Русский характер в экзистенции воина

скачать Авторы: 
- Махаматов Т. М. - подписаться на статьи автора
- Маматов М. А. - подписаться на статьи автора
Журнал: Философия и общество. Выпуск №3(120)/2026 - подписаться на статьи журнала

DOI: https://doi.org/10.30884/jfio/2026.03.04

Махаматов Таир Махаматович – доктор философских наук, профессор, профессор кафедры истории и философии Московского автомобильно-дорожного технического университета (МАДИ), профессор кафедры гуманитарных наук Финансового университета при Правительстве РФ. E-mail: makhamatov.tair@mail.ru.

Маматов Мамаджан Ахмаджанович – доктор философских наук, профессор Ферганского государственного университета. E-mail: mmamadjan@mail.ru.

В данной статье авторами анализируется диалектика объективной и субъективной экзистенции российского воина. Исследуется процесс образования экзистенции социального пространства в государственном образовании под влиянием внешних и внутренних факторов. Раскрывается взаимосвязь экзистенциального пространства государства как объективной экзистенции с экзистенцией индивидов. Выявляются и анализируются факторы, определяющие особенности экзистенции русского человека в целом и русского воина в частности. Выдвигается мысль, что главным основанием особенностей экзистенции русского воина является характер и дух русского народа как диалектического синтеза характера и духа национальностей и этнических групп России. Исследование опирается на труды классиков отечественной философии Ю. Ф. Самарина, В. С. Соловьева, Н. О. Лосского, на художественные произведения о русском солдате Л. Н. Толстого, М. А. Шолохова, А. П. Платонова, на публикации современных отечественных и зарубежных исследователей характера русского народа. На основе трудов таких классиков экзистенциализма, как К. Ясперс, Ж.-П. Сартр и А. Камю, проведен сравнительный анализ экзистенции индивида западного мира и современного россиянина. В исследовании использованы методы сравнительного анализа, концептуального синтеза, системный и диалектический принципы. Результатом исследования является вывод об обусловленности особенностей объективной и субъективной экзистенции россиян характером русского народа, вобравшего в себя и синтезировавшего в себе все лучшее, что есть у всех национальностей и этносов России, о том, что специфика экзистенции современных россиян особенно ярко проявляется в русском воине.

Ключевые слова: русский воин, национальный характер, экзистенция государства, экзистенция русского воина.

The Russian Character in the Existence of a Warrior

T. M. Makhamatov, M. A. Mamatov.

In this article, the authors analyze the dialectic of the objective and subjective existence of the Russian warrior. The process of formation of the existence of social space in public education under the influence of external and internal factors is investigated. The interrelation is revealed between the existential space of a state as an objective existence and the existence of individuals. The authors identify and analyze the factors that determine peculiarities of the existence of a Russian man in general and a Russian warrior in particular. The authors put forward the idea that the main basis of the peculiarities of the existence of the Russian warrior is the character and spirit of the Russian people as a dialectical synthesis of the character and spirit of nations and ethnic groups of Russia. The research relies on the works of classics of Russian philosophy Yuri D. Samarin, Vladimir S. Solovyov, and Nikolay O. Lossky, on the works of fiction about Russian soldier by Leo N. Tolstoy, Mikhail A. Sholokhov, Andrey P. Platonov, on the publications of modern Russian and foreign researchers on the character of the Russian people. Based on the works of such classics of existentialism as Karl Jaspers, Jean-Paul Sartre and Albert Camus, a comparative analysis between the existence of an individual of the Western world and a modern Russian is carried out. The research uses methods of comparative analysis, conceptual synthesis, systemic and dialectical principles. The authors come to a conclusion that objective and subjective existence of the Russians is determined by the character of the Russian people that has absorbed and synthesized all the best from all nations and ethnic groups of Russia, and that the peculiar existence of modern Russians is particularly manifested in Russian warrior.

Keywords: Russian warrior, national character, existence of the state, the existence of the Russian warrior.

Введение

В нынешний период обострения информационно-идеологической, финансово-экономической борьбы и прокси-войны между коллективным неолиберальным Западом и нашей страной становится актуальным системный философский анализ диалектического един-ства экзистенции государства с экзистенцией россиянина, во многом обусловленной феноменом русского характера, сущностью полиэтнического, многонационального народа России.

Морально-нравственная устойчивость в обществе, опирающаяся на диалектику свободы выбора и ответственности граждан [Разин 2021], проявляется в особенности их экзистенции. Однако социальная психология и степень сплоченности населения во многом определяются состоянием экзистенции социального пространства данного социального организма. Экзистенциальное пространство общества порождается и обостряется прежде всего неразрешенными противоречиями социального организма, образованием и усилением социальных, финансово-экономических, политических и иных проблем бытия общества, но также и международными факторами [Махаматов, Ганиев 2023].

