилизации. № 5. Проблемы глобалистики и глобальной истории / Ред. А. О. Чубарьян. М.: Наука, 2002. С. 192–203; Arrighi G. The Long Twentieth Century: Money, Power, and the Origins of Our Times. London: Verso, 1994; Arrighi G. Adam Smith in Beijing: Lineages of the Twenty-First Century. London: Verso, 2007; Тодд Э. После империи. Pax Americana – Начало конца. М.: Международные отношения, 2004; Валлерстайн И. Анализ мировых систем и ситуация в современном мире. СПб., 2001; Капхен Ч. Закат Америки. Уже скоро. М.: АСТ; Люкс, 2004.; Buchanan P. J. The Death of the West: How Dying Populations and Immigrant Invasions Imperil Our Country and Civilization. New York: St. Martin's Griffin, 2002; Mandelbaum M. The Case for Goliath: How America Acts as the World's Government in the Twenty-First Century. New York: Public Affairs, 2005; Мир после кризиса. Глобальные тенденции – 2025: меняющийся мир. Доклад Национального разведывательного совета США. М.: Европа, 2009; National Intelligence Council. Global Trends 2030: Alternative Worlds. – 2012 [Электронный ресурс]. URL: www.dni.gov/nic/ globaltrends; см. также: Гринин Л. Е. Государство и исторический процесс: Политический срез исторического процесса. М.: ЛИБРОКОМ/URSS, 2009; Grinin L. E., Korotayev A. V. Will the Global Crisis Lead to Global Transformations? 1. The Global Financial System: Pros and Cons // Journal of Globalization Studies. 2010. No. 1(1). Pp.70–89; Grinin L. E., Korotayev A. V. Will the Global Crisis Lead to Global Transformations? 2. The Coming Epoch of New Coalitions // Journal of Globalization Studies. 2010b. No. 1(2). Pp. 166–183; Grinin L., Korotayev A. Great Divergence and Great Convergence. A Global Perspective. N. p.: Springer International Publishing, 2015.

[18] См., например: Милн С. Указ. соч.; Закария Ф. Будущее американского великодержавия (“Foreign Affairs”, США) // ИноСМИ. – 2008 [Электронный ресурс]. URL: http://inosmi. ru/world/20080501/241108.html, Ч. 2. URL: http://inosmi.ru/world/20080505/241159.html; Haass R. N. The Age of Nonpolarity. What Will Follow U.S. Dominance. Foreign Affairs, May/June. – 2008 [Электронный ресурс]. URL: https://www.foreignaffairs.com/articles/united-states/2008-05-03/age-nonpolarity; Un monde multipolaire // Le Monde. 2008. Septembre [Электронный ресурс]. URL: http://www.lemonde.fr/idees/article/2008/09/24/un-monde-multipolaire_1098924_3232.html.

[19] Гринуэй Х. Д. С. Иллюзорность американского могущества (“The Boston Globe”, США) // ИноСМИ. – 2008 [Электронный ресурс]. URL: http://inosmi.ru/world/20081022/ 244810.html.

[20] Кеннеди П. Конец американской эпохи? (“The Times”, Великобритания) // Новости Украины. События в мире. – 2009 [Электронный ресурс]. URL: http://noviny.su/smi-0000 0249.html.

[21] Tisdall S. America's Fall is a Dangerous Opportunity for its Enemies // The Guardian. 2008. № 6, October [Электронный ресурс]. URL: http://www.theguardian.com/commentisfree/2008/ oct/06/tisdallbriefing.usa.

[22] Грей Д. Величие Америки рухнуло и раскололось на куски // ИноСМИ. – 2008 [Электронный ресурс]. URL: http://inosmi.ru/world/20081001/244365.html.

[23] Reid T. National Intelligence Council Report: Sun Setting on The American Century. Common Dreams. – 2008 [Электронный ресурс]. URL: http://www.commondreams.org/news/ 2008/11/21/national-intelligence-council-report-sun-setting-american-century.

