Мировой порядок и его будущее. Размышления над книгой А. Л. Гринина
скачать Автор: Буровский А. М. - подписаться на статьи автора
Журнал: Век глобализации. Выпуск №4(56)/2025 - подписаться на статьи журнала
DOI: https://doi.org/10.30884/vglob/2025.04.17
Гринин А. Л. Борьба за новый мировой порядок. История. Современность. Будущее. М.: Моск. ред. изд-ва «Учитель», 2025. 464 с.
Зачем эта книга?
О становлении нового мирового порядка пишет немало авторов. Неудивительно: «…мы находимся в водовороте дестабилизационных событий, которые означают размывание прежнего мирового порядка» [Гринин 2025: 43].
В 1990-е гг., когда установился однополярный американский порядок, вышло много книг, в которых нередко писалось, что этот порядок очень надолго. Среди наиболее известных книг были работы З. Бжезинского «Великая шахматная доска» [Бжезинский 1998] и Ф. Фукуямы [2007] с его «концом истории». В списке литературы только к рецензируемой книге – сотни имен и названий. Были, конечно, и более глубокие произведения, например С. Хантингтон с его «Столкновением цивилизаций» [Хантингтон 2003]. Какую ценность имеет еще одна книга о гряду-щем мировом порядке? Что нового она может внести? Прежде всего, важно понимать, что сегодня речь идет о том, что текущий, но уже «старый» американский мировой порядок слабеет и постепенно проглядываются контуры нового мирового порядка, уже неамериканского. Поэтому системная разработка вопросов о том, как именно трансформируется мировой порядок, какие силы и процессы вносят вклад в эту трансформацию, на каких направлениях, как и почему обостряется борьба за новый мировой порядок, каким может быть новый мировой порядок,
и многих других имеет как важное научное и теоретическое значение, так и важное практическое.
Можно согласиться с автором, что сегодня очень остро встал вопрос о том, каким будет мировой порядок в будущем: станет ли он реинкарнацией американского мирового порядка, как предполагают научные и политические апологеты США, или же это будет мировой порядок с новыми формами функционирования, новыми принципами организации и международных отношений. Сегодня решается, по какому курсу пойдут мир и Россия в течение по крайней мере нескольких десятилетий. В настоящее время Мир-Система находится в неустойчивом состоянии, в преддверии высоковероятной бифуркации траекторий развития. Это открывает реальное окно возможностей для усиления влияния мировых и региональных лидеров, в том числе для выработки основ и принципов будущего мирового порядка, облегчает выработку ключевых стратегий развития, в том числе для поиска партнеров и союзников [Гринин 2025: 5].
Почему эта книга полнее?
Естественно, существуют работы, специально посвященные демографии, поколенческим и этническим, цивилизационным и геополитическим проблемам современного мира, – но каждая из них тоже рассматривается отдельно, вне связи
с остальными. И почти не учитывается как фактор становления нового мирового порядка.
Такая специализация, в том числе в области футурологии, – одна из важнейших причин, по которым регулярно возникает феномен «черного лебедя» – в картине изменяющегося мира «вдруг» начинает играть роль какой-то совершенно не учтенный фактор, и именно он «оказывается» чрезвычайно важным. Этот фактор «просто» находился за пределами профессиональных интересов, а иногда и за пре-делами понимания автора, почему его и не заметили.
«Черные лебеди» порхают над футурологами, потому что специалисты не учитывают «недостаточно систематизированные направления» [Гринин 2025: 18].
То есть не учитывают слишком много сторон сложнейших явлений.
Но ведь необъятность предмета и объекта не означает, что не следует стремиться к максимально возможной степени понимания и предсказуемости. То есть к созданию максимально точной схемы.
Книга Антона Гринина позволяет видеть дальше, потому что учитывает боль-шее число факторов.
Методология
Важнейшее обстоятельство: для решения поставленных задач автор применяет методологию Мегаистории, или Большой истории. Международная ассоциация Большой истории дает такое определение этому сравнительно новому направлению в науке: «Большая история – это попытка понять целостным междисциплинарным способом историю Вселенной, Земли, жизни и общества».
Большая история не может существовать без междисциплинарного подхода, объединяя естественные и общественные науки для объяснения существующего мира и его истории.
Ученые, занятые созданием Большой истории, не раз обращались к теории мир-систем и к динамике Земшарной мир-системы, применяя характерный для них синтез научного знания [Grinin, Korotayev 2012; 2015; 2016; Гринин 2012; 2022; Гринин Л. Е., Коротаев 2016].
Членами сообщества Большой истории создан интересный термин «реконфигурация Мир-Системы». Они озаботились и его приложением к текущей политической ситуации. К сожалению, «это понятие лишь очень постепенно входит в по-литологический оборот и используется недостаточно» [Гринин 2025: 40].
Антон Гринин убедительно показывает, что в становлении «многополярного мира» сказываются не только геополитические и политические обстоятельства; что важен не только рост экономики как таковой, но и по меньшей мере семь или восемь других факторов.
Технологическая революция
Автор рецензируемой книги неоднократно писал о «кибернетической революции». Подробнее всего – в прекрасной книге и статьях, вышедших еще в 2015 г. [Гринин Л. Е., Гринин А. Л. 2015а; 2015б; 2015в] – и в рецензируемой книге в том числе [Гринин 2025: 174–177].
Теперь автор пишет о «технологических сторонах мирового соперничества»
и возвращается к мысли о неизбежном «активнейшем внедрении самоуправляемых систем во все сферы жизни, об усилении борьбы за пересмотр мирового порядка с помощью концентрации усилий в области развития новейших технологий» [Там же: 225].