Как прокси-войны, так и военные действия являются действенными факторами образования экзистенциального социального пространства стран, прямо или опосредованно вовлеченных в эти войны, и обострения экзистенции индивидов, что особенно ярко проявляется у военнослужащих, непосредственно находящихся в театре военных действий. Однако экзистенция граждан, воинов и «экзистенция в объективности» (К. Ясперс) каждой воюющей стороны отличается своим порождением, содержанием, наличием возможности и способами своего смягчения. Экзистенция страны, которая воюет, защищая справедливость, свободу, за право народа быть са-мим собой, имеет больше форм и способов своего смягчения, чем экзистенция противоположной стороны – страны несправедливости, лжи, страны, создающей экзистенциальную угрозу другой стране.

Как свидетельствует история России, дух и характер народа придает силу, стойкость, упорство своему воину, определяет его духовную силу, героизм. То есть, с одной стороны, преданность сво-ей стране, воинской присяге воина, воюющего за правду, справедливость и за свою родину, предопределяются его отношением к традиционным национальным ценностям, к исторической памяти пред-ков, силой нравственной ответственности перед своим народом за свои поступки [Разин 2020]. Но, с другой стороны, качество воина определяется также заботливым отношением общества к каждому воину в отдельности и армии в целом.

Диалектика экзистенции государства и индивида

Одной из основных форм «экзистенции в объективности», влияющей на каждого гражданина и, следовательно, на характер воина, является экзистенция государства. Здесь следует раскрыть различные взаимосвязанные аспекты содержания этого понятия. Понятие экзистенции государства, как известно, используется в последнее время на высоком политическом уровне и в научных политологических публикациях как существование государства в качестве целостного самостоятельного субъекта международной политики, то есть как онтологическое понятие. При анализе же процесса возникновения со стороны недружественных государств военно-поли-тической угрозы государству, прокси-войны употребляется понятие «экзистенциальная угроза государству».

Что же с философской точки зрения означает угроза экзистенции государства, или, как уже принято говорить, «экзистенциальная угроза государству»? Как она оказывает влияние на экзистенцию граждан и воина и каковы в таких условиях основные способы смягчения субъективной экзистенции? Для ответа на эти и связанные с ними другие вопросы необходимо выявить и исследовать онтологию и феноменологию «экзистенции в объективности» и «экзистенции в субъективности» [Ясперс 2021].

Понятие «экзистенция государства» отражает особый объективный срез социальной онтологии, и потому по своему логическому объему оно шире понятия объективной экзистенции в его понимании в категориях философии экзистенциализма К. Ясперса. «Самобытный исток экзистенции, – пишет Ясперс, – обнаруживает себя в некотором объективно историчном положении, которое в одно и то же время есть ее – и не ее положение. …Если, таким образом, экзистенция должна искать своего осуществления в субъективности и объективности, пронизывая ту или другую, то в диалектическом не поддающемся замкнутому завершению целом она всякий раз избирает некоторое воссоединение обеих и находит в нем себя самое» [Там же: 355].

Понятие «экзистенция государства» в своем содержании имеет два взаимосвязанных значения. Исходное значение понятия экзистенции государства отражает онтологическое существование го-сударства как субъекта международных отношений. Например,
О. Д. Гаранина, анализируя место и роль России в процессе глобализации, пишет, что «экзистенциальные проблемы России – это проблема жизни и смерти государства, проблема выбора исторического пути, проблема принятия решений, способствующих утверждению чувства национальной гордости, помогающих развитию страны, ее существованию в мире трансформаций» [Гаранина 2022: 14].

В современную эпоху происходит бурный процесс перехода от однополярной глобализации к неоглобализации, то есть к многополярному, полисубъектному мироустройству, в котором господст-вуют международное право, принцип равной безопасности стран – акторов международной политики [Махаматов 2017]. В противоречивых условиях процесса становления неоглобализации ведущими западными странами – апологетами однополярной глобализации – создаются экзистенциальные угрозы непокорным их «правилам» государствам. Такие угрозы приводят к экзистенциализации международного социального пространства, что порождает, в свою оче-редь, экзистенцию в социальном пространстве суверенных государств [Махаматов и др. 2023].

Если раскрыть содержание понятия «экзистенции в объективности» К. Ясперса применительно к обществу, то оно означает образование в общественном бытии государства таких негативных факторов, которые способны порождать или обострять экзистенцию индивидов. Данное понятие также отражает напряженное состояние на разных уровнях социального пространства, вызывающее, воспроизводящее и усиливающее экзистенцию индивидов. Это объясняется тем, что все проблемы общества в конечном итоге про-ходят через жизнедеятельность, судьбы и сознательные переживания граждан государства.

Как отмечает О. Д. Гаранина, экзистенциальные проблемы России вытекают из «мощного негативного воздействия» на нее «со стороны европейского мира “образа врага”, расширяющего набор санкций, ограничивающих рост внутренних ресурсов. Эти процессы негативно влияют на экономическое и психологическое состояние россиян, утверждая в общественном сознании страх утраты материального благополучия, настроения пессимизма и неуверенности в будущем» [Гаранина 2022: 15]. В этих рассуждениях автора отражается логика перехода, перерастания экзистенции глобального пространства во внутренние экзистенциальные проблемы суверенного государства и затем в субъективную экзистенцию.

В экзистенциализации социального пространства суверенного государства немаловажную негативную роль играет интенсификация процесса цифровизации обществ, что стирает границы истинности, объективности в информационном поле и усиливает влияние СМИ на содержание и динамику воспроизводства общественного сознания, на психологическое состояние людей [Иоселиани 2013]. Такой процесс ослабляет диалектику освоения молодым поколением традиционных ценностей своего народа, усиливая их экзистенцию и постепенно превращая молодых людей в «посторонних» в своей стране, безразличных к ее судьбе.

Как известно, согласно К. Ясперсу, Ж.-П. Сартру, А. Камю и дру-гим классикам экзистенциализма, источником экзистенции являются непосредственные негативные коммуникации между индивидами. Однако, как показывают исследования О. Д. Гараниной и авторов данных строк, детерминантом экзистенции индивида является также объективное экзистенциальное социальное пространство данного конкретного общества [Makhamatov et al. 2023; Махаматов, Ганиев 2023; Махаматов и др. 2023].

Характер народа и экзистенция воина

Экзистенция солдата как индивида становится особенно, критически обостренной на поле боя, являющемся чрезвычайно экзистенциальным пространством. Экзистенцию солдата перед боем прекрасно описал М. Шолохов в романе «Они сражались за Родину»: «И вот наступили те предшествующие бою короткие и исполненные огромного внутреннего напряжения минуты, когда учащенно и глухо бьются сердца и каждый боец, как бы много ни было вокруг него товарищей, на миг чувствует ледяной холодок одиночества и острую, сосущую сердце тоску». Вот как излагает экзистенцию солдата один из персонажей романа М. Шолохова: «Воюем-то мы вместе, а умирать будем порознь, и смерть у каждого из нас своя, собственная, вроде вещевого мешка с инициалами…» (Шо-лохов 1989: 92).

Для воина его экзистенция является, как у Марсо в романе А. Камю «Посторонний», испытанием и зеркалом жизни. Андрей Платонов в рассказе «Страх солдата» устами своего героя раскрывает экзистенцию как зеркало жизни солдата: «Я это знаю, я сам помирал два раза в наступлении и не умер только по случаю. Я смерть знаю без остатка жизни, и знаю, что без смерти жизнь неполная и неправедная: смерть обязательно хоть раз должна прикоснуться к человеку, прикоснуться не намертво, однако же всерьез, – тогда человек чувствует себя на свете по-истинному, он после живет целиком. А родиться от родителей – дело малое, так и скотина рожается. Нужно еще для пользы, чтоб тебя смерть понянчила, чтоб ты гибель испытал и спасся от нее – иначе ты недоносок. Это ничего; гибель испытать и спастись хоть и трудно, но стерпеть можно – зато потом полным человеком будешь» [Платонов 2010: 369].

В этом размышлении персонажа А. Платонова очень важным суждением, характеризующим русского солдата, является мысль «гибель испытать и спастись» от нее, то есть, вступая в бой, надеяться на спасение. «Испытание гибели» Платонова не является способом преодоления абсурда и бессмысленности жизни, как у ге-роев произведений А. Камю или С. Беккета. Прикосновение смерти, по А. Платонову, выступает способом осмысления русским солдатом ценности своей жизни и жизни других через призму обо-стрения экзистенции и в то же время тяжелым способом ее преодоления.

Данный отрывок также показывает, что в русском характере заключаются черты Сизифа из эссе А. Камю. Но корни экзистенции и способы ее преодоления русским воином существенно отличаются от причины экзистенции Сизифа как прообраза западного индивида и способов ее преодоления им, так называемого сизифова тру-да. Во-первых, Сизифова экзистенция есть порождение его коварства, бахвальства. Экзистенция же русского воина есть результат его готовности к сражению за свой народ, за свою страну через страх смерти. Во-вторых, Сизифов способ борьбы опирается на упрямство, настырность и уверенность только в самого Сизифа, что не умаляет его героизма. «Сизиф, – пишет А. Камю, – учит высшей верности, которая отвергает богов и двигает камни. …Одной борьбы за вершину достаточно, чтобы заполнить сердце человека. Сизифа следует представлять себе счастливым» [Камю 1989: 308]. В отличие от Сизифа русский воин опирается не только на себя, но и на своего товарища, на верность своей любимой, на веру в Бога и правду, на силу своей воли. Как пишет Н. О. Лосский, «к числу первичных основных свойств русского народа принадлежит могучая сила воли…. Страсть есть сочетание сильного чувства и напряжения воли, направленных на любимую или ненавидимую ценность» [Лосский 1991: 263]. Он приводит слова С. Грэхэма: «Русские – вулканы, или потухшие, спокойные, или в состоянии извержения. Под поверхностью даже и самых спокойных и глупых таится жила энергии расы, ведущая к внутреннему огню и тайне человеческого духа» [Graham 1913: 89; цит. по: Лосский 1991: 267].

В-третьих, экзистенция русского воина не является результатом ни абсурдности окружающей его действительности, ни его вины перед богом, как у Сизифа А. Камю, или же результатом индивидуализма, высокомерия и бессмысленности существования, как у Антуана Рокантена Ж.-П. Сартра. Этот персонаж Сартра рассуждает, что «все мы, какие мы ни на есть, едим и пьем, чтобы сохранить свое драгоценное существование, а между тем в существовании нет никакого, ну ни малейшего смысла» [Сартр 2003: 162; курсив наш. – Авт.].

Но в экзистенции русского воина при осознании вероятности своей гибели преобладает не мысль об абсурдности окружающей реальности, бессмысленности жизни, не индивидуализм, но его сво-бодный морально-нравственный выбор, его решимость, преданность своей родине. Поэтому он осознает диалектическое единство своей судьбы с экзистенцией своего государства, как гражданин понимает необходимость своей активной борьбы за искоренение угроз экзистенции своего государства и преодолевает свою субъективную экзистенцию ради этой борьбы. В этом ему помогает вера в своего Бога, своего боевого товарища и любовь родных и близких.

Русскому солдату в борьбе со своей экзистенцией помогает прежде всего исторически сложившийся характер, особый дух его народа. Хотя экзистенция по форме у всех людей может быть одинаковой, но по своему содержанию, по способу преодоления экзистенция каждого индивида, каждой национальности может быть совершенно разной. Особенность экзистенции во многом определяет национальный характер, который складывается многовековым жизненным опытом народа. «Дух русского солдата, – писал Л. Н. Толстой, – не основан так, как храбрость южных народов, на скоро воспламеняемом и остывающем энтузиазме: его так же трудно разжечь, как и заставить упасть духом. Для него не нужны эффекты, речи, воинственные крики, песни и барабаны: для него нужны, напротив, спокойствие, порядок и отсутствие всего натянутого. В русском, настоящем русском солдате никогда не заметите хвастовства, ухарства, желания отуманиться, разгорячиться во время опасности: на-против, скромность, простота и способность видеть в опасности совсем другое, чем опасность, составляют отличительные черты его характера» [Толстой 1978: 97].

В гениально замеченном Л. Н. Толстым духе русского солдата проявляется синтез духа населяющих Россию национальностей и этнических сообществ: открытость, доверчивость, доброта и отзывчивость русских, терпеливость бурят, тувинцев, чукчей, решительность кавказца и т. д. Особенности экзистенции русского определяет преобладание соборности, общинности в духе русского на-рода и также наличие в душе русского воина таких ценностей, как уверенность в любви к нему его близких, его преданность своему долгу и присяге, гражданственность, историческая память его предков и родины, понимание экзистенциальной угрозы его отечеству, исходящей от противника.

Такой уникальный воинский феномен возможен только в таком обществе, в котором преобладают традиционные исторические цен-ности, диалектическое единство коллективистских начал с индивидуалистическими началами. Одним из таких обществ является российское общество, которое, согласно одному из ведущих славянофилов первой половины XIX в. Ю. Ф. Самарину, основано «не на личности и не может быть на ней основано, но оно предполагает высший акт личной свободы и сознания – самоотречение» [Самарин 1877: 52; курсив наш. – Авт.].

Самоотречение ради высшей цