Продовольственная безопасность Евразийского экономического союза: достижения и перспективы интеграционного взаимодействия

скачать Авторы: 
- Ромашкин Р. А. - подписаться на статьи автора
- Рыбальский Н. Г. - подписаться на статьи автора
Журнал: Век глобализации. Выпуск №3(55)/2025 - подписаться на статьи журнала

DOI: https://doi.org/10.30884/vglob/2025.03.13

Ромашкин Роман Анатольевич – к. э. н., доцент, заместитель директора Евразийского центра по продовольственной безопасности МГУ имени М. В. Ломоносова. E-mail: ecfs.msu@gmail.com.

Рыбальский Николай Григорьевич – д. б. н., профессор МГУ имени М. В. Ломоносова, президент Российской экологической академии. E-mail: rng@priroda.ru.

Статья посвящена анализу продовольственной безопасности стран Евразийского экономического союза (ЕАЭС). В работе рассматриваются достижения и вызовы, с которыми сталкиваются страны-участницы в обеспечении продовольственной безопасности, а также предлагаются направления развития интеграционного взаимодействия в данной сфере. Исследуется динамика добавленной стоимости в сельском хозяйстве стран ЕАЭС, анализируются показатели продовольственной безопасности, включая самообеспеченность основными продуктами питания, индикаторы доступности продовольствия и качества питания. Несмотря на улучшение ситуации с наличием продовольствия, в странах ЕАЭС сохраняется дисбаланс в питании, что ведет к росту ожирения и анемии среди населения. Авторы подчеркивают необходимость разработки гармонизированных подходов к определению национальных норм потребления продуктов питания и предлагают создание системы интегральной оценки продовольственной безопасности
в рамках ЕАЭС. В качестве ключевых направлений для укрепления продовольственной безопасности выделяются развитие региональных производственно-сбытовых цепочек, внедрение цифровых технологий в агропромышленный комплекс и формирование здорового пищевого поведения. Статья завершается выводом о необходимости комплексного подхода, сочетающего национальные стратегии, интеграционные инициативы и современные технологические решения для устойчивого роста агропромышленного комплекса (АПК) и улучшения качества жизни населения стран ЕАЭС.

Ключевые слова: продовольственная безопасность, Евразийский экономический союз, агропродовольственные системы, самообеспеченность продовольствием, агропромышленная интеграция.

FOOD SECURITY IN THE EURASIAN ECONOMIC UNION:
ACHIEVEMENTS AND PROSPECTS FOR INTEGRATION ACTIVITY

Roman A. Romashkin – Ph.D. in Economics, Associate Professor, Deputy Director of the Eurasian Center for Food Security under Lomonosov Moscow State University. E-mail: ecfs.msu@gmail.com.

Nikolay G. Rybalsky – Dr. Biol., Professor at Lomonosov Moscow State University, President of the Russian Ecological Academy. E-mail: rng@priroda.ru.

The article analyzes the food security in the member states of the Eurasian Economic Union (EAEU). It examines the achievements and challenges faced by these countries in ensuring food security and proposes directions for developing integration activity in this area. The study explores the dynamics of value-added growth in the agricultural sector of EAEU countries and analyzes food security indicators, including self-sufficiency in basic food products, food availability indicators, and dietary quality. Despite improvements in food availability, an imbalance in nutrition persists in EAEU countries, leading to rising obesity and anemia rates among the population.

The authors emphasize the need to develop harmonized approaches to defining national food consumption standards and propose the creation of an integrated food security assessment system within the EAEU. Key directions for strengthening food security include the development of regional production and supply chains, the introduction of digital technologies in the agro-industrial complex, and the promotion of healthy eating habits. The article concludes by highlighting the necessity of a comprehensive approach that combines national strategies, integration initiatives, and modern technological solutions to ensure sustainable growth of the agro-industrial sector and improve the quality of life in EAEU countries.

Keywords: food security, Eurasian Economic Union, agri-food systems, food self-sufficiency, agro-industrial integration.

Введение

Вопросы продовольственной безопасности носят комплексный характер, являясь важным аспектом развития любой страны и региона. Обеспечение продовольственной безопасности влияет на здоровье населения и социальную стабильность, способствует улучшению качества жизни и устойчивости общества в условиях внешних и внутренних трансформаций.

В рамках Евразийского экономического союза (ЕАЭС, Союз), объединяющего Армению, Беларусь, Казахстан, Кыргызстан и Россию, государства-члены стремятся к совместному решению вопросов обеспечения продовольственной безопасности, используя преимущества экономической интеграции и сотрудничества. При этом агропродовольственные системы стран ЕАЭС остаются уязвимыми перед влиянием климатических изменений, нестабильностью товарных рынков, зависимостью от продовольственного импорта, геополитической обстановки. В этой связи государства-члены сталкиваются с замедлением темпов роста, необходимостью пре-одоления структурных и институциональных ограничений для укрепления конкурентоспособности и устойчивости производства, внедрения агроэкологических и климатически оптимизированных практик, повышения качества сельхозпродукции для расширения участия в региональных и глобальных производственно-сбытовых цепочках.

Настоящая статья посвящена вопросам оценки состояния национальных агропродовольственных систем и продовольственной безопасности стран ЕАЭС,
а также разработке предложений по совершенствованию наднациональных механизмов обеспечения продовольственной безопасности, включая разработку системы интегральной оценки продовольственной безопасности по широкому перечню показателей.

1. Общая характеристика аграрных систем и продовольственной
безопасности стран ЕАЭС

В целом за период 1991–2023 гг. можно выделить ряд общих стадий, характеризующих динамику добавленной стоимости в сельском хозяйстве стран ЕАЭС: трансформационный спад, восстановление, поствосстановительный рост и коррекция роста (Табл. 1). На протяжении рассматриваемого периода наиболее высокие среднегодовые темпы прироста добавленной стоимости наблюдались в сельском хозяйстве Армении (2,3 %), а наименьшие – в России (0,6 %). При этом Казахстан и Россия в ходе трансформационных стадий прошли через наибольшие темпы падения добавленной стоимости (Рис. 1). В Казахстане этот показатель сокращался на 58 % по сравнению с 1990 г., а в России – на 46 %. Этим странам потребовалось заметно больше времени для восстановления: Казахстану – 22 года, России – 19 лет. Указанные страны характеризуются наименьшими темпами роста добавленной стоимости в сельском хозяйстве за анализируемый период в целом и более чем в два раза уступают среднемировому показателю.

Таблица 1

Среднегодовые темпы прироста добавленной стоимости
и трансформационные стадии в сельском хозяйстве стран ЕАЭС
в 1991–2023 гг., %

Источник: рассчитано по данным [Agriculture...2025].

Армения является единственным государством – членом ЕАЭС, которому на определенных этапах в ходе трансформации (2005–2009 гг. и 2011–2018 гг.) удалось превзойти среднемировые темпы роста добавленной стоимости в сельском хозяйстве (Рис. 1). Однако после 2015 г. вследствие структурных ограничений и неблагоприятного влияния климатического фактора аграрный сектор страны испытывает спад. Причем среднегодовые темпы и длительность периода падения превысили темпы и продолжительность трансформационного спада 1991–1993 гг. В результате с 2019 г. накопленные темпы роста добавленной стоимости в аграрном секторе Армении стали отставать от среднемировых показателей. Тем не менее по рассматриваемому показателю республика все еще опережает остальных партнеров по ЕАЭС, и в ближайшие годы возможно удвоение добавленной стоимости в ее сельском хозяйстве по сравнению с 1990 г.

Рис. 1. Динамика добавленной стоимости в сельском хозяйстве стран ЕАЭС
накопленным итогом в 1991–2023 гг., %

Источник: рассчитано и построено по данным [Agriculture... 2025].

Невысокие темпы увеличения добавленной стоимости в аграрном секторе стран ЕАЭС, а следовательно, зарплат и прибыли сельхозпроизводителей, замедляют процессы технологической модернизации производств, препятствуют прогрессу в области обеспечения продовольственной безопасности и улучшения питания сельских жителей. Повышению добавленной стоимости в сельском хозяйстве, конкурентоспособности аграрного производства и устойчивости продовольственных систем могло бы способствовать развитие инфраструктуры товарных рынков и внедрение цифровых технологий.

Оценивая положение в области продовольственной безопасности и питания, необходимо отметить, что во всех странах ЕАЭС показатели энергетической ценности питания превосходят среднюю норму (Табл. 2). В то же время ни в одной из стран-участниц не сформировано достаточных объемов предложения по основным группам продовольственных товаров в целом в соответствии со среднефизиологическими (рациональными) нормами их потребления (Табл. 3). Так, в Кыргызстане наличие продовольствия в 2022 г. составляло 79 % от рассчитанной по среднефизиологическим нормам потребления потребности, в Казахстане – 83 %,
в Армении и Беларуси – 86 %, в России – 89 %.

Таблица 2

Благосостояние домашних хозяйств и продовольственная безопасность

* HI – высокий, UM – выше среднего, LM – ниже среднего, L – низкий.

Источник: [Metreau et al.; GDP…; Poverty…; FAOSTAT…].

За рассматриваемый период во всех странах ЕАЭС ситуация в области наличия продовольствия по среднефизиологическим нормам питания улучшилась (Табл. 3). Ухудшение ситуации имело место в 2020 г. в Казахстане и Кыргызстане вследствие нарушения цепочек поставок в период пандемии коронавируса COVID-19. Однако уже в следующем году центральноазиатским республикам удалось вернуться к предпандемийным значениям показателей.

Таблица 3

Интегральный показатель наличия продовольствия
в странах ЕАЭС в 2015–2022 гг., %

Источник: расчеты Евразийского центра по продовольственной безопасности МГУ имени М. В. Ломоносова (ЕЦПБ МГУ) в соответствии с методикой [Шоба и др. 2024] по данным [О Доктрине… 2017; Приказ… 2016; Об утверждении… 2010; Научно обоснованные… 2016; Межгосударственный…].

По итогам 2022 г. в Армении потребление фруктов и ягод, мяса и мясопродуктов, молока и молокопродуктов, рыбы и рыбопродуктов, сахара, а также растительных масел находилось на уровнях ниже рациональных норм (Табл. 4).
В Беларуси рациональные нормы потребления не достигнуты по рыбе, молоку, яйцам, картофелю, хлебопродуктам. В Казахстане наблюдается недостаточное потребление овощей и бахчевых, фруктов и ягод, мяса, молока и хлебопродуктов. На рынке Кыргызстана отмечается недостаток потребления фруктов и ягод, яиц, мяса, рыбы. В России заметно недопотребление населением картофеля, овощей и бахчевых, фруктов и ягод, молока и молокопродуктов, рыбы.

Таблица 4

Показатели наличия основных групп продовольственных товаров
в странах ЕАЭС в 2022 г., %

^* Для Армении хлебопродукты и картофель рассматриваются совместно.

Источник: расчеты ЕЦПБ МГУ в соответствии с методикой [Шоба и др. 2024] по данным [О Доктрине… 2017; Приказ… 2016; Об утверждении… 2010; Научно… 2016; Межгосударственный…].

Самообеспеченность определяет такой аспект продовольственной безопасности, как стабильность. Среди стран ЕАЭС наибольшими интегральными показателями самообеспеченности по основным группам продовольственных товаров в соответствии со среднефизиологическими нормами их потребления характеризуются Россия и Беларусь (Табл. 5). Интегральные показатели продовольственной самообеспеченности этих стран в 2022 г. составляли 84 % и 83 % соответственно. В Армении после продолжительного периода сокращения показатель самообеспеченности восстановился до уровня 2015 г., достигнув 64 % в 2022 г. Аналогичное значение показателя достигнуто и в Кыргызстане, который характеризуется наиболее быстрыми темпами роста самообеспеченности. В Казахстане за рассматриваемый период интегральный показатель самообеспеченности увеличился с 65 % до 70 %.

