Декларация Рио-де-Жанейро 2025 г. и управление международной безопасностью
скачать Автор: Липоватая М. С. - подписаться на статьи автора
Журнал: Век глобализации. Выпуск №4(56)/2025 - подписаться на статьи журнала
DOI: https://doi.org/10.30884/vglob/2025.04.07
На основе анализа Декларации Рио-де-Жанейро, принятой по итогам XVII саммита БРИКС в 2025 г., статья исследует стремление объединения
к формированию более устойчивой и инклюзивной модели управления международной безопасностью. Автор характеризует БРИКС как уникальную
сетевую и гибкую структуру, чья политическая сила растет вопреки отсутствию жестких формальных обязательств. Выделены затронутые в Декларации Рио-де-Жанейро темы сотрудничества БРИКС в сфере международной безопасности, а также ключевые инструменты и методы практико-ориентированного решения основных проблем. Констатируется, что отличительной характеристикой Декларации Рио-де-Жанейро, безусловно, выступает наличие многочисленных свидетельств стремления, готовности и значительного потенциала БРИКС активно содействовать более устойчивому и ин-клюзивному управлению международной безопасностью, подразумевая гибкое и адаптивное реформирование архитектуры международной безопасности с сохранением ведущей роли ООН, а также глобальных институтов
и инструментов цивилизационного диалога.
Ключевые слова: Декларация БРИКС Рио-де-Жанейро, XVII саммит БРИКС, международная безопасность, кризис однополярности, Глобальный Юг, Мировое большинство, цивилизационные угрозы.
THE RIO DE JANEIRO DECLARATION OF 2025
AND INTERNATIONAL SECURITY MANAGEMENT
Based on an analysis of the Rio de Janeiro Declaration, adopted at the conclusion of the XVII BRICS Summit in 2025, the article explores the association's aspiration to shape a more sustainable and inclusive model of international security governance. The author characterizes BRICS as a unique, flexible network structure whose political strength is growing despite the absence of rigid formal commitments. The article highlights the themes of BRICS cooperation in the field of international security addressed in the Rio de Janeiro Declaration, as well as the key instruments and methods for the practice-oriented resolution of core challenges.
It is stated that a distinctive feature of the Rio de Janeiro Declaration is undoubtedly the presence of numerous pieces of evidence of BRICS's aspiration, readiness, and significant potential to actively contribute to a more sustainable and inclusive management of international security. This implies a flexible and adaptive reform of the international security architecture while preserving the leading role of the UN, as well as global institutions and instruments for civilizational dialogue.
Keywords: BRICS, Rio de Janeiro Declaration, 17th BRICS summit, international security, crisis of unipolarity, global South, World majority, civilizational threats.
Клуб БРИКС, постепенно становящийся ключевым актором международных отношений, представляет собой особый тип международной организации – полуформальной, сетевой и распределенной структуры, без единого уставного документа (в том числе международного договора) и жестких обязательств участвующих стран. Однако политическая сила БРИКС, как и влияние организации на мироустройство и вопросы международной безопасности, не вызывает сомнений. Гибкость и адаптивность в организации деятельности позволяет БРИКС лучшим образом реагировать на изменения внешней среды, консолидировать усилия участвующих и иных заинтересованных сторон для достижения ключевых целей и задач, которые у данной сетевой структуры формулируются не в едином уставном документе. Вместо устава или международного договора роль ориентира в политике БРИКС играют декларации, принимаемые по результатам ежегодных саммитов глав государств – высшего и, опять же, по своей сути сетевого органа управления БРИКС.
По горячим следам XVII саммита БРИКС, прошедшего 6–7 июля 2025 г. в Рио-де-Жанейро, можно сделать ряд предварительных выводов по поводу дальнейшего развития интеграции в объединении, реализации и перспектив магистральных направлений сотрудничества, которыми по сложившейся традиции в тексте итоговой декларации вновь определены политика и безопасность, экономика и культурно-гуманитарная сфера [Декларация… 2025].