[24] См., например: Бреммер И. Чего мы ждем от США? // ИноСМИ. – 2015 [Электронный ресурс]. URL: http://inosmi.ru/world/20150616/228614822.html; Клэр М. Галлюцинации в Вашингтоне. Отчаянное положение угасающей сверхдержавы // ПолиСМИ. – 2015 [Электронный ресурс]. URL: http://polismi.ru/politika/obratnaya-storona-zemli/1149-gallyutsinatsii-v-vashingtone.html; Уитни М. Еще один идиотский план навредить России. Америка формирует стартовую площадку // ПолиСМИ. – 2015 [Электронный ресурс]. URL: http://polismi.ru/ politika/bolshoj-blizhnij-vostok/1110-eshchjo-odin-idiotskij-plan-navredit-rossii.html.

[25] На те или иные возможности поддержать лидерство Соединенных Штатов указывают, например: Милн С. Указ. соч.; Кеннеди П. Указ. соч.; Бреммер И. Указ. соч.

[26] См. подробнее: Гринин Л. Е. Приведет ли глобальный кризис к глобальным изменениям? // Век глобализации. 2009. № 2. С. 117–140; Его же. Реконфигурация мира, или наступающая эпоха новых коалиций (возможные сценарии ближайшего будущего) // История и современность. 2012. № 2. С. 3–27; Его же. Китайская модель и перспективы лидерства Китая в мире // Век глобализации. 2012. № 2. С. 43–61; Гринин Л. Е., Коротаев А. В. Циклы, кризисы, ловушки современной Мир-Системы. Исследование кондратьевских, жюгляровских и вековых циклов, глобальных кризисов, мальтузианских и постмальтузианских ловушек. М.: ЛКИ, 2012.; Гринин Л. Е., Исаев Л. М., Коротаев А. В. Указ. соч.; Grinin L. E. The State in the Past and in the Future // Herald of the Russian Academy of Sciences. 2009. No. 79(5). Pp. 480–486; Grinin L. E. Chinese Joker in the World Pack // Journal of Globalization Studies. 2011. No. 2(2). Pp. 7–24; Idem. Macrohistory and Globalization. Volgograd: Uchitel, 2012; Idem. New Foundations of International System or Why do States Lose Their Sovereignty in the Age of Globalization? // Journal of Globalization Studies. 2012. No. 3(1). Pp. 3–38; Grinin L. E., Korotayev A. V. Will the Global Crisis Lead to Global Transformations? 2. The Coming Epoch of New Coalitions // Journal of Globalization Studies. 2010. No. 1(2). Pp. 166–183; Idem. The Coming Epoch of New Coalitions: Possible Scenarios of the Near Future // World Futures. 2011. No. 67(8). Pp. 531–563; Idem. Great Divergence...

[27] Кеннеди П. Указ. соч.; см. также: Мир после кризиса…

[28] См., например: Барбер Л. Генри Киссинджер: «США должны сохранить лидерство, чтобы сохранить мировой порядок» (“The Financial Times”, Великобритания) // ИноСМИ. – 2014 [Электронный ресурс]. URL: http://inosmi.ru/world/20140909/222867679.html.

[29] Наим М. Тоска по Америке. Мир хочет, чтобы Америка «вернулась» (“The Washington Post”, США) // ИноСМИ. – 2008 [Электронный ресурс]. URL: http://inosmi.ru/world/ 20080105/238758.html.

[30] См.: Гринин Л. Е. Глобализация тасует карты (Куда сдвигается глобальный экономико-политический баланс мира) // Век глобализации. 2013. № 2. С. 63–78; Его же. Новый мировой порядок и эпоха глобализации. Ст. 1. Американская гегемония: апогей и ослабление. Что дальше? // Век глобализации. 2015. № 2. С. 3–17; Grinin L. E., Korotayev A. V. Globalization Shuffles Cards of the World Pack: In Which Direction is the Global Economic-Political Balance Shifting? // World Futures. 2014. Vol. 70, Issue 8. Pp. 515–545; Idem. Great Divergence...

[31] Там же.

[32] Взято из: Grinin L., Korotayev A. Great Divergence...

[33] Подробнее об этом см.: Гринин Л. Е. Приведет ли глобальный кризис к глобальным изменениям? // Век глобализации. 2009. № 2. С. 117–140; Его же. Глобализация тасует карты…; Его же. Новый мировой порядок…; Гринин Л. Е., Коротаев А. В. Циклы, кризисы, ловушки современной Мир-Системы. Исследование кондратьевских, жюгляровских и вековых циклов, глобальных кризисов, мальтузианских и постмальтузианских ловушек. М.: ЛКИ, 2012; Grinin L. E., Korotayev A. V. Will the Global Crisis Lead to Global Transformations? 2. The Coming Epoch of New Coalitions // Journal of Globalization Studies. 2010b. No. 1(2). Pp. 166–183; Idem. Globalization Shuffles Cards…; Idem. Great Divergence…

[34] Schwenninger Sh. R. How Obama Went from Being a Peace Candidate to a War President // The Nation. 2015. No. 2, June [Электронный ресурс]. URL: http://www.thenation.com/ article/obamas-quiet-war-doctrine.

[35] Cм., например: Там же; Льюис Д. Мир жаждет лидерства. Как вам это обамовское «лидерство с тыла»? Негодяи всего мира не нарадуются такому лидерству (“American Thinker”, США) // ИноСМИ. – 2015 [Электронный ресурс]. URL: http://inosmi.ru/world/ 20150515/228046554.html.; Мэттьюс О. Как Путин перехитрил Запад. Из-за его сирийской интервенции Обама и Кэмерон кажутся растерянными слабаками // ИноСМИ. – 2015 [Электронный ресурс]. URL: http://inosmi.ru/world/ 20151009/230722501.html.

[36] См. подробнее: Гринин Л. Е. Реконфигурация мира, или наступающая эпоха новых коалиций (возможные сценарии ближайшего будущего) // История и современность. 2012. № 2. С. 3–27; Гринин Л. Е., Исаев Л. М., Коротаев А. В. Указ. соч.

[37] Уитни М. Еще один идиотский план…; Его же. Почему Обама хочет снять санкции с Ирана. В поисках альтернативного источника газа // ПолиСМИ. – 2015 [Электронный ресурс]. URL: http://polismi.ru/politika/bolshoj-blizhnij-vostok/1117-pochemu-obama-khochet-snyat- sanktsii-s-irana.html.

[38] См., например: Doan L. U.S. Shale Oil Boom Grinds to a Halt as OPEC Keeps Pumping. –2015 [Электронный ресурс]. URL: http://www.bloomberg.com/news/articles/2015-06-08/ame rica-s-sha-le-oil-boom-grinding-to-halt-as-u-s-forecasts-drop.

[39] См., например: Кахана А. Обама предал Израиль в угоду Ирану // ИноСМИ. – 2015 [Электронный ресурс]. URL: http://inosmi.ru/world/20150401/227240526.html; Глик К. Обама доказал, что Израиль не может на него рассчитывать // ИноСМИ. – 2015 [Электронный ресурс]. URL: http://inosmi.ru/world/20150219/226361050.html.

[40] Кронин О. К. ИГИЛ – не группа террористов // Россия в глобальной политике. 2015. № 2 [Электронный ресурс]. URL: http://www.globalaffairs.ru/number/IGIL--ne-gruppa-terrori stov-17447; Гринин Л. Е., Исаев Л. М., Коротаев А. В. Указ. соч.

[41] Фримэн Ч. Кризис американской дипломатии (“The American Conservative”, США) // ГеоПолитика. – 2015 [Электронный ресурс]. URL: http://geo-politica.info/krizis-amerikanskoy-diplomatii-the-american-conservative-ssha.html.

[42] Там же.

[43] Смит П. 2015. Архитекторы политики США в отношении России и Украины разрушают национальную безопасность Америки. Ч. 1 (“Salon”, США) // ИноСМИ. – 2015 [Электронный ресурс]. URL: http://inosmi.ru/world/20150504/227843684.html; Smith P. L. “Architects of American Policy Towards Russia and Ukraine are Destroying American national Security”: Stephen F. Cohen on the truths U.S. Media and Politicians Hide // Salon. 2015. No. 24, April [Электронный ресурс]. URL: http://www.salon.com/2015/04/23/architects_of_american_policy_ towards_russia_and_ukraine_are_destroying_american_national_security_stephen_f_cohen_on_the_ truths_u_s_media_and_politicians_hide; Гринин Л. Е. Украинское государство как незавершенный политический проект: фрагментарное прошлое, кризисное настоящее, неясное будущее // Историческая психология и социология истории. 2014. № 7(1). С. 5–37.

[44] Гринин Л. Е. Глобализация и национальный суверенитет // История и современность. 2005. № 1. С. 17; Его же. Приведет ли глобальный кризис…; Его же. Государство и исторический процесс: Политический срез исторического процесса. М.: ЛИБРОКОМ/URSS, 2009.

[45] См.: Гринин Л. Е. Реконфигурация мира, или наступающая эпоха новых коалиций (возможные сценарии ближайшего будущего) // История и современность. 2012. № 2. С. 3–27; Гринин Л. Е., Исаев Л. М., Коротаев А. В. Указ. соч.

[46] См., например: Гринин Л. Е. Приведет ли глобальный кризис…; Его же. Реконфигурация мира…; Его же. Глобализация тасует карты…; Grinin L. E., Korotayev A. V. Will the Global Crisis Lead to Global Transformations? 2. The Coming Epoch of New Coalitions // Journal of Globalization Studies. 2010. No. 1(2). Pp. 166–183; Idem. Great Divergence…

[47] Томас Д. 2015. Следующая Империя // ПолиСМИ. – 2015 [Электронный ресурс]. URL: http://polismi.ru/politika/kontury-novogo-mira/1032-sleduyushchaya-imperiya.html.

[48] Но американский политический процесс в значительной степени утратил «дееспособность». Результатом становятся бесконечные яростные дебаты о мелочах – «политический театр» – и почти полное отсутствие содержания, компромиссов и действий (см.: Закария Ф. Будущее американского великодержавия (“Foreign Affairs”, США) // ИноСМИ. – 2008 [Электронный ресурс]. Ч. 1. URL: http://inosmi.ru/world/20080501/241108.html, Ч. 2. URL: http://inosmi.ru/world/ 20080505/241159.html).

[49] См., например: Наим М. Гегемонии США угрожают внутренние враги (“Slate.fr”, Франция) // ИноСМИ. – 2015 [Электронный ресурс]. URL: http://inosmi.ru/world/20150515/ 228051724.html.

[50] О чем и пытается предупредить американцев Генри Киссинджер (Нужна ли Америке внешняя политика? М.: Ладомир, 2002), подчеркивая: «Намеренное стремление к гегемонии – это наиболее верный путь к разрушению ценностей, сделавших Америку великой». См. мнение Киссинджера об этом сегодня: Барбер Л. Генри Киссинджер: «США должны сохранить лидерство, чтобы сохранить мировой порядок» (“The Financial Times”, Великобритания) // ИноСМИ. – 2014 [Электронный ресурс]. URL: http://inosmi.ru/world/20140909/ 222867679.html.

[51] Милн С. Указ. соч.; Haass R. N. The Age of Nonpolarity. What Will Follow U.S. Dominance // Foreign Affairs. 2008. May/June. [Электронный ресурс]. URL: https://www.foreignaffa irs.com/articles/united-states/2008-05-03/age-nonpolarity; Барбер Л. Указ. соч.; Бреммер И. Указ. соч.; и мн. др.

[52] См.: Бреммер И. Указ. соч.; Хейвел К. ван ден. Пора подумать о цене западного вмешательства в кризис на Украине (“The Washington Post”, США) // ИноСМИ. – 2015 [Электронный ресурс]. URL: http://inosmi.ru/world/ 20141127/224524451.html.

[53] Образчик подхода см.: Льюис Д. Указ. соч.

[54] Бреммер И. Указ. соч.

[55] Un monde multipolaire…

[56] Милн С. Указ. соч.

[57] Клэр М. Галлюцинации в Вашингтоне. Отчаянное положение угасающей сверхдержавы // ПолиСМИ. – 2015 [Электронный ресурс]. URL: http://polismi.ru/politika/obratnaya-storona-zemli/1149-gallyutsinatsii-v-vashingtone.html.

[58] Klare M. T. America’s Days as a Global Superpower Are Numbered. Now What? The First Step is to Accept the Fact that American Power is Limited and Global Rule is an Impossible Fantasy // The Nation. 2015. May. No. 28 [Электронный ресурс]. URL: http://www.thenation.com/ article/americas-days-global-superpower-are-numbered-now-what; см. также: Клэр М. Указ. соч.

[59] Закария Ф. Указ. соч.

[60] Уитни М. Еще один идиотский план…

[61] Подробнее об этом см.: Гринин Л. Е. Приведет ли глобальный кризис…; Его же. Го-сударство и исторический процесс…; Его же. Реконфигурация мира…; Его же. Китайская модель…; Grinin L. E. The State in the Past and in the Future // Herald of the Russian Academy of Sciences. 2009. No. 79(5). Pp. 480–486; Idem. Chinese Joker in the World Pack // Journal of Globalization Studies. 2011. No. 2(2). Pp. 7–24; Idem. Macrohistory and Globalization. Volgograd: Uchitel, 2012; Idem. New Foundations of International System or Why do States Lose Their Sovereignty in the Age of Globalization? // Journal of Globalization Studies. 2012. No. 3(1). Pp. 3–38; Grinin L. E., Korotayev A. V. Will the Global Crisis Lead to Global Transformations? 2. The Coming Epoch of New Coalitions // Journal of Globalization Studies. 2010. No. 1(2). Pp. 166–183; Idem. The Coming Epoch of New Coalitions: Possible Scenarios of the Near Future // World Futures. 2011. No. 67(8). Pp. 531–563; Idem. Great Divergence…

[62] См., например: Бреммер И. Указ. соч.

[63] В ближайшие два-три десятилетия США, скорее всего, останутся «первыми среди равных» из-за их превосходства в отношении целого ряда аспектов лидерства и «узаконенности» их лидирующей роли. Таково было мнение аналитиков, близких к американской разведке, еще в 2008 г. (см.: Мир после кризиса…).

[64] См.: Гринин Л. Е. Реконфигурация мира…; Его же. Глобализация тасует карты…; Grinin L., Korotayev A. Does “Arab Spring” Mean The Beginning Of World System Reconfiguration? World Futures // The Journal of Global Education. 2012. No. 68(7). Pp. 471–505.

[65] Гринин Л. Е. Реконфигурация мира…; Гринин Л. Е., Исаев Л. М., Коротаев А. В. Указ. соч.; Grinin L., Korotayev A. Does “Arab Spring” Mean…

[66] На стыках находятся также общества Закавказья и Средней Азии, Западного Китая (Тибет и Сянцзян), Западной Африки (на стыке исламской и Тропической Африки), некоторые регионы Южной Америки. Это довольно неустойчивые регионы, где уже проявляются некоторые симптомы кризиса либо они возможны (но это не значит, что они обязательно будут).

[67] См. об этом: Гринин Л. Е. Приведет ли глобальный кризис…; Его же. Ждут ли мир глобальные перемены?; Его же. Реконфигурация мира…; см. также: Бреммер И. Указ. соч.

[68] Гринин Л. Е. Приведет ли глобальный кризис…; Его же. Реконфигурация мира…; Гринин Л. Е., Коротаев А. В. Циклы, кризисы, ловушки современной Мир-Системы. Исследование кондратьевских, жюгляровских и вековых циклов, глобальных кризисов, мальтузианских и постмальтузианских ловушек. М.: ЛКИ, 2012; Grinin L. E., Korotayev A. V. Will the Global Crisis Lead to Global Transformations? 2. The Coming Epoch of New Coalitions; Idem. The Coming Epoch…; Idem. Does “Arab Spring” Mean…; Idem. Great Divergence…

[69] Cм., например: Тинберген Я. Пересмотр международного порядка. М.: Прогресс, 1980.

Размещено в разделах