Таблица 5

Интегральный показатель продовольственной самообеспеченности
в странах ЕАЭС в 2015–2022 гг., %

Источник: расчеты ЕЦПБ МГУ в соответствии с методикой [Шоба и др. 2024] по данным [Межгосударственный…; Баланс…; ArmStatBank…; Производство…; Национальный…; Федеральная…].

По итогам 2022 г. в Армении только по овощам и бахчевым имела место самообеспеченность (Табл. 6). В Беларуси высокие показатели самообеспеченности достигнуты по многим товарным группам, за исключением фруктов и ягод, рыбы и хлебопродуктов. Возможности дальнейшего наращивания сельскохозяйственного производства в Республике Беларусь сдерживаются невысокой емкостью внутреннего рынка и ограниченными возможностями увеличения экспорта. В Казахстане объемы производства мяса и мясопродуктов, фруктов и ягод, овощей
и бахчевых, яиц, рыбы, молока и сахара не позволяют достичь самообеспечения.
В Кыргызстане остается нерешенной проблема низкой самообеспеченности молоком, мясом, яйцами, рыбой, фруктами и ягодами, растительными маслами, сахаром. Россия характеризуется недостаточными объемами производства овощей и бахчевых, фруктов и ягод, картофеля, молока и молочных продуктов.

Таблица 6

Показатели самообеспеченности по основным группам
продовольственных товаров в странах ЕАЭС в 2022 г., %

^* Для Армении хлебопродукты и картофель рассматриваются совместно.

Источник: расчеты ЕЦПБ МГУ в соответствии с методикой [Шоба и др. 2024] по данным [Межгосударственный…; Баланс…; ArmStatBank…; Производство…; Национальный…; Федеральная…].

Согласно показателям ФАО, определенная часть населения стран ЕАЭС испытывает умеренное или серьезное влияние отсутствия продовольственной безопасности (Табл. 2). Это обусловлено бедностью и, как следствие, недостаточной экономической доступностью продовольствия. Так, исходя из социального порога бедности Всемирного банка, который составляет половину от ежедневного медианного уровня потребления плюс 1,15 доллара, в Армении 20,1 % населения живет за чертой бедности, в Кыргызстане – 19,5 %, в России – 15,9 %.

Однако важно отметить, что показатели умеренного или серьезного влияния отсутствия продовольственной безопасности в странах ЕАЭС кратно ниже среднемирового уровня, достигшего 29 % в 2021–2023 гг. (Рис. 2, Табл. 2). В Армении и России эти показатели со временем улучшаются, тогда как для республик Центральной Азии прослеживается их некоторое ухудшение. При этом наилучшая доступность продовольствия наблюдается в Казахстане, где умеренному или серьезному влиянию отсутствия продовольственной безопасности подвержено 2,2 % населения, а наихудшая доступность – в Армении и Кыргызстане с показателями 7,8 % и 7,0 % соответственно.

Рис. 2. Динамика показателей умеренного или серьезного влияния отсутствия
продовольственной безопасности в странах ЕАЭС и мире в целом в 2016–2023 гг.
(скользящие средние значения за трехлетние периоды), %

Источник: данные [FAOSTAT…].

Прогрессирующей проблемой обеспечения продовольственной безопасности в ЕАЭС является высокая доля взрослого населения, страдающего от ожирения, что обусловлено неполноценным питанием. Показатели распространенности ожи-рения по странам ЕАЭС существенно выше среднемирового уровня и характеризуются положительной динамикой (Рис. 3, Табл. 2). Наибольшей долей населения, страдающего от ожирения, характеризуется Кыргызстан (26,6 %), а наименьшей – Казахстан (18,4 %). Беларусь – единственная страна в ЕАЭС с невысоким темпом прироста ожирения. За рассматриваемый период анализируемый показатель в Беларуси увеличился на 0,9 %, тогда как в Кыргызстане – на 20,4 %, Армении – на 13,4 %, Казахстане – на 10,2 %, России – на 5,7 %.

Рис. 3. Динамика доли взрослого населения, страдающего от ожирения,
в странах ЕАЭС и мире в целом в 2015–2022 гг., %

Источник: данные [FAOSTAT… 2025].

Ожирение повышает риск развития различных заболеваний и осложнений, включая некоторые виды рака, болезни сердечно-сосудистой системы, нарушение обмена веществ, болезни дыхательной и опорно-двигательной систем. У людей с ожирением вероятность преждевременной смерти увеличивается. Как правило, ожи-рение чаще встречается у женщин, однако смертность от причин, связанных с ожире-нием, выше у мужчин. Ранние меры по снижению веса и ведение здорового образа жизни значительно снижают риск возникновения опасных осложнений.

Еще одним следствием неполноценного питания является распространенность анемии (снижение гемоглобина в крови ниже нормы) среди женщин репродуктивного возраста (Рис. 4, Табл. 2). Анемия во время беременности опасна как для матери, так и для плода [Виноградова и др. 2015]. Среди стран ЕАЭС наиболее сильно эта проблема выражена в Кыргызстане, где распространенность анемии превышает среднемировое значение и достигает 35,8 %. В Казахстане этот показатель составляет 28,7 % и практически соответствует среднемировому уровню (29,9 %). Армения, где распространенность анемии среди женщин репродуктивного возраста составляет 17,3 %, наиболее благополучна по этому заболеванию среди партнеров по ЕАЭС. Уровни распространенности заболевания по России и Беларуси близки и составляют 21,1 % и 20,6 % соответственно.

Рис. 4. Динамика распространенности анемии среди женщин репродуктивного возраста
в странах ЕАЭС и мире в целом в 2015–2019 гг., %

Источник: данные [FAOSTAT… 2025].

Для смягчения проблем, связанных с неполноценным питанием, необходимо обеспечить трансформацию национальных продовольственных систем ЕАЭС на основе сочетания экономических и образовательных мер, включая пропаганду здорового образа жизни, развитие соответствующей инфраструктуры, субсидирование базовых продуктов питания и реализацию программ питания для уязвимых групп населения, борьбу с бедностью, а также формирование у различных групп населения адекватных современной нутрициологии моделей пищевого поведения.

2. Подходы к обеспечению продовольственной безопасности в ЕАЭС

В странах ЕАЭС уделяется серьезное внимание вопросам продовольственной безопасности. На национальных уровнях реализуются стратегические документы, направленные на обеспечение продовольственной безопасности посредством развития собственных АПК, снижения зависимости от импорта продовольствия и ресурсов для сельхозпроизводства, повышения безопасности и качества продукции.

Так, в Армении и Кыргызстане приняты отдельные законы, раскрывающие определение, основные цели и направления политики в области продовольственной безопасности [Об обеспечении… 2002; Закон… 2008]. Кроме того, в Армении действует Концепция обеспечения продовольственной безопасности [Концепция… 2011], а в Кыргызстане – Программа продовольственной безопасности и питания на 2025–2030 гг. [Программа… 2024].

В Казахстане понятие продовольственной безопасности содержится в законе
«О национальной безопасности Республики Казахстан» [О национальной… 2012]. Закон РК «О государственном регулировании развития агропромышленного комплекса и сельских территорий» определяет критерии, основные направления и механизм обеспечения продовольственной безопасности [О государственном… 2005].

В Беларуси и России действуют доктрины продовольственной безопасности, в которых определяются цели, задачи, направления, меры укрепления продовольственной безопасности, а также целевые показатели и критерии их выполнения
[О Доктрине… 2017; Указ… 2020]. Кроме того, в России в 2025 г. стартовал новый национальный проект «Технологическое обеспечение продовольственной безопасности», направленный на развитие технологической независимости национального АПК по пяти ключевым направлениям: биотехнологии, селекция и генетика, ветеринарные препараты, техника и оборудование для АПК, кадры в АПК [Технологическое… 2024].

Анализ национального законодательства показывает, что понятие продовольственной безопасности в странах ЕАЭС опирается на сформулированное в рамках Всемирного саммита по продовольственной безопасности (2009 г.) определение: «…продовольственная безопасность существует, когда все люди всегда имеют физический, социальный и экономический доступ к достаточному количеству
безопасного и питательного продовольствия для удовлетворения своих диетических потребностей и пищевых предпочтений для ведения активной и здоровой жизни. Четырьмя основами продовольственной безопасности являются следующие: наличие, доступность, использование и стабильность» [Декларация… 2009]. Вместе с тем государства-члены в качестве одного из главных критериев достижения продовольственной безопасности рассматривают продовольственную независимость как определенный уровень самообеспеченности основными продовольственными товарами, а также ресурсами для сельхозпроизводства. В этом заключается основное отличие подхода стран ЕАЭС к обеспечению продовольственной безопасности от принятого в международной практике.

Помимо реализации национальных политик определенная работа по обеспечению продовольственной безопасности в ЕАЭС проводится государствами-чле-нами на наднациональном уровне при координации ЕЭК. В частности, регулярно формируют совместные прогнозные балансы спроса и предложения по основным сельскохозяйственным товарам, на основании которых анализируется динамика сельхозпроизводства, торговли и уровня продовольственной самообеспеченности по ЕАЭС в целом и каждому государству.

С целью регулирования взаимной торговли социально значимыми товарами на ежегодной основе утверждаются индикативные балансы спроса и предложения по отдельным сельскохозяйственным товарам (пшеница, ячмень, кукуруза, семена подсолнечника, подсолнечное масло, сахар). Индикативные балансы позволяют государствам-членам реализовывать меры регулирования агропродовольственного экспорта на национальном уровне и обеспечивать в достаточном объеме поставки социально значимых товаров на рынки партнеров по ЕАЭС.

Кроме того, в 2021 г. принято решение Совета ЕЭК «Об общих принципах и подходах к обеспечению продовольственной безопасности государств – членов ЕАЭС» [Об общих… 2021]. В качестве общих принципов определены:

– недопустимость дискриминации на общем аграрном рынке ЕАЭС;

– сочетание национальных интересов государств-членов и целей ЕАЭС;

– обеспечение устойчивого развития АПК государств-членов и общего аграрного рынка ЕАЭС;

– учет международного опыта при оценке продовольственной безопасности.

К сожалению, в отношении указанных принципов в документе не представлены необходимые пояснения. В этой связи возникают вопросы о возможностях практического использования некоторых принципов. Например, не совсем понятно, по отношению к каким объектам или субъектам применим принцип недопустимости дискриминации на общем аграрном рынке ЕАЭС. Являются ли дискриминацией различия в налогах, ценах, субсидиях, мерах экспортного и ценового регулирования, доходах потребителей, доступности продукции, качестве продукции, невозможность потреблять продукцию иностранного происхождения в отдельных странах ЕАЭС? Если это так, то по факту дискриминация встречается и этот прин-цип не будет соблюдаться до тех пор, пока не будут сформированы единые рынки (реализованы унифицированные механизмы правового регулирования) и не произойдет сближение уровней экономического развития стран ЕАЭС. А это весьма отдаленная перспектива.

Второй общий принцип, заключающийся в сочетании интересов государств-членов и целей ЕАЭС, в определенной степени повторяет базовые положения Договора о ЕАЭС [Договор… 2014], где изложены основные цели ЕАЭС (ст. 4) и в ка-честве одного из основных принципов приводится учет национальных интересов (ст. 3). В такой ситуации закономерно возникает вопрос, по какой причине остальные базовые принципы функционирования ЕАЭС (обеспечение взаимовыгодного сотрудничества, равноправия, соблюдение принципов рыночной экономики и до-бросовестной конкуренции) не распространяются на сферу продовольственной безопасности.

Помимо четырех общих принципов документом утверждаются три общих под-хода к обеспечению продовольственной безопасности государств-членов:

– повышение уровня продовольственной независимости государств-членов за счет увеличения эффективности производства, развития взаимодействия по вопросам государственной поддержки сельского хозяйства, содействия развитию производства и обращения органической продукции;

– реализация потенциала взаимной торговли стран ЕАЭС сельскохозяйственной продукцией и продовольствием, включая взаимодействие по вопросам взаимных оперативных поставок сельскохозяйственных товаров, использование системы долгосрочного прогнозирования развития АПК, создание благоприятных условий для стимулирования хранения и потребления сельхозпродукции и продовольствия, проведение совместных отраслевых мероприятий;

– снижение зависимости от импорта материально-технических ресурсов из третьих стран путем развития племенного животноводства, селекции и семеноводства, разработки современных технологий производства кормов и средств защиты растений, совершенствования ветеринарного обеспечения, производства современной техники и технологического оборудования, проведения совместных НИОКР, обмена опытом в области инновационных достижений, развития возмож-ности трансфера технологий и др.

На наш взгляд, представленные подходы к обеспечению продовольственной безопасности не полностью учитывают международный опыт и вызовы, с которыми сталкиваются страны ЕАЭС. В частности, они не охватывают такие важные направления продовольственной безопасности, как обеспечение экономической доступности продовольствия и стабильности доступа к продовольствию, полноценности питания и пищевой безопасности. Кроме того, в предложенных подходах слабо учитывается декларируемый в документе ЕЭК принцип устойчивого развития АПК. Между тем руководство этим принципом призвано ориентировать агропродовольственные системы стран ЕАЭС на адаптацию к климатическим изменениям, рациональному использованию земельных и водных ресурсов, восстановлению деградированных почв и др.

К недостаткам можно также отнести слабое отражение в документе ЕЭК интеграционной составляющей. Для устранения этого недостатка как один из возможных вариантов предлагается в подходах к обеспечению продовольственной безопасности предусмотреть содействие ЕЭК выстраиванию в ЕАЭС региональных производственно-сбытовых цепочек для замещения импорта, развития взаимной торговли, включая кооперационные поставки, и экспорта продукции в третьи страны.

Важным подходом к развитию агропромышленной интеграции и обеспечению продовольственной безопасности могло бы стать взаимодействие государств-чле-нов и ЕЭК по разработке перспективной специализации АПК стран – участниц ЕАЭС в рамках единого торгового пространства. Такого рода специализация позволит АПК государств-членов сосредоточиться на производстве агропродукции
с наиболее высокими показателями конкурентоспособности, наилучшим способом использовать ресурсные возможности каждой из стран ЕАЭС, их природно-климатический потенциал.

На наш взгляд, перспективная специализация АПК включает три базовые компоненты:

– систематизированные, научно обоснованные возможности (нормы) производства отдельных видов сельхозпродукции в стране / регионе страны, с учетом агроклиматических условий, развития мелиорации, агрологистики и т. п.;

– маркетинговый среднесрочный прогноз направлений и объемов реализации продукции АПК страны / региона страны с учетом ожидаемой конъюнктуры союзного и мирового рынков;

– современную цифровую платформу по обработке массивов данных по сельхозугодьям стран – участниц ЕАЭС.

Перспективная специализация позволяет сформировать продуктовую стратегию развития АПК страны – участницы ЕАЭС. Продуктовая стратегия представляет собой сценарий получения максимально возможного дохода от производства и реализации продукции АПК в рамках общего рынка ЕАЭС.

Основные предпосылки для реализации предложения в значительной степени созданы. Аграрная наука в ЕАЭС разработала и постоянно модернизирует научно обоснованные, адаптированные к условиям различных регионов стран-участниц технологии выращивания сельскохозяйственной продукции. Следование этим технологиям позволяет получать гарантированные объемы производства продукции с заданными качественными характеристиками. На этой основе можно сформировать цифровую карту использования сельхозугодий в разрезе природно-кли-матических зон. Цифровизация сельхозугодий имеет своим результатом создание программного продукта, часто именуемого «Умное поле».

Маркетинг рынков реализации национальной продукции позволяет сформировать прогноз продаж, под который выстраивается оптимальная структура производства сельхозпродукции в странах ЕАЭС.

Активное развитие цифровых технологий по обработке массивов данных по использованию земель сельхозназначения происходит в разных странах ЕАЭС.
В частности, в России по заказу Министерства сельского хозяйства Российской Федерации была создана и в 2013 г. зарегистрирована в Реестре федеральных го-
сударственных информационных систем Роскомнадзора (07.02.2013 г. № 0296) Федеральная государственная информационная система «Электронный атлас земель сельскохозяйственного назначения» Минсельхоза России (ФГИС ФП АЗСН). С 2017 г. ведется разработка Единой федеральной информационной системы земель сельхозназначения (ЕФИС ЗСН). Основная задача системы: получение, хранение, обработка, анализ объективных, актуальных и достоверных сведений о землях сельскохозяйственного назначения. С использованием возможностей ЕФИС ЗСН проводится анализ рентабельности производства отдельных сельскохозяйственных культур для формирования «портретов» выращивания этих культур в стране. Для информационной поддержки системы сформулированы меры стимулирования собственников (пользователей) земельных участков, предоставляющих сведения в ЕФИС ЗСН.

Таким образом, созданы необходимые научные и информационные предпосылки для постановки задачи по разработке национальных продуктовых стратегий развития АПК стран – участниц ЕАЭС. Задачей Совета по агропромышленной политике ЕАЭС [О Совете… 2018] представляется координация усилий по поддержке национальных стратегий. Результатом работы может стать формирование стратегии сбалансированного развития единого рынка агропродукции в ЕАЭС. При этом вопрос о политике обеспечения продовольственной безопасности может ставиться уже не в национальных границах стран-участниц, а в масштабе ЕАЭС в целом. При формировании единого рынка ЕАЭС на смену недружественной конкуренции может прийти взаимовыгодная специализация агропромышленных комплексов государств ЕАЭС [Укрепление… 2023].

3. Мониторинг и оценка продовольственной безопасности стран ЕАЭС

Решением Совета ЕЭК «Об общих принципах и подходах к обеспечению продовольственной безопасности государств – членов ЕАЭС» [Об общих… 2021] ЕЭК поручено ежегодно осуществлять мониторинг обеспеченности государств-членов и Союза сельскохозяйственной продукцией и продовольствием в соответствии с перечнем утвержденных показателей, включая показатели по самообеспеченности, объемам производства и потребления основных видов сельхозпродукции, средним ценам производителей и потребителей, индексам цен, экспорту, импорту и взаимной торговле, валовому внутреннему продукту на душу населения на основе паритета покупательной способности валют, энергетической ценности потребленных продуктов и др. Результаты мониторинга отражаются в подсистеме АПК государств-членов в рамках интегрированной информационной системы Союза [Мониторинг…].

Cбор и расчет согласованных показателей проводятся с целью мониторинга реализации утвержденных ЕЭК общих подходов к обеспечению продовольственной безопасности стран ЕАЭС. При этом ключевым показателем выступает уровень самообеспеченности сельскохозяйственной продукцией и продовольствием. Этот индикатор рассчитывается ЕЭК по отношению к фактическим объемам потребления, что затрудняет проведение сравнительного анализа ввиду меняющегося из года в год количества платежеспособного спроса. Помимо этого, в условиях отставания фактических показателей от среднефизиологических (рациональных) норм потребления рассчитываемый ЕЭК уровень самообеспечения является завышенным, что приукрашивает действительное положение дел (Табл. 7). Также расчеты ЕЭК необходимо сопровождать дополнительными пояснениями в случае роста уровня самообеспеченности в условиях падения спроса, чтобы не вводить в заблуждение лиц, принимающих решения.

Таблица 7

Уровни самообеспеченности в странах ЕАЭС по всем продуктам в целом
в 2020–2022 гг. при различных подходах к расчету показателя, %

Источник: расчеты ЕЭК [Мониторинг…] и ЕЦПБ МГУ в соответствии с методикой [Шоба и др. 2024] по данным [Межгосударственный…; Баланс…; ArmStatBank…; Производство…; Национальный…; Федеральная…].

С учетом недостатков подхода к расчету уровня продовольственной самообеспеченности на основании объемов потребления более предпочтительным выглядит использование в оценках среднефизиологических норм потребления, которые стабильны во времени. Однако необходимо отметить, что и предлагаемый подход не лишен недостатков. Так, нормы потребления основных продуктов питания отличаются по странам, и зачастую такие отличия весьма существенны (Табл. 8). Кроме того, в Армении отсутствуют официально утвержденные нормы потребления. В этой связи на основе данных по половозрастной структуре населения, обобщенной информации по структуре занятости и месту проживания жителей, а также рациональных норм потребления продуктов питания для половозрастных групп в зависимости от тяжести труда были разработаны ориентировочные среднефизиологические нормы потребления основных продуктов питания. Предлагаемые нормы не в полной мере учитывают национальную структуру питания, но сбалансированы по макро- и микронутриентам.

Таблица 8

Среднефизиологические нормы потребления основных продуктов питания
в странах ЕАЭС, кг в пересчете на первичный продукт
на душу населения в год

^* Для Армении представлены ориентировочные среднефизиологические нормы потребления основных продуктов питания.

^** Для Армении хлебопродукты и картофель рассматриваются совместно.

Источник: данные [Межгосударственный…; Баланс…; ArmStatBank…; Производство…; Национальный…; Федеральная…].

С учетом сложившейся ситуации перспективным направлением интеграционной работы стран ЕАЭС видится разработка гармонизированного подхода к определению национальных норм потребления продуктов питания и потребности в макро- и микронутриентах в зависимости от пола, возраста и уровня физической активности людей. Это заложит основу для формирования единой системы оценки продовольственной безопасности в рамках ЕАЭС.

В отношении остальных показателей мониторинга необходимо отметить, что при анализе объемов взаимной торговли целесообразно предусмотреть отслеживание динамики кооперационных поставок в агропромышленной сфере стран ЕАЭС. По этому индикатору можно судить о влиянии региональной интеграции на развитие производственного сектора.

Показатель энергетической ценности (калорийности) потребленных продуктов питания является малоинформативным, поскольку не дает представления о качестве питания. В современных условиях этот показатель не обладает и практической ценностью ввиду устойчиво высокого уровня средней энергетической ценности питания во всех странах ЕАЭС (Табл. 2). По этой причине более полезным было бы проведение мониторинга энергетической ценности питания в отношении наиболее уязвимых (низкодоходных) групп населения ввиду возможности недобора ими калорий. Следуя опыту ФАО, для проведения мониторинга качества питания систему показателей ЕЭК необходимо дополнить индикаторами потребления в странах ЕАЭС белков, жиров и углеводов.

Помимо совершенствования подхода к мониторингу самообеспеченности важной задачей является разработка евразийской системы оценки продовольст-венной безопасности. Такая система оценки должна основываться на официальных статистических данных и включать расчет сводного индекса продовольственной безопасности государств ЕАЭС, состоящего из частных индексов, характеризующих отдельные аспекты продовольственной безопасности, такие как наличие продовольствия, доступность (физическая и экономическая), использование и стабильность. Результаты оценки будут востребованы уполномоченными органами сторон и позволят проводить межстрановые сопоставления уровня продовольственной безопасности в целом и по отдельным ее аспектам.