Стороннему, тем более плохо осведомленному, наблюдателю может показаться, что ход и результаты XVII саммита БРИКС в Рио-де-Жанейро не продемонстрировали каких-либо системных отличий от генеральной линии развития организации в предыдущие годы и в целом не были чем-либо особо примечательными. Однако для получения таких выводов необходимо проводить углубленный научный анализ материалов саммита и прежде всего Декларации Рио-де-Жанейро (от 6 июля 2025 г., поименованной как «Укрепление сотрудничества Глобально-
го Юга для более инклюзивного и устойчивого управления» [Там же]), которая представляет собой достаточно объемный документ, содержащий 126 статей
и целый ряд положений, отражающих обновленные и дополненные подходы к фор-мированию устойчивого и инклюзивного управления международной безопасностью.
XVII саммит БРИКС в Рио-де-Жанейро, безусловно, не был рядовым событием международной политической жизни, тем более его значимость не следует сводить к какому-либо локальному уровню. XVII саммит БРИКС стал первым ежегодным клубным мероприятием, в котором, помимо лидеров стран – постоянных и активных участников БРИКС, официальное участие приняли руководители государств, получивших партнерский статус (категория учреждена в 2024 г. на XVI казанском саммите БРИКС). На отдельных сессиях саммита БРИКС в Рио-де-Жанейро на апробированных ранее площадках «БРИКС+» и «Аутрич» приняли участие приглашенные стороной – председателем саммита главы многих других государств, представляющих Глобальный Юг и Восток, руководители авторитетных международных организаций, включая региональные банки развития,
за которыми со всей справедливостью следует усматривать будущее в глобальной сети финансовой безопасности [Винокуров, Левенков 2021; Stubbs et al.
2021].
На фоне практически «обыденного» протекания клубных саммитов «Большой семерки» и даже «Большой двадцатки» бразильский саммит БРИКС 2025 г. не прошел незамеченным различными акторами международных отношений. Уже в первый день саммита президент США Д. Трамп высказал в социальных сетях недвусмысленные угрозы наложить на любое государство, которое поддерживает «антиамериканскую» политику БРИКС, дополнительные 10%-ные пошлины и затем промульгировал введение 50%-ных пошлин против Бразилии, по всей видимости, в том числе «вдогонку» к результатам организованного в стране XVII саммита БРИКС, в котором Д. Трамп, вероятно, усматривает вызовы американской глобальной гегемонии [Трамп... 2025]. При этом, безусловно, понимание БРИКС как «врага» США некорректно и неконструктивно. Деятельность БРИКС не фокусируется на противодействии конкретным государствам, и тем более «зацикленность» на конфронтации с крупнейшей мировой державой будет контрпродуктивной и попросту опасной. Нумерация текущего саммита БРИКС отражает многолетнюю устойчивость организации, которой некогда предсказывали короткую жизнь на международной арене; и такие прогнозы, вероятно, могли бы сбыться, если бы клуб действительно поставил задачи вредить США и их союзникам или же силовым путем разрушить текущее однополярное мироустройство при всей его несправедливости. Напротив, БРИКС последовательно выступает в качестве рупора интересов всего мира, а не узких кланов и конкретных акторов. Представлявший Российскую Федерацию на пленарных мероприятиях XVII саммита БРИКС министр иностранных дел РФ С. В. Лавров на пресс-конференции по итогам саммита 7 июля 2025 г. дал крайне примечательную, на наш взгляд, характеристику итогового документа – Декларации Рио-де-Жанейро, отметив, что «эффективно решать многочисленные проблемы современности невозможно без учета позиций стран Глобального Юга, Востока, проще говоря, Мирового большинства» [Выступление… 2025]. Именно этому Мировому большинству в деятельности БРИКС отводится по праву принадлежащая ему роль в качестве «одной из ключевых опор многополярности, объективно заменяющей уходящую в прошлое систему глобализации» [Там же].
Декларация Рио-де-Жанейро содержит не только материальные свидетельства нового этапа институционализации политики организации, но и развернутую структуру аргументации ключевых проблем международных отношений и приоритетных путей их решения. И соответствующие процессы прежде всего протекают в сфере международной безопасности, характеризующейся огромным числом неразрешенных проблем и противоречий, только усугубляющихся с течением времени. Деятельность БРИКС в предметной области и с учетом авторитета клуба и очевидной результативности применяемых механизмов, инструментов и методов сотрудничества в данной связи может рассматриваться не иначе как цивилизационный шанс на устойчивое и безопасное глобальное развитие.
Целью настоящей публикации выступает формирование научных представлений об отражении стремления БРИКС к более устойчивому и инклюзивному управлению международной безопасностью в материалах Декларации Рио-де-Жанейро 2025 г.
Вопросы развития современной парадигмы «мягкой» международной интеграции, основанной на принципах вместо жестких обязательств, идеях и общей философии участвующих стран, на сетевом и распределенном характере управления, обсуждаются в ряде исследований российских и зарубежных авторов, в частности: [Морева 2020; Bednar 2008; Chiocchetti 2023; Jovanović 2015]. Основные выводы, к которым чаще всего приходят исследователи заявленной проблематики, связаны с высоким потенциалом и преимуществами новейших форм интеграции, благодаря которым, в частности, БРИКС в достаточно короткие сроки стала фактически одним из ключевых акторов геополитики.
В ряде работ, включая [Imtiaz et al. 2023; Obajinmi, Garba 2025; Rodriguez-Triocci 2024], показано, что политическая сила и потенциал БРИКС не только исходят из растущего экономического потенциала стран – участников организации с формирующимися рынками, но также (и в самую первую очередь) связаны с по-следовательной и неуклонной позицией выразителя интересов Мирового большинства (термин, объединяющий категории стран Глобального Юга и Востока) на международной арене.
Интересы Мирового большинства выходят далеко за пределы необходимости решения экономических, социальных и отдельных гуманитарных проблем, которые, несмотря на их безусловную значимость и глобальный характер, уступают по критерию срочности решения проблемам международной безопасности и прежде всего связанным с фрагментацией и дальнейшим разрушением архитектуры глобальной безопасности под эгидой ООН, цивилизационные риски которых описаны в значительном числе исследований, и в частности: [Арзаманова 2023; Скриба 2024; Bettiza et al. 2023; Haenle, Sher 2023; Richmond 2022].
Фокус исследований роли БРИКС в международных отношениях в последние годы (начиная с рубежа 2010–2020-х гг.) постепенно смещается от экономической к политической сфере и затем к сфере безопасности. Авторами констатируется значительный потенциал БРИКС в сфере влияния на вопросы международной безо-пасности, проявляющийся прежде всего в эмерджентности самого клуба, который в 2020-е гг. активно прирастает новыми членами, в том числе в инновационных форматах участия за пределами активного постоянного членства [Kaura 2024; Ullah et al. 2024]. Растущее представительство и доверие со стороны стран Глобального Юга (Мирового большинства) становятся убедительными свидетельствами того, что БРИКС выражает именно его интересы, и аргументами в пользу того, чтобы идеи и послания БРИКС были услышаны. На сегодня политологи, как на Западе, так и в центрах истинного Мирового большинства, все чаще высказывают убежденность в эффективности БРИКС, в том числе в контексте влияния на международную безопасность и ее архитектуру [см., например: Есенбаева 2025; Чикова 2025; Brosig 2024; Hamilton et al. 2021]. Однако полуформальный, сетевой
и во многом скрытый от широкой общественности характер взаимодействий в БРИКС в значительной мере усложняет проведение качественных политических исследований, постановку вопросов и получение значимых выводов по проблематике сотрудничества БРИКС в достижении прогресса в сфере международной безопасности.
Постепенно складывается исследовательская традиция селективного анализа материалов деклараций БРИКС, принимаемых ежегодно по результатам саммитов клуба. Интерес в данной связи представляют, в частности, исследования: [Абылгазиев, Васецова 2021; Бунина 2023; Рагимов, Алиева 2024], опубликованные на русском языке и фактически вдогонку к проведенным саммитам, поскольку в них фиксируются и отражаются артефакты пошаговой политической эволюции организации, институционализации механизмов участия и воздействия на международные отношения. Настоящая публикация призвана внести вклад в корпус соответствующих научных исследований, и в ней предложены результаты научной рефлексии материалов Декларации Рио-де-Жанейро, осуществленной непосредственно после первой публикации документа. В приоритетном фокусе внимания настоящего исследования – вопросы международной безопасности как ключевой, по мнению автора, проблемы человечества, значительный прогресс в которой способно (но не обязательно сможет) обеспечить сотрудничество стран БРИКС. Как справедливо заметил в этой связи глава председательствовавшего на XVII саммите БРИКС государства, президент Бразилии Л. да Силва в завершение выступления на пленарном заседании, «если система глобального управления не отражает новую многополярную реальность XXI в., БРИКС должен внести свой вклад
в ее обновление» [Домбицкая, Строкань 2025].
Исследование подготовлено на основе материалов Декларации Рио-де-Жанейро [Декларация… 2025], релевантных академических исследований, материалов публичных выступлений политических лидеров. Декларация отражает ре-зультаты XVII саммита БРИКС, темой которого официально обозначено «Укрепление сотрудничества Глобального Юга для более инклюзивного и устойчивого управления». Собственно, данной теме посвящено содержание Декларации Рио-де-Жанейро и модальности раскрытия ключевых тем и положений.
Следует отметить, что XVII саммит БРИКС проходил в условиях максимального внешнего противодействия, вероятно, наибольшего за всю историю организации, в связи с чем, помимо прочего, имелись обоснованные опасения в том, что странам БРИКС не удастся прийти к консенсусу и продолжить устойчивое выражение и поддержку тех политических позиций, которые вызывают раздражение
у глобальных гегемонов. Примечательным в данной связи выступает проявление политического единства лидеров стран БРИКС. Несмотря на усиление внешней (беспрецедентное давление на БРИКС со стороны администрации президента США Д. Трампа) и внутренней турбулентности (по крайней мере три активных члена БРИКС в момент проведения саммита втянуты в региональные и/или глобальные конфликты, – Индия, Иран и Российская Федерация), согласование политических интересов и заявлений в ходе XVII саммита БРИКС не составило трудностей, по крайней мере внешне. Текст Декларации Рио-де-Жанейро был согласован и принят уже в первый день саммита, при этом он не содержит, к примеру, явных свидетельств «сглаживания» формулировок в угоду тем же глобалистам. При этом достижение такого политического единства, в том числе в принятии деклараций БРИКС, по мере расширения организации существенно осложняется, и сам его факт отражает дальнейшее обретение институциональной зрелости организации.
По уже сложившейся традиции в Декларации Рио-де-Жанейро отражен принцип неделимости международной безопасности, одновременно с обсуждением все большего перечня тем, проблем и направлений ее обеспечения, в том числе на фоне растущего потенциала БРИКС в решении соответствующих вопросов.
В глобальном управлении страны БРИКС подтверждают свою приверженность «реформированию и совершенствованию системы глобального управления путем поощрения более справедливой, равноправной, гибкой, эффективной, действенной, адекватной, представительной, легитимной, демократичной и подотчет-ной международной и многосторонней системы в духе широких консультаций, совместного вклада и общих выгод» [Декларация… 2025: ст. 5]. Именно на основе такого видения будет выстраиваться обновленная, во многом пересобранная и опирающаяся на обеспечение интересов Мирового большинства, а не самоназ-ванных глобальных «лидеров», архитектура международной безопасности при незыблемой ведущей роли ООН и ключевых международных институтов «в международной системе, в которой суверенные государства осуществляют сотрудничество в интересах поддержания международного мира и безопасности, содействия устойчивому развитию, продвижения и защиты демократии, прав человека и основных свобод для всех, а также сотрудничества, в основе которого лежат солидарность, взаимное уважение, справедливость и равенство» [Там же].
В этой связи хотелось бы обратить особое внимание на тезисы выступления президента Российской Федерации В. В. Путина на главном пленарном заседании XVII саммита БРИКС, осуществленном в формате видеоконференции: «В мире происходят кардинальные изменения. Уходит в прошлое однополярная система международных отношений, обслуживавшая интересы так называемого золотого миллиарда. Ей на смену идет более справедливый, многополярный мир. Процесс смены мирового экономического уклада продолжает набирать обороты. Все свидетельствует о том, что модель либеральной глобализации изживает себя, центр деловой активности смещается в сторону развивающихся рынков, что запускает мощную волну роста, в том числе в странах БРИКС» [Пленарное… 2025].