Естественно, мировое неравенство только усиливается от того, что одни создают новые версии компьютеров и пишут программы, а другие лишь используют созданное не в их стране.
Появление огромного числа индусских, китайских и японских программистов – пока что свидетельство не лидерства этих регионов, а «догоняющей модернизации». Возможно, догнать получится. Возможно, в некотором будущем положение дел изменится, но сегодня лидеры технологического развития живут в странах, населенных европейцами, в первую очередь англосаксами.
Научно-техническое превосходство всегда имеет свои интереснейшие последствия в военном деле. Появление железного оружия произвело революцию во всех сферах производства и, конечно же, в военном деле [Берзин 1984].
И Великий Рим, и Британия смогли стать величайшими империями именно потому, что имели решающее военно-техническое превосходство практически над любым противником. Собственно, это превосходство и сделало страны Европы абсолютным лидером в мире и создателем Земшарной мир-системы XVI–XX вв.
Антон Гринин справедливо указывает, что в ближайшее время боевые столкновения могут принять вид войны кибернетических систем, почти без участия людей. «Сегодня неожиданно для многих на передний план вышли беспилотные летательные аппараты (БПЛА) в связи с военными действиями» [Гринин 2025: 227].
Чтение этого места в очередной раз вызывает уважение к автору: мир почти не заметил реалий азербайджано-армянской войны 2020 г. Хорошо, что Антон Гринин анализирует и ее последствия.
Как бывает очень часто, фантасты предсказали нечто задолго до его практического воплощения в жизнь. Самолеты, управляемые по радио, становятся советским ноу-хау в романе Александра Казанцева, опубликованном в 1937 г. в периодической печати и вышедшем в 1941 г. отдельным изданием [Казанцев 1941].
«Понятно, что далеко не все и не во всем смогут сделать рывок в этом на-правлении, соответственно, это усиливает борьбу за место в мировом порядке» [Гринин 2025: 227].
Впрочем, электронное оружие – не единственный источник военно-техничес-
кого превосходства. Я не знаю, существует ли тектоническое и климатическое оружие, – но если существует, то не в Буркино-Фасо и даже не в Китае, не в Иране и не в России.
Вот о чем пишет А. Л. Гринин – об использовании интерфейсов и искусст-венного интеллекта как «информационно-идеологического оружия колоссальной мощности» [Гринин Л. Е., Гринин А. Л. 2015г; Grinin L. et al. 2023].
И это оружие тоже разрабатывается не в Алжире и не в Таиланде.
Вполне очевидно, что создание нового мирового порядка уже проходит и будет проходить через череду войн. Остается надеяться, что все-таки не мировых.
Конец абсолютного доминирования Запада
Чрезвычайно интересны теории С. Хантингтона и его последователей о Великой дивергенции, то есть о стремительном расхождении уровней развития Европы и стран, населенных европейцами. Впрочем, писали об этом и до него [Померанц 2017; Frank 2001].
Еще интереснее, а для нашей темы и актуальнее теории Л. Е. Гринина и А. В. Коротаева о реконфигурации Мир-Системы и ускорении этой реконфигурации [Grinin, Korotayev 2015].
С точки зрения этих авторов, разрыв в уровнях развития в ХХ в. сменяется конвергенцией – то есть «выравниванием» уровней развития между условным «Западом» и всем остальным миром, что и порождает Великую реконфигурацию Земшарной мир-системы [Гринин 2016а; 2016б; 2016в; Гринин и др. 2024].
О том, что Великой дивергенции наступает конец, не приходится спорить. Абсолютный мировой лидер XVII – начала XX в., европейская цивилизация, утрачивает лидерство. Все формы мироустройства от Великих географических открытий и до Первой мировой войны – Вестфальская, Венская, Вашингтонская – были вариантами «европейского мирового порядка». Эти системы и становились земшарными, потому что именно европейские державы делили мир и организовывали Земшарную мир-систему.
Даже двуполярный мир США – СССР 1945–1991 гг. был миром, в котором господствовали две сверхдержавы, принадлежащие европейской цивилизации.
Характерно, что все остальные факторы становления нового мирового порядка (далее – НМП), приводимые Антоном Грининым, – именно об усилении стран Незапада.
Демографические факторы в мировом тренде
Гринин справедливо пишет: «При сильном государстве даже бедное и не очень грамотное, но многочисленное население становится немалой силой. Представьте, что СССР продолжал бы существование, имея население заметно большее, чем в США. Геополитический расклад сегодня был бы иным. Или если бы
в России проживало не 146, а 250 млн человек. Пусть вес РФ и не был бы таким, как у гипотетического СССР, но был бы явно выше, чем сегодня» [Гринин 2025: 245].
Словом, чтобы претендовать на роль самостоятельного «центра силы», страна должна быть достаточно крупной и населенной.
Напомню: сделав колоссальный рывок в XVI в., сравнительно небольшая Гол-
ландия уступила место мирового лидера Англии. И региональный лидер, и тем более мировой лидер во все времена – это крупная страна с многочисленным населением.
В ХХ в. Япония с 1931 г. громила Китай, причем любую из его армий, но оккупировать страну не могла чисто физически.
Сегодня страны Запада теряют демографическое лидерство, и это тоже предопределяет предсказанный Шпенглером «закат Европы» [Шпенглер 1993].
Возражу автору книги только в одном: «Упадок, наблюдающийся в демографии Европы (феномен, не имеющий прецедентов в человеческой истории, поскольку все это происходит в отсутствие войн, эпидемий и естественных катаклизмов), неизбежно создаст огромные, возможно, даже неразрешимые проблемы» [Гринин 2025: 226].
Не соглашусь, что «феномен не имеет прецедентов». В Римской империи III–V вв. по Р. Х. наблюдалось то же самое: сокращение «титульного» населения ромеев-римлян, кризис их традиционной культуры, замещение коренных римлян мигрантами.
Фактор миграции
Конечно же, «миграция – это далеко не один только экономический аспект, но также политический, культурный, гуманитарный, социальный, юридический
и – что особенно важно для нашей темы – геополитический» [Там же: 255].
Осмелюсь провести ту же аналогию: Римское государство было вынуждено ввозить в Италию рабов, потому что ромеи становились администраторами и воинами вне Италии. Въезжали и «экономически» активные сирийцы, греки, жители Малой Азии и Северной Африки. К V в. ромеи из господствующего этноса превратились в рыхлую массу людей, стремящихся потреблять, а не строить государство, что и предопределило судьбу Западной Римской империи.
Поколенческие и половые факторы
Сама западная цивилизация не просто «стареет». В ней проявляется, во-пер-вых, воинствующий феминизм. Если в США 64 % женщин фертильного возраста не собираются иметь детей, «феминизм, возведенный на уровень высшей идеологии, все активнее ведет общество к депопуляции» [Гринин 2025: 273].
Во-вторых, стремительный рост сексуальных меньшинств.
В-третьих, странное даже с биологической точки зрения отвращение к детям. Причем, что хуже всего, чем младше респондент, тем больше он находит причин отказаться от создания полноценной семьи [Серебряный 2024].
«Есть радикальные мнения, что приход поколения Z – хочет оно того сознательно или нет – приведет к полному разрушению сложившейся в ХХ в. деловой этики, отношения к работе, деньгам, карьере и прочим вещам, на которых столетиями была построена стабильность мировой экономики и общества» [Гринин 2025: 273].
Если эта оценка справедлива, перед нами ярко выраженный пример самоубийства цивилизации: ее вырождения.
С чем намного труднее согласиться: «История не знает подобных прецедентов <…> В истории уже имели место кризисы семьи, в частности в Античности» [Гринин 2025: 272].
Идеология биологического вырождения и цивилизационного самоубийства стремительно разрастается, представлена все большим числом все более причудливых вариантов.
Автор статьи написал книгу «Гендерная революция» [Буровский 2025б]. Я старался охватить как можно большее число явлений, но книга устарела буквально
к моменту выхода.
Идеологические факторы: этнокультурные, религиозные и прочие
Антон Гринин справедливо пишет о том, что мировое соперничество выигрывает не только более сильный в экономическом и военно-техническом смысле,
но и тот, кто сможет предложить более привлекательный образ будущего. В идеале, конечно, привлекательный для всех людей – разных цивилизаций, культур, полов и возрастов, гендерных и политических предпочтений.
Но насколько реалистично создание такой всеобъемлющей идеологии? Пока что мы видим столкновения идеологий как часть соперничества за мировое господство.
Применительно к России – «каким будет новый порядок, во многом зависит от целей, которые будет ставить РФ, и от правильности внешней политики России» [Гринин 2025: 43].
Глобализация и многополярность
Автор книги приводит в целом общеизвестные факты о существовании в прошлом и двуполярных, и многополярных вариантов Земшарной мир-системы. Современное положение дел – с 1991 г., с крушения СССР, Мир-Система сделалась однополярной.
Сравнить положение США можно и с положением Римской империи IV–V вв., и с положением Афинской архэ. В этом втором случае страны Европы, Австралия, Канада и Новая Зеландия должны рассматриваться как аналог неравноправных союзников Афин.
Реконфигурация Мир-Системы, как подчеркивалось в работе А. Л. Гринина, – «это процесс, в ходе которого меняется баланс сил в мире… и начинает трансформироваться новый мировой порядок» [Гринин 2025: 369].
На глазах распадается даже казавшийся нерушимым союз США и Европы.
В уже давней работе мы с соавтором пытались проанализировать не «идеологию для масс», политкорректности и толерантности, а реальную идеологию мондиализма [Буровский, Якуцени 2009]. Отнюдь не будучи сторонником этой системы, отмечу – однополярный мир имеет множество преимуществ.
Глобальная экономика позволяет использовать ресурсы всего земного шара, создавая единую логистическую систему. Грубо говоря – все становится доступнее и дешевле. Неправдоподобный рост уровня жизни с 1990-х гг. – прямое следствие экономического глобализма.
От «замыкания в себе» проигрывает любая страна в любую эпоху. Цивилизации доколумбовой Америки оказались оторваны от остального человечества не по доброй воле. Но что изоляция сыграла для них роковую роль – это факт.
Самоизоляция громадного цивилизованного Китая к XIX в. сделала его на-
столько отсталым, что огромная страна оказалась бессильна против агрессии не только союзов европейцев, но и любой европейской страны, включая Россию.
В общем, объединение – всегда хорошо, а замкнутость – всегда отсталость и де-градация. Сложность в том, что можно придумать любые идеальные решения, но в реальной жизни глобализм – это не «концерт держав» и не правление мудрых благодетелей человечества. Это жестокий диктат даже не государств, а надгосударственных сил, действующий исключительно в своих эгоистических интересах. Причем интересах, понимаемых исключительно примитивно: как сохранение привычного уровня потребления.
В результате «присоединиться к глобализму» для любого государства страны и народа означает не «войти в систему» и даже не «занять низовые позиции в системе». Это означает «быть сожранным системой», что далеко не одно и то же.
Закат Европы
Земшарную мир-систему создала нововременная цивилизация Европы. Она – прямая наследница и Античности, и христианской цивилизации V–XVI вв., которую мы напрасно называем «средневековой»***. Эта цивилизация не только «открыла» весь земной шар, но и заложила основы как Земшарной мир-системы, так и начала техногенной цивилизации.
Основы этой цивилизации можно выразить в виде нескольких простых тезисов:
2. Все эти процессы могут быть познаны, изучены и поставлены на службу человеку.
3. «Склад» природы неиссякаем, заведомо хватит на всех. Главное – изучать и трудиться.
Европейская цивилизация получила смертельный удар в огне Первой мировой войны, Вторая мировая ее окончательно добила. То есть цивилизация-то никуда не исчезла, но уже в 1945 г. в числе членов Совета Безопасности ООН появился и Китай. К 1960-м многие неевропейские страны приобрели могущество, как минимум равное странам Европы.
Это тоже можно осмыслить в категориях теории догоняющей модернизации. Европа первой создала техногенную цивилизацию. Сегодня техногенная цивилизация – всемирная.
Осознала ли это сама Европа – не уверен, но это произошло.
Каким бы ни стал мир грядущего – однополярным или стополярным, европейская цивилизация обречена быть только одной из техногенных цивилизаций не очень прекрасного, но «зато» нового мира.
Постмодернизм
Антон Гринин убедительно пишет о деградации европейской цивилизации. Он полагает, что «после прохождения пика достижений неизбежно наступает декаданс. Декаданс связан с упадком нравов, но, что еще хуже, с идеологическим возвеличиванием и открытым превозношением этих нарушений, пропагандой их и стремлением сделать их нормой. Декаданс обычно также связан с разрушением семьи и сокращением рождаемости» [Гринин 2025: 255–256].
То, что А. Л. Гринин назвал декадансом, точнее назвать культурой постмодернизма.
Модернизм – жизнь за счет постоянного созидания и в уважении к знанию, умению, созиданию.
Постмодернизм – жизнь за счет того, что уже сделано.
Уже давно у людей с дефицитом ума и энергии появлялись странные идеи – упразднить всю и всяческую иерархию. Как шутили в эпоху Хрущева, в пору одежды «унисекс» и шлакоблочного строительства: уже соединили ванную с туалетом… Остается соединить мужчину с женщиной и пол с потолком.
Этому тоже полная аналогия в поздней Римской империи. Во многом – и в Российской империи начала ХХ в. Загнивание цивилизации выражается в том, что для «хорошей», то есть сытой, жизни больше не надо «слишком много» трудиться – тем более совершать сверхусилия.
Рим времен Октавиана раздавил бы варваров, не очень заметив. Рим IV–V вв. просто не хотел что бы то ни было делать.
Новая цивилизация
Мы живем в Новой глобальной цивилизации, – дочерней от европейской цивилизации XVII – начала XX в., но тем не менее совсем другой.
В 1960-е гг. произошло пять важнейших событий:
– Человек вышел за пределы планета Земля. Цивилизация начала превращаться в космическую.
– Появились глобальные деньги. Вместе с ними появилась и глобальная сверхбуржуазия.
– Богатства транснациональных монополий достигли уровня богатств крупных и сильных государств. «Стандарт ойл» и «Дженерал моторс» стали богаче Италии и Испании, так же богаты, как Франция, и почти так же, как Германия.
– Наступил конец так называемого колониализма. Все, никакого приоритета Европы и европейцев. Европа – мировой паразит. Европейцы – колонизаторы
и кровопийцы. Ура политкорректности! Да здравствует толерантность!
– Стало известно, что ресурсы земного шара не беспредельны. Грубо говоря – на всех не хватит [Медоуз и др. 1991].
С тех пор экономическая, а с ней и политическая власть принадлежит космополитичному слою очень богатых людей. Буржуи XIX в. – просто пауперы в сравнении с ними.
Буржуа и сверхбуржуазия
В конце 1930-х гг. Фердинанд Ландберг сделал вывод о существовании в США «сверхбогачей» и заговорил о «60 правящих семействах Америки» [Ландберг 1948; 1971].
Сегодня сверхбогачи живут вовсе не только в США. Это не буржуа… Это сверхбуржуа. Они в сотни раз богаче всех императоров всей человеческой истории. И у них другая психология.
Знание было – сила. Знание давало деньги и власть. Знать было престижно. Хозяева жизни поддерживали и развивали эту систему ценностей, потому что сами ее разделяли. И они верили в прогресс.
Сверхбуржуазии тоже нужен прогресс. Но прогресс – управляемый. Ручной. Технонаука ведущих фирм Земли создает новые направления производства.
На наших глазах родился компьютер, мобильная связь и особый мобильный компьютер – айфон. Гибрид компьютера, телефона, фото- и кинокамеры. Появление 3D-принтера… Появление космических программ… Появление… впрочем, продолжать можно долго. Но все это – прирученный прогресс. Его делают громадные коллективы, получающие зарплату. Инженер – обычный служащий. Пролетарий, знающий свое место.
Буржуа было много – 5, 10, 15 % населения Европы. Даже для самой себя буржуазии было нужно много университетов, много врачей, много инженеров
и техников.
Сверхбуржуазия – 0,001 % населения Земли. Ей не нужно так много специалистов. И никакой они не авангард. Они – умные, которые сумели урвать, а все остальные – просто быдло. В том числе и представители народов, из которых вышли сверхбуржуа.
Сверхбуржуазия твердо знает – уж она-то получит медицинскую помощь, которую мы привыкаем по-хамски именовать «медицинское обслуживание». На них профессуры вполне хватит. Причем профессора прибегут сами, толкаясь и лягаясь по дороге. «А вот кому лучшее, что у нас есть?!?!»
Остальные пусть лечатся у колдунов и бабок-шептуний.
Уже сегодня ведутся исследования, позволяющие продлить активную жизнь лет до 120–140. Вопрос, кто воспользуется плодами сих недешевых изысканий. Нам, помирающим в 80, реально «светит» истеблишмент, который в 120 лет выглядит и ведет себя как 60-летний.
Так же точно сверхбуржуазия знает, что всегда получит хорошее образование. Она всегда получит доступ к новым знаниям – независимо от того, имеют ли эти знания другие.
Подробнее я развиваю эти идеи в других статьях [Буровский 2020; 2022; Буровский, Лужецкий 2022].
Деградация? Нет, становление новой цивилизации
Бесспорно, что «очевидны признаки деградации западной политической системы, демократии, прав человека, идеологии», что западные «элиты для сохранения своего господства все заметнее и уже на юридическом и институциональном уровне нарушают базовые права граждан и Конституцию» [Гринин 2025: 255].
Но разве речь идет только о политической демократии? С середины XIX в. человек западного мира привыкал к социальным гарантиям: к доступной научной медицине, образованию, существованию социальных лифтов. Начиная с 1960-х гг. государство начинает все больше сворачивать свои обязательства.
Что означает фактический отказ от материального благосостояния большинства, доступной медицины, образования, социальной защищенности, равенства перед законом? Это отказ от достижений европейской цивилизации.
Большинство населения стран Европы стоит перед совершенно реальным «опусканием» большинства на уровень в лучшем случае Древнего Востока [Буровский 2025а].
Европейская цивилизация исходила из того, что «когда-нибудь» все станут такими же, как европейцы, по уровню и образования, и квалификации, и доходов.
Теперь «им самим мало». Идеология проста – не развивайтесь. Зачем? Вы так прекрасно танцуете. А если захотите не только танцевать, мы быстро пошлем канонерки. Муаммар Каддафи вон захотел, и Саддам Хусейн тоже. Нет, ребята, вы водите хороводы… Вон у вас какие красивые кокошники.
Естественно, «в мире растет антиамериканизм и стремление как-то ограничить американские волюнтаризм и конъюнктурность в отношении устоявшихся традиций и норм международной жизни, а также силу влияния любых внутриамериканских изменений на остальной мир» [Гринин 2025: 319].
Только «американизм» тут, скорее всего, и ни при чем. Для сверхбуржуазии
90 % населения Соединенных Штатов – такое же быдло, как и все остальные. Пусть работают за похлебку, лечатся у шаманов, читают комиксы, едят жуков, смотрят идиотские сериалы, считают землю плоской, убивают ведьм и помирают в 60. Их совершенно не жаль, сверхбуржуазия не отождествляет себя ни с какими народами.
Идеология для быдла
В национальных государствах XVII–XX вв. нарастал императив приобщения к культуре и цивилизации возможно большего числа людей.
Но к XXI в. победил вовсе не он, – именно потому, что национальные буржуазии заменила космополитичная сверхбуржуазия.
Знание – по-прежнему сила, но оно в руках сверхбуржуа, владельцев несметных капиталов. Им не нужно, чтобы знания попадали в другие руки… именно потому, что оно – сила. Кто же дает в руки туземца винтовку? Пусть бегает с каменным топором. Владыки Новой глобальной цивилизации пропагандируют иррациональные, а потому и безвредные ценности, частично под видом «научных».
В том числе для жителей западных стран.
Сверхбуржуазия – люди трезвейшего ума. Она исключительно для «окормления» народных масс применяет «“миссионерство” ЛГБТ и политкорректности,
по силе сравнимое с миссионерством испанской инквизиции, которое в итоге привело к упадку испанской империи; замена принципа меритократии в продвижении кадров на принцип “анкеты”, объединяющий худшие черты сословных монархий и социализма; дряхление и коррумпированность элит; цензура и “культура отмены”, характерная для тоталитарных режимов; замена знаний в образовании на идеологию и ряд других пороков» [Там же: 279].
Проконстатирую, что в западном мире, в том числе в США, мы видим три тренда: глобалистский, элитный; постмодернистский, массовый «народный»;
и консервативный – среднего класса. Этот последний, прибежище психически нормальных американцев, – наш естественный союзник. Если носителей этого тренда окажется слишком мало, их ждет судьба Аэция и жертвенного римского мальчика, имени которого не сохранила история.
Варианты грядущего
Описав и проанализировав многочисленные и разнообразные факторы глобального соперничества, Антон Гринин предлагает и возможные сценарии грядущего. В общей сложности их, по Гринину, восемь. Некоторые довольно близки, и я приведу их в зависимости от этой близости.
1. Парадигма абсолютного лидера, то есть США.
2. «Мировой концерт, где США будет не первым среди равных, а одним из равных» [Гринин 2025: 321]. То есть господство США вместе со своими союзниками (как афинская архэ).
3. «Формирование мирового правительства, связанное с тотальным контролем над бизнесом и населением, связанным с учетом “углеродного следа” каждого человека, а также, соответственно, контролем над его потреблением и концентрацией власти и контроля над распределением финансовых потоков в масштабах всего мира».
4. Очень близкий вариант: «Цифровое регулирование, закономерно ведущее человечество в “цифровой концлагерь”» [Grinin L., Grinin A. 2023].
5. Многополярный, или многоузловой, мир, в котором сосуществуют разные центры силы. Такой «мир» предполагают или биполярный – США и Китай в роли сверхдержав, или трех-, четырехполярный, где к этим центрам добавляются Россия и Европа.
Возможен и многополярный мир, «с некоторым количеством полюсов (США, ЕС, РФ, Индия и, возможно, другие)» или с «отсутствием определенного фиксированного числа независимых полюсов», число которых может меняться [Гринин 2025: 324].
О «новых полюсах» пишут и другие теоретики [Ильин, Леонова 2015; Ильин, Розанов 2015; Ильин, Леонова 2019].
6. «Достигшая зрелости и не имеющая антагонистических противоречий Мир-Система». Как она может не иметь противоречий, мне непонятно. Понятно ли авторам идеи – надо спрашивать у них.
7. Неизвестный пока в истории гибридный миропорядок. В этом гибридном миропорядке будут гибко, подвижно сочетаться носители и характеристики однополярности [Гринин 2025: 226].
В общем, две идеальные модели, где всем хорошо и все справедливо. Как можно достигнуть сего идеала и кто его будет организовывать, ответов нет.
Возможно, я плохой человек и страшный пессимист, но уверен – никто этих жалких призывов и не услышит. В политике господствуют интересы, а не призывы «сделать хорошо».
Перспектива Большой войны
Конечно же, в числе прогнозов – «глобальная война, катастрофа или нечто подобное с различными исходами» [Там же: 319].
Перспективу Большой войны рассматривали и мы с соавтором в 2009 г. [Буровский, Якуцени 2009]. С тех пор такая вероятность только стала более реальной, появились новые «очаги» международного напряжения.
Только ведь прогноз Большой войны совершенно не исключает ни одного из первых семи. Если Большая война принесет колоссальные разрушения и гибель миллиардов, но после нее сохраняются современные страны и государства, продолжится техногенная цивилизация – реализуется один из первых возможных сценариев.
Что вероятнее всего?
Естественно, в футурологии самым сложным считается давать удаленные прогнозы. В нашем случае все наоборот: как ни парадоксально, но труднее всего делать именно прогнозы кратковременные, и чем «кратковременнее», тем они менее точны.
В долгосрочных прогнозах повседневная турбулентность не очень важна. Независимо от характера Камалы Харрис или Джексона и от того, захватит ли Ки-тай Тайвань, возникновение многополярного мира – абсолютная неизбежность.
Многополярный мир неизбежно будет устроен очень сложно. Даже «двухполярный мир» 1945–1991 гг. включал, кроме двух сверхдержав, и ряд великих дер-жав, которые играли роль, сравнимую с местом сверхдержав в мироустройстве.
Вероятнее всего, некий «гибридный миропорядок», который будет и правда вариантом совершенно невиданной новой многополярности.
Такого пока никогда не было, потому что разные «полюсы» относятся к разным цивилизациям. Начало этому положено уже к концу ХХ в., когда в числе великих держав мы видим и Китай, и Японию, и нарастающее влияние Южной Кореи, Индии и Турции.
Вероятный многополярный мир середины – конца XXI в. неизбежно еще более сложен и противоречив.
Во-первых, неизбежно повсеместное падение уровня жизни. Все «центры силы», то есть все мир-системы, – и сверхдержавы, и великие державы, те и другие со своими союзниками, стараются быть экономически автономными. Уже для того, чтобы быть максимально независимыми. Все можно произвести везде –
но всегда получится дороже.
К тому же неизбежен высокий уровень милитаризации. Стремительный рост уровня жизни и потребления в 1990-е – 2010-е гг. вызван, помимо прочего, и минимизацией расходов на оборону.
Вероятно, нас ждет такой же уровень потребления, какой нам знаком по жизни в 1960–1980-е гг., – что далеко не голод и даже не «большие нехватки».
Во-вторых, нас ждет постоянное столкновение цивилизационных культур и представлений. То есть постоянное присутствие «других» в жизни всех популяций, стран и народов.
Проще всего сказать, что такого и правда никогда еще не было. Было.
Многие историки придают большое значение тому, что биэкумена Древнего Переднего Востока и античного Средиземноморья объединяла очень разные народы с различными общественными и политическими системами, религиями и традициями [Померанц 1995; Ру 2003].
В Земшарной мир-системе XVII–XX вв. тоже сталкивались различные европейские народы. Трудно утверждать, что ирландцы мирно сосуществовали с англичанами, а поляки – с украинцами и русскими. Но эти народы, конечно, намного более близки в расовом, языковом, культурном и религиозном отношении, чем любой их них – к любому из «колониальных».
Уже сегодняшняя ситуация ближе к «древневосточной», чем к более привычной нам европейской XVII – начала ХХ в. Устанавливается не иерархия, скорее конкуренция и взаимное проникновение чрезвычайно разных культур.
Откровенный страх перед многополярностью встречается часто – однополярность пропагандируется как некое «спокойное» состояние мирового социума. Мно-гополярность – как конфликтное.
Но участие народов всего мира в развитии мировой цивилизации, столкновения одинаковых по силе и разных по культуре имеет свои весьма положительные стороны.
Есть веские причины полагать, что стремительное развитие именно «запада Евразии» [Буровский 2011] вызвано, в частности, столкновением народов и государств – разных, но находящихся примерно на одном экономическом и военно-технологическом уровне. Всем приходилось и многое заимствовать, и научиться быть терпимее.
Индусская и китайская цивилизация развивались как единый центр посреди варварской периферии. Что и определило и замедленные темпы развития, и высокий уровень ксенофобии.
В общем, грядущее мироустройство не оставляет места для идиллической любви народов друг с другом. Конфликты неизбежны, вплоть до военных. Но непрекрасный новый мир предполагает интенсивный обмен идеями и технологиями, а тем самым – ускоренное развитие всех.
Многополярность – реальный путь прогресса народов, каждый из которых боится, что его обгонят другие.
Самое страшное
Распад любой цивилизации чреват утратой уже достигнутого уровня сложности. «Закат Европы» чреват двумя страшноватыми тенденциями: варваризацией
и постмодернизмом. Это две основные линии упрощения, а если по-научному – примитивизации.
Так и на развалинах Римской империи «неэкономические признаки» стали намного важнее собственности, квалификации и интеллекта. Стало важнее родиться в семье земельного собственника или принадлежать к племенной знати, чем иметь даже выдающиеся способности.
Независимо от того, выгодно ли это глобалистам, непрекрасный новый мир неизбежно несет примитивизацию культуры: общей и профессиональной.
Распад норм и принципов европейской цивилизации сменяется и дополняется распадом традиционных основ вообще всех цивилизаций. Дико понимаемая «свобода» не иметь семьи, совокупляясь с кем угодно, – удобна и не требует усилий. Как и «свобода» быть малограмотным; искренне считать, что «космос придумали для распила бабла» и что из Европы в Южную Америку можно приехать на автобусе.
И при этом все мир-системы будут сбрасывать даже те обязательства, которые имеют сегодня – в области образования, медицины, пропаганды научных знаний, даже поддержания порядка.
На всех не хватит.
Фатальное отсутствие идей
Возможно, самое неприятное в современном положении человечества – отсутствие новых идей. Действительно, что предложить человечеству? Какое мироустройство?
Для каждой отдельно взятой мир-системы и каждого региона отлично «работает» патриотизм. Но «патриотизм как противопоставление всемирному не может работать. И Д. Трамп сегодня это превосходно демонстрирует» [Гринин 2025: 266].
Идея национального государства? Как соединить ее с принятием более широкой общности?
Трампизм провозгласил возвращение к идее американской территориальной империи. «Завоюем Гренландию, присоединим Канаду». Идея империи имеет ряд преимуществ по сравнению с идеей национального государства, но и она принадлежит прошлому.
Идея консервативных ценностей – семьи, брака, личной порядочности, важности образования и труда – прекрасна, но требует множества «поправок» и тоже принадлежит уже состоявшейся истории.
Что может стать идеей, объединяющей консервативные ценности, патриотизм и земшарное мироустройство?
«Для влияния на мировой порядок нужно систематически работать над идеологией, которая бы одинаково подходила и к национальной идее, и к движению в сторону унификации человечества».
«Сегодня очень многие увлеклись идеей противостояния России Западу, самой сущностью конфликта. В короткой перспективе это очень важно. Но не менее важно, а в более дальней перспективе – даже важнее найти, что же Россия сможет предложить миру» [Гринин 2025: 265].
Антон Гринин полагает, что «у России есть две важные основы: 1) стремление к тому, чтобы оказаться примером для других обществ; 2) традиции интернационализма» [Там же: 264].
«Если Россия найдет что предложить миру в виде развернутой идеологии, интересной для многих, то ее авторитет повысится» [Там же: 266].
А без таких идей «ни о каком российском лидерстве речи быть не может» [Там же: 373].
Справедливо. Но таких идей нет ни у кого, а значит – претендовать на лидерство не может никто. Что печально.
В заключение подчеркну еще раз: работа Антона Гринина отличается от других использованием большего массива разнородных сведений, более системным подходом и глубиной проделанного анализа.
Благодаря методологии Большой истории автор более системно видит, как трансформируется существующий мировой порядок, какие факторы влияют на его изменения. Он строит вероятные модели нового, уже не американского, мирового порядка.
Считаю важным отметить еще и то, что работа Антона Гринина имеет не только теоретическое, но и важное практическое значение.
Литература
Берзин Э. О. Вслед за железной революцией // Историческая психология и социология истории. 2009. Т. 2. № 2. С. 184–194.
Бжезинский З. Великая шахматная доска. М. : Международные отношения, 1998.
Буровский А. М. Запад Евразии: Основное поле культурной эволюции // Биосфера. 2011. Т. 3. № 2. С. 304–335.
Буровский А. М. Новая глобальная цивилизация // Глобалистика-2020: Глобальные проблемы и будущее человечества: сб. статей Международного научного конгресса. М. : МГУ, 2020. С. 384–394.
Буровский А. М. Мир двухполярный, однополярный, многополярный и бесполярный // Вестник Московского университета. Сер. 27. Глобалистика и геополитика. 2022. № 1. С. 36–54.
Буровский А. М. Мир, в котором мы живем. М. : Тион, 2025а.
Буровский А. М. Гендерная революция. М. : Тион, 2025б.
Буровский А. М. Лужецкий И. Г. Глобальные город и деревня // Международная научная ассамблея «Глобальные вызовы международного сотрудничества»: сб. статей. М. : МГУ ФГП, 2022.
Буровский А., Якуцени С. Большая война. Красноярск : Андрей Буровский, 2009.
Гринин А. Л. Борьба за новый мировой порядок. История. Современность. Будущее. М.: Моск. ред. изд-ва «Учитель», 2025.
Гринин Л. Е. Реконфигурация мира, или наступающая эпоха новых коалиций (возможные сценарии ближайшего будущего) // История и современность. 2012. № 2.
С. 3–27.
Гринин Л. Е. Глобальные процессы и контуры нового мирового порядка // Восточно-европейский научный вестник. 2016а. № 2(6). С. 16–26.
Гринин Л. Е. Новый мировой порядок и эпоха глобализации. Ст. 2. Возможности и перспективы формирования нового мирового порядка // Век глобализации. 2016б.
№ 1–2. С. 3–18.
Гринин Л. Е. Мировой порядок в прошлом, настоящем и будущем // История и современность. 2016в. № 1. С. 20–63.
Гринин Л. Е. Революции в XXI столетии и их роль в дестабилизации и реконфигурации Мир-Системы // История и современность. 2022. № 1. С. 3–40.
Гринин Л. Е., Гринин А. Л. Кибернетическая революция и шестой технологический уклад // Историческая психология и социология истории. 2015а. № 8(1). С. 172–197.
Гринин Л. Е., Гринин А. Л. Кибернетическая революция и шестой технологический уклад // История и Математика: футурологические и методологические аспекты: ежегодник / отв. ред. Л. Е. Гринин, А. В. Коротаев. Волгоград : Учитель, 2015б. С. 8–30.
Гринин Л. Е., Гринин А. Л. Кибернетическая революция и шестой технологический уклад // Кондратьевские волны: наследие и современность / отв. ред. Л. Е. Гринин, А. В. Коротаев, В. М. Бондаренко. Волгоград : Учитель, 2015в. С. 83–106.
Гринин Л. Е., Гринин А. Л. От рубил до нанороботов. Мир на пути к эпохе самоуправляемых систем (история технологий и описание их будущего). Волгоград : Учитель, 2015г.
Гринин Л. Е., Гринин А. Л., Коротаев А. В. Глобальные трансформации Мир-Системы и контуры нового мирового порядка // Политическая наука. 2024. № 2.
С. 124–150.
Гринин Л. Е., Коротаев А. В. Арабский кризис и реконфигурация Мир-Системы // Арабский кризис: Угрозы большой войны / под ред. А. М. Васильева. М. : URSS, 2016. С. 286–329.
Ильин И. В., Леонова О. Г. Тенденции развития глобализационных политических процессов // Век глобализации. 2015. № 1(15). С. 21–35.
Ильин И. В., Леонова О. Г. Политическая глобалистика: учебник и практикум для академического бакалавриата. М. : Юрайт, 2019.
Ильин И. В., Розанов А. С. Глобальное управление и дипломатия в нестабильном мире: Об итогах IV Международного научного конгресса «Глобалистика 2015» // Вестник Московского университета. Сер. 27. Глобалистика и геополитика. 2015. № 3–4. С. 3–15.
Казанцев А. П. Пылающий остров: Роман. М. : Детиздат, 1941.
Климов Г. A. Введение в кавказское языкознание. М. : Наука, 1986.
Ландберг Ф. 60 семейств Америки. М. : Изд-во ин. лит-ры, 1948.
Ландберг Ф. Богачи и сверхбогачи. О подлинных правителях Соединенных Штатов Америки. М. : Прогресс, 1971.
Медоуз Д. Х. Медоус Д. Л., Рендерс Й., Беренс III В. Пределы роста. М. : Изд-во МГУ, 1991.
Померанц Г. С. Выход из транса. М. : Лики культуры, 1995.
Померанц К. Великое расхождение. Китай, Европа и создание современной мировой экономики. М. : Дело, 2017.
Пригожин И., Стенгерс И. Порядок из хаоса. Новый диалог человека с природой. М. : Прогресс, 1986.
Ру Ж. Великие цивилизации Междуречья. Древняя Месопотамия: Царства Шумер, Аккад, Вавилония и Ассирия. 2700–100 гг. до н. э. М. : Центрполиграф, 2003.
Серебряный И. Нет детей – нет людей [Электронный ресурс] : Эксперт. 2024.
20 августа. URL: https://expert.ru/v-mire/net-detey-net-lyudey/ (дата обращения: 25.09. 2024).
Фукуяма Ф. Конец истории и последний человек. М. : АСТ, 2007.
Хантингтон С. Столкновение цивилизаций. М. : АСТ, 2003.
Шпенглер О. Закат Европы. М. : Мысль, 1993.
Frank A. Review of the Great Divergence // Journal of Asian Studies. 2001. Vol. 60. No. 1. Pp. 180–182.
Grinin L., Grinin A. Analyzing Social Self-Organization and Historical Dynamics Future Cybernetic W-Society: Socio-Political Aspects // Reconsidering the Limits to Growth: A Report to the Russian Association of the Club of Rome / ed. by V. Sadovnichy, A. Akaev, I. Ilyin, S. Malkov, L. Grinin, A. Korotayev. Cham : Springer, 2023. Pp. 491–519. DOI: 10.1007/978-3-031-34999-7_22.
Grinin L., Grinin A., Korotayev A. Future Political Change. Toward a More Efficient World Order // Reconsidering the Limits to Growth. A Report to the Club of Rome / ed. by V. Sadovnichy, A. Akaev, I. Ilyin, S. Malkov, L. Grinin, A. Korotayev. Cham : Springer, 2023.
Grinin L., Korotayev A. Does “Arab Spring” Mean The Beginning Of World System Reconfiguration? // World Futures: The Journal of Global Education. 2012. Vol. 68(7).
Pp. 471–505.
Grinin L., Korotayev A. Great Divergence and Great Convergence. A Global Perspective. Cham; Heidelberg; New York; Dordrecht; London : Springer International Publishing, 2015.
Grinin L., Korotayev A. Great Divergence and Great Konvergence. A Global Perspective. Heidelberg; New York; Dordrecht; London : Springer, 2015.
Grinin L. E., Korotayev A. V. MENA Region and the Possible Beginning of World System Reconfiguration // Comparative Political and Economic Perspectives on the MENA Region / ed. by M. M. Erdoğdu, B. Christiansen. Hershey, PA : Information Science Reference, an Imprint of IGI Global, 2016. Pp. 28–58.
*** Представление о неких «средних» веках между высокой культурой Античности и «возрождением» придуманы в XIV–XV вв. и не имеют никакого отношения к реальности. Это отдельная тема, которую я не буду здесь поднимать, но и говорить о Средних веках как времени упадка у меня нет причин.
Размещено в разделах