Региональная система оценки продовольственной безопасности может стать хорошей альтернативой проекту по оценке глобального индекса продовольственной безопасности [Global… 2022], который, несомненно, является полезным и востребованным аналитическим инструментом, предоставляет возможность сопоставлять, ранжировать и сравнивать различные страны как по общему уровню обеспечения продовольственной безопасности, так и по уровню доступности, наличия или качества продуктов питания [Ромашкин, Белугин 2022]. В то же время из стран ЕАЭС за рамками оценки глобального индекса продовольственной безопасности остаются Армения и Кыргызстан. Кроме того, при расчете глобального индекса не в полной мере учитывается специфика исследуемого региона, присутствуют субъективные оценки, отсутствует информация в разрезе основных продуктовых групп.

Согласно рейтингу 113 стран мира по индексу глобальной продовольственной безопасности, в 2022 г. из стран ЕАЭС наиболее высокую позицию занял Казахстан с 32-м местом (Табл. 9). Казахстан совсем немного уступает таким странам, как Катар и Греция, и значительно опережает своих партнеров по ЕАЭС, Россию и Беларусь, которые занимают 43-ю и 55-ю позиции рейтинга соответственно. Лидерами глобального рейтинга являются Финляндия (индекс 83,7), Ирландия (81,7), Норвегия (80,5), Франция (80,2), Нидерланды (80,1).

Таблица 9

Глобальный индекс продовольственной безопасности в 2022 г.
для стран ЕАЭС, %

Источник: [Global… 2022].

Таким образом, несмотря на высокие уровни самообеспеченности, Россия и Беларусь существенно уступают Казахстану в глобальном рейтинге продовольственной безопасности. Такая ситуация, в свою очередь, свидетельствует о необходимости корректировки подхода к расчету показателей самообеспеченности, наряду с целесообразностью проведения мониторинга и формирования в рамках ЕАЭС системы интегральной оценки продовольственной безопасности по широкому перечню показателей, включая самообеспеченность. Весьма полезной для уполномоченных органов сторон была бы подготовка ЕЭК на ежегодной основе комплексного аналитического обзора по вопросам обеспечения продовольственной безопасности и перспективным направлениям развития продовольственных систем стран ЕАЭС.

Выводы

Исследование различных аспектов продовольственной безопасности стран ЕАЭС показывает, что, несмотря на достигнутые успехи в повышении уровня самообеспеченности, остаются существенные вызовы, связанные с невысокой эко-номической доступностью продовольствия, неполноценностью питания, а также недостаточной устойчивостью продовольственных систем. Во всех государствах-членах наблюдается дисбаланс в питании населения, что ведет к росту распространенности ожирения и анемии. Темпы роста добавленной стоимости в сельском хозяйстве стран ЕАЭС отстают от среднемировых значений и подвержены существенным колебаниям, что замедляет технологическую модернизацию и сни-жает конкурентоспособность национальных АПК.

Государства ЕАЭС активно реализуют национальные стратегии и программы, направленные на обеспечение продовольственной безопасности, включая развитие агропромышленного производства и экспорта, снижение зависимости от импорта и повышение качества продукции. На наднациональном уровне ЕЭК координирует усилия по реализации общих подходов к обеспечению продовольственной безопасности, формированию совместных прогнозных балансов, а также осущест-вляет мониторинг индикативных показателей развития АПК и обеспеченности продовольственными товарами.

Однако существующие методы оценки продовольственной самообеспеченности, основанные на объемах потребления, не всегда отражают реальное положение дел. Более предпочтительным является использование среднефизиологических норм потребления, что требует разработки гармонизированных подходов
к определению национальных норм питания и потребности в макро- и микронутриентах. Кроме того, уровень координации между государствами-членами остается недостаточным для эффективного решения вопросов продовольственной независимости и устойчивого развития агросектора. Важным направлением интеграционного взаимодействия является разработка перспективной специализации АПК стран-участниц, что позволит максимально эффективно использовать ресурсный потенциал каждой страны и повысить конкурентоспособность на мировом рынке.

Повышение продовольственной безопасности в ЕАЭС сопряжено с необходимостью укрепления региональных производственно-сбытовых цепочек, активного внедрения цифровых технологий в АПК, развития совместных программ по формированию здорового пищевого поведения, а также разработки системы интегральной оценки продовольственной безопасности. Дальнейшее укрепление продовольственной безопасности в ЕАЭС требует комплексного подхода, сочетающего национальные стратегии, интеграционные инициативы и современные технологические решения, направленные на устойчивый рост АПК, повышение качества жизни и улучшение питания населения.

Источники и литература

Баланс ресурсов и использования основных продуктов сельского хозяйства Республики Казахстан [Электронный ресурс]. URL: https://stat.gov.kz/ru/industries/business-statistics/stat-forrest-village-hunt-fish/spreadsheets/ (дата обращения: 10.01.2025).

Виноградова М. А., Федорова Т. А., Рогачевский О. В. Влияние железодефицитной анемии на исходы беременности [Электронный ресурс] : Акушерство и гинекология. 2015. № 7. URL: https://aig-journal.ru/articles/Vliyanie-jelezodeficitnoi-anemii-na-ishody-beremennosti.html (дата обращения: 20.01.2025).

Декларация Всемирного саммита по продовольственной безопасности. Рим, 16–18 ноября 2009 г.

Договор о Евразийском экономическом союзе (подписан в г. Астане 29.05.2014).

Закон Кыргызской Республики от 4 августа 2008 года № 183 «О продовольственной безопасности Кыргызской Республики».

Концепция обеспечения продовольственной безопасности Республики Армения. Распоряжение Президента РА от 18.05.2011 НК-91-Н.

Межгосударственный статистический комитет СНГ. Балансы важнейших видов продовольствия, 2014–2022 [Электронный ресурс]. URL: https://new.cisstat.org/%D0%91%D0%B0%D0%BB%D0%B0%D0%BD%D1%81%D1%8B-%D0%B2%D0%B0%D0%
B6%D0%BD%D0%B5%D0%B9%D1%88%D0%B8%D1%85-%D0%B2%D0%B8%D0%B4%D0%BE%D0%B2-%D0%BF%D1%80%D0%BE%D0%B4%D0%BE%D0%B2%D0%BE%D0%BB%D1%8C%D1%81%D1%82%D0%B2%D0%B8%D1%8F (дата обращения: 15.01.2025).