Вариации слова «безопасность» упоминаются в Декларации Рио-де-Жанейро 66 раз. Темы сотрудничества БРИКС в сфере международной безопасности, затронутые в Декларации Рио-де-Жанейро, многочисленны и отражают безусловно широкий спектр проблем, формирующихся в данной сфере, зачастую исходящих от цивилизационного кризиса в архитектуре международной безопасности, во многом спровоцированного деструктивным влиянием глобальной однополярности. Перечень соответствующих тем включает нижеследующие (в скобках представлены номера статей Декларации Рио-де-Жанейро):
– устойчивость текущей архитектуры международной безопасности (ст. 5, 6, 7), противодействие поляризации и недоверию, вредящим международной безопасности (ст. 18). Скорейшее разрешение трансграничных и локальных конфликтов (ст. 21–35);
– становление глобальной сети финансовой безопасности (ст. 10, 11, 12)
и оживления справедливой системы международной торговли (ст. 13). Недопустимость односторонних ограничительных мер, включая санкции (ст. 14);
– глобальные проблемы здравоохранения и формирования безопасного и спра-ведливого мира в борьбе с будущими пандемиями (ст. 15);
– устойчивое, безопасное и одновременно инклюзивное использование возможностей искусственного интеллекта в интересах всего человечества (ст. 16). Конструктивное противодействие вызовам и угрозам, исходящим из цифровой сферы и изнутри, на основе создания открытой, безопасной, стабильной, доступной, мирной и совместимой среды информационно-коммуникационных технологий (ст. 40). Борьба с киберпреступностью (ст. 41);
– непродуктивность непродуманного увязывания глобальной безопасности с климатической повесткой дня (ст. 17);
– скорейшее преодоление гуманитарных кризисов, в особенности в условиях сокращения международных ответных мер, которые и без того «были недостаточными, фрагментарными и зачастую политизированными» (ст. 19);
– полное, равное и безопасное участие женщин в принятии решений на всех уровнях процессов установления мира и обеспечения безопасности (ст. 20);
– предотвращение незаконных финансовых потоков, отмывания доходов, полученных преступным путем, финансирования терроризма, экстремизма, а также других форм транснациональной организованной преступности (ст. 36); развитие сотрудничества стран БРИКС в деле предотвращения коррупции и борьбы с ней (ст. 37);
– управление растущими рисками ядерной опасности и конфликтов (ст. 38);
– обеспечение безопасного и мирного использования космического пространства (ст. 39);
– продовольственная безопасность и питание, а также смягчение последствий резкой волатильности цен на продовольствие и внезапных кризисов поставок, включая нехватку удобрений (ст. 70);
– энергетическая безопасность, устойчивость энергетических рынков, бесперебойных поставок энергии из различных источников, цепочек создания стоимости, критически важной энергетической инфраструктуры (ст. 90).
Можно констатировать, что центральное место в концепции БРИКС в сфере международной безопасности, отраженной в Декларации Рио-де-Жанейро, занимает критика существующей архитектуры международной безопасности, которая характеризуется как неустойчивая и порождающая поляризацию (ст. 5–7, 18). Объединение выдвигает альтернативную модель, основанную на принципах инклю-зивности и учета интересов всех участников международных отношений. Примечательно, что декларация подчеркивает необходимость противодействия недоверию как фактору, подрывающему основы международной безопасности, что свидетельствует о понимании БРИКС важности восстановления взаимного доверия между государствами.
Инновационным аспектом Декларации Рио-де-Жанейро является комплексный подход к новым вызовам безопасности. Глобальные проблемы здравоохранения рассматриваются через призму формирования безопасного и справедливого мира в контексте борьбы с будущими пандемиями, устойчивым и инклюзивным использованием искусственного интеллекта во благо человечества, тотальным обеспечением цифровой безопасности, а равно безопасности в ядерной сфере и освоении космического пространства. Отраженный в Декларации подход демонстрирует понимание БРИКС взаимосвязи между различными аспектами безопасности и необходимости превентивных мер.
Несмотря на название документа, в Декларации Рио-де-Жанейро представлен ряд практико-ориентированных инструментов и комплексных механизмов решения проблем международной безопасности. Их перечень достаточно широкий,
с учетом объема научной статьи видится целесообразным особо указать на нижеследующие:
– расширение представленности развивающихся стран во всех категориях членства в Совете Безопасности (ст. 6), активация работы по оживлению деятельности Генеральной Ассамблеи ООН и укреплению Экономического и Социального Совета ООН (ст. 7);
– активация усилий развивающихся стран по продвижению диалога и консультаций в интересах более справедливого и равноправного глобального управления и взаимовыгодных отношений между государствами (ст. 8);
– развитие глобальной сети финансовой безопасности под незыблемым,
но справедливым и продуктивным руководством Международного валютного фонда, для эффективной поддержки членов и, прежде всего, наиболее уязвимых стран (ст. 11); расширение представительства и перераспределение долей развивающихся стран во Всемирном банке (ст. 12);
– всесторонняя поддержка многосторонней торговой системы, основанной на правилах, открытой, прозрачной, справедливой, инклюзивной, равноправной, недискриминационной и базирующейся на консенсусе (ст. 13), осуждение односторонних принудительных мер (ст. 14);
– поддержка международных усилий, предпринимаемых членами БРИКС для содействия уважению, соблюдению и эффективному применению норм международного гуманитарного права (ст. 19);
– выражение единой позиции БРИКС, в том числе в безусловном осуждении военных ударов по Исламской Республике Иран с 13 июня 2025 г. (ст. 21); в отношении конфликта на Украине (ст. 22); обеспокоенности: продолжающимися конфликтами и нестабильностью в регионе Ближнего Востока и Северной Африки (ст. 23), ситуацией на оккупированной палестинской территории (ст. 24–27), продолжающимися нарушениями режима прекращения огня, а также суверенитета и территориальной целостности Ливана (ст. 28), распространением терроризма в Судане (ст. 32) и продолжающимся ухудшением безопасности, гуманитарной и экономической ситуации в Гаити (ст. 33); необходимости инклюзивного решения сирийской проблемы (ст. 29); безусловного применения принципа «африканским проблемам – африканские решения» как фундаментальной основы для разрешения конфликтов на Африканском континенте (ст. 30–31); решительного осуждения террористического акта в Джамму и Кашмире 22 апреля 2025 г. (ст. 34),
а также нападений на мосты и железнодорожную инфраструктуру, преднамеренно направленных против гражданского населения в Брянской, Курской и Воронежской областях Российской Федерации 31 мая, 1 и 5 июня 2025 г. (ст. 35 – примечательным представляется по сути первый исторический акт прямого осуждения террористической деятельности украинской стороны в декларациях БРИКС).
Современная архитектура международной безопасности переживает глубокий кризис легитимности и эффективности, что находит отражение в усилении процессов фрагментации, эскалации региональных конфликтов и утрате доверия к традиционным механизмам глобального управления. В условиях нарастающей геополитической турбулентности особую значимость приобретает поиск альтернативных подходов к обеспечению международной стабильности, одним из которых выступает концепция многополярного мира, активно продвигаемая странами БРИКС.
Можно констатировать, что отличительной характеристикой Декларации Рио-де-Жанейро безусловно выступает наличие многочисленных свидетельств стрем-ления, готовности и значительного потенциала БРИКС активно содействовать более устойчивому и инклюзивному управлению международной безопасностью при гибком и адаптивном реформировании архитектуры международной безопасности с сохранением ведущей роли ООН, а также глобальных институтов и инструментов цивилизационного диалога. В Декларации в структурированном и системном виде представлен широкий спектр проблем международной безопасности, подкрепленный идеями по их разрешению. Декларация Рио-де-Жанейро 2025 г. – это комплексный программный документ, отражающий стремление объединения к формированию более справедливой и инклюзивной системы международной безопасности. Анализ ключевых положений Декларации позволяет выявить контуры новой парадигмы глобального управления, основанной на принципах многосторонности, взаимного уважения суверенитета и отказа от односторонних принудительных мер как ключевого устремления стран БРИКС и их политических лидеров.
При этом, безусловно, ключевой проблемой сотрудничества БРИКС в области содействия более устойчивому и инклюзивному управлению международной безо-
пасностью остается непродуктивное и не мотивированное справедливыми ценностными аргументами и цивилизационными интересами сопротивление со стороны лидеров уходящей глобальной однополярности и прежде всего стран
англосаксонского мира и «политбюро» ЕС (в совокупности именуемых коллективным Западом), системно подменяющих истинные голоса в интересах участвующих стран. Самоназванные противники БРИКС ошибочно полагают, что, препятствуя деятельности организации и тем более пытаясь заблокировать эту деятельность и в идеале разрушить БРИКС, им удастся сохранить свое глобальное доминирование, а равно навредить якобы злонамеренным, недемократичным силам. За ширмой нарративов – проявления решительного акта цивилизационного противодействия коллективного Запада Мировому большинству, которое или будет услышано, или, в противном случае, разрушительные последствия конфронтации, в которой Мировое большинство всегда занимало пассивную роль, могут иметь поистине катастрофический характер, угрожая всему человечеству. Противодействуя БРИКС, коллективный Запад борется со здравым смыслом и цивилизационными перспективами, разрушая прежде всего себя на фоне игнорирования интересов Мирового большинства. Сегодня лучшим рупором последнего выступает БРИКС, и на фоне протекания конфликта с коллективным Западом по многим плоскостям и траекториям БРИКС продолжает неуклонную институционализацию и набирает все большую популярность в мире, получая всестороннюю поддержку от того самого Мирового большинства, интересы которого оно непрерывно отстаивает. В этом и следует усматривать цивилизационную надежду на благополучное и устойчивое глобальное развитие, успешное разрешение цивилизационного кризиса в архитектуре международной безопасности.
Литература
Абылгазиев И. И., Васецова Е. С. Итоги председательства Российской Федерации в ШОС и БРИКС в 2020 г. // Век глобализации. 2021. № 2. С. 109–117.
Арзаманова Т. Восходящие тренды мирового развития и их влияние на глобальный эффект «геополитического саспенса» // Европейская безопасность: события, оценки, прогнозы. 2023. № 71(87). С. 15–26.
Бунина С. Г. Обзор Йоханнесбургской Декларации от 23 августа 2023 года «БРИКС и Африка: партнерство в интересах совместного ускоренного роста, устойчивого развития и инклюзивной многосторонности» // Право и современные государства. 2023. № 5. С. 29–31.
Винокуров Е. Ю., Левенков А. С. Глобальная сеть финансовой безопасности: эволюция антикризисной функции в мировой финансовой архитектуре // Вопросы экономики. 2021. № 5. С. 26–42.
Выступление и ответы на вопросы СМИ министра иностранных дел Российской Федерации С. В. Лаврова по итогам саммита БРИКС, Рио-де-Жанейро, 7 июля
2025 года [Электронный ресурс] : Министерство иностранных дел Российской Федерации. 2025. 7 июля. URL: https://www.mid.ru/ru/foreign_policy/rso/organizacii-latinoame-rikanskogo-regiona/2034668/ (дата обращения 12.07.2025).
Декларация Рио-де-Жанейро (6 июля 2025 г.). Укрепление сотрудничества Глобального Юга для более инклюзивного и устойчивого управления [Электронный ресурс]. URL: http://static.kremlin.ru/media/events/files/ru/gvTArkWauqwuryk9xzLt3HuuI EBmqrC.pdf (дата обращения: 12.07.2025).
Домбицкая А., Строкань С. Есть ли БРИКС при Трампе [Электронный ресурс] : Коммерсантъ. 2025. 7 июля. URL: https://www.kommersant.ru/doc/7870864 (дата обращения: 12.07.2025).
Есенбаева Т. Влияние геополитической конкуренции на эффективность международных организаций // Вестник науки. 2025. Т. 3. № 5(86). С. 1037–1049.
Морева Е. Л. «Мягкая сила» и трансграничная экономическая интеграция // Экономика. Налоги. Право. 2020. Т. 13. № 6. С. 6–14.
Пленарное заседание XVII саммита БРИКС [Электронный ресурс] : Президент России. Официальный сайт. 2025. 6 июля. URL: http://www.kremlin.ru/events/president/
news/77373 (дата обращения: 12.07.2025).
Рагимов А. Т., Алиева М. Н. XVI Саммит БРИКС в Казани 22–24 октября
2024 года: основные итоги и перспективы развития // Юридический вестник Дагестанского государственного университета. 2024. Т. 52. № 4. С. 88–91.
Скриба А. С. Столкновение фрагментов? Влияние фрагментации мирового порядка на возрождение блокового соперничества // Актуальные проблемы Европы. 2024. № 1(121). С. 42–64.
Трамп вводит пошлины в 50 % на импорт товаров из Бразилии: в чем причина [Электронный ресурс] : Московские новости. 2025. 10 июля. URL: https://www.mn.ru/
short/tramp-vvodit-poshliny-v-50-na-import-tovarov-iz-brazilii-v-chem-prichina (дата обращения: 12.07.2025).
Чикова А. Е. Сотрудничество в рамках БРИКС+ как новый формат интеграционного процесса быстроразвивающихся стран // Право и управление. XXI век. 2025.
Т. 21. № 1. С. 195–206.
Bednar J. The Robust Federation: Principles of Design. Cambridge : Cambridge University Press, 2008.
Bettiza G., Bolton D., Lewis D. Civilizationism and the Ideological Contestation of the Liberal International Order // International Studies Review. 2023. Vol. 25. No. 2. P. viad006.
Brosig M. Has BRICS Lost Its Appeal? The Foreign Policy Value Added of the Group // International Politics. 2024. Vol. 61. No. 1. Pp. 106–124.
Chiocchetti P. A Quantitative Analysis of Legal Integration and Differentiation in the European Union, 1958–2020 // JCMS: Journal of Common Market Studies. 2023. Vol. 61.
No. 5. Pp. 1337–1359.
Haenle P., Sher N. Initiative Diplomacy: China’s New Rules for Global Governance, Security and Development // East Asian Policy. 2023. Vol. 15. No. 04. Pp. 7–21.
Hamilton C., Pagot R., Shepherd L. J. BRICS Countries and the Construction of Conflict in the Women, Peace and Security Open Debates // International Affairs. 2021. Vol. 97.
No. 3. Pp. 739–757.
Imtiaz A., Yaseen Z., Muzaffar M. Bridging Continents: Emergence of BRICS and Assumptions for New-World Order // Annals of Human and Social Sciences. 2023. Vol. 4.
No. 3. Pp. 808–821.
Jovanović M. N. The Economics of International Integration. 2nd ed. Cheltenham, UK; Northampton, MA : Edward Elgar Publishing, 2015.
Kaura V. Expansion of BRICS // Indian Journal of Asian Affairs. 2024. Vol. 37. No. 1/2.
Pp. 165–172.
Obajinmi O. J., Garba D. BRICS Expansion and its Challenges to the Global Economic Order // FUDMA Journal of Humanities, Social Science and Creative Arts. 2025. Vol. 1. No. AHBSI. Pp. 80–88.
Richmond O. P. The Grand Design: The Evolution of the International Peace Architecture. Oxford : Oxford University Press, 2022.
Rodriguez-Triocci E. What about the BRICS? Examining Power Politics in a Changing World Order // Journal of Political Power. 2024. Vol. 17. No. 1. Pp. 21–41.
Stubbs T., Kring W., Laskaridis Ch., Kentikelenis A., Gallagher K. Whatever It Takes? The Global Financial Safety Net, COVID-19, and Developing Countries // World Development. 2021. Vol. 137. P. 105171.
Ullah I., Haider S. M., Gohar M. BRICS Expansion: Prospects and Challenges // Research Journal of Human and Social Aspects. 2024. Vol. 2. No. 1. Pp. 52–64.
Размещено в разделах