Мониторинг обеспеченности государств-членов и Союза сельскохозяйственной продукцией и продовольствием [Электронный ресурс]. URL: https://agro.eaeunion.org/MonitoringFS/Pages/default.aspx# (дата обращения: 15.01.2025).

Научно обоснованные физиологические нормы потребления продуктов питания. Приказ Министра национальной экономики Республики Казахстан от 9 декабря
2016 года № 503.

Национальный статистический комитет Кыргызской Республики. Производство основных видов промышленной продукции [Электронный ресурс]. URL: https://stat.gov.kg/ru/statistics/promyshlennost/ (дата обращения: 10.01.2025).

О государственном регулировании развития агропромышленного комплекса и сельских территорий. Закон РК 08.07.2005 № 66.

О Доктрине национальной продовольственной безопасности Республики Беларусь до 2030 года. Постановление Совета Министров Республики Беларусь 15 декабря 2017 г. № 962.

О национальной безопасности Республики Казахстан. Закон Республики Казахстан от 6 января 2012 года № 527-IV.

О Совете по агропромышленной политике ЕАЭС. Решение Высшего Евразийского экономического совета от 14.05.2018 № 6.

Об обеспечении продовольственной безопасности. Закон РА от 07.05.2002
№ ЗР-339.

Об общих принципах и подходах к обеспечению продовольственной безопасности государств – членов ЕАЭС. Решение Совета ЕЭК от 14.09.2021 № 89.

Об утверждении среднефизиологических норм потребления основных продуктов питания для населения  Кыргызской Республики. Постановление Правительства КР от 19.02.2010 № 111.

Приказ от 19 августа 2016 г. N 614 об утверждении рекомендаций по рациональным нормам потребления пищевых продуктов, отвечающих современным требованиям здорового питания.

Программа продовольственной безопасности и питания в Кыргызской Республике на 2025–2030 годы. Постановление Кабинета Министров КР от 09.12.2024 № 747.

Производство основных видов продукции в натуральном выражении [Электронный ресурс]. URL: https://rosstat.gov.ru/enterprise_industrial (дата обращения: 10.01. 2025).

Производство промышленной продукции в натуральном выражении. Бюро национальной статистики Агентства по стратегическому планированию и реформам РК [Электронный ресурс]. URL: https://stat.gov.kz/ru/industries/business-statistics/stat-industrial-production/spreadsheets/?year=2023&name=19177&period=&type= (дата обращения: 10.01.2025).

Ромашкин Р. А., Белугин А. Ю. Продовольственная безопасность и устойчивое развитие сельского хозяйства Евразийского региона // Использование и охрана природных ресурсов в России. 2022. № 1. С. 121–124.

Технологическое обеспечение продбезопасности [Электронный ресурс] : Минсельхоз России. 2024. 13 сентября. URL: https://mcx.gov.ru/press-service/news/obshchestvennyy-sovet-pri-minselkhoze-soglasoval-pasport-natsproekta-tekhnologicheskoe-obespechenie-/ (дата обращения: 17.01.2025).

Указ Президента РФ «Об утверждении Доктрины продовольственной безопасности Российской Федерации» от 21.01.2020 № 20.

Укрепление сотрудничества через взаимовыгодную специализацию необходимо странам и регионам ЕАЭС. 2023. 25 мая [Электронный ресурс]. URL: https://eec.eaeunion.org/news/ukreplenie-sotrudnichestva-cherez-vzaimovygodnuyu-spetsializatsiyu-neobkhodimo-stranam-i-regionam-ea/ (дата обращения: 15.01.2025).

Федеральная государственная информационная система «Электронный атлас земель сельскохозяйственного назначения» Минсельхоза России (ФГИС ФП АЗСН).

Шоба С. А., Ромашкин Р. А., Рыбальский Н. Г. и др. Продовольственная безопасность Евразийского региона в новых экономических условиях: состояние и перспективы: коллективная монография. М. : ЕЦПБ МГУ, НИА-Природа, 2024.

Agriculture, Forestry, and Fishing, Value Added, 1961-2023 [Электронный ресурс] : World Bank. URL: https://data.worldbank.org/indicator/NV.AGR.TOTL.KD.ZG (дата обращения: 27.01.2025).

ArmStatBank.am. Food Security. Ra National Food Balances by Food Commodity Groups/Food Commodity, Indicator and Year [Электронный ресурс]. URL: https://statbank.armstat.am/pxweb/en/ArmStatBank/ArmStatBank__7%20Food%20Security/FS-1-2023.px/?rxid=9ba7b0d1-2ff8-40fa-a309-fae01ea885bb (дата обращения: 10.01.2025).

FAOSTAT. Suite of Food Security Indicators [Электронный ресурс]. URL: https://www.fao.org/faostat/en/#data/FS (дата обращения: 27.01.2025).

GDP Per Capita, 1960–2023 [Электронный ресурс] : World Bank. URL: https://data.worldbank.org/indicator/NY.GDP.PCAP.CD (дата обращения: 27.01.2025).

Global Food Security Index 2022 [Электронный ресурс]. URL: https://impact.economist.com/sustainability/project/food-security-index (дата обращения: 08.02.2025).

Metreau E., Young E. K., Eapen G. S. Классификация стран по уровню дохода, применяемая Всемирным банком в 2024–2025 годах [Электронный ресурс]. URL: https://blogs.worldbank.org/ru/voices/world-bank-country-classifications-by-income-level-
for-2024-2025 (дата обращения: 27.01.2025).

Poverty Headcount Ratio at Societal Poverty Line, 2022–2023 [Электронный ресурс] : World Bank. URL: https://data.worldbank.org/indicator/SI.POV.SOPO (дата обращения: 27.01.2025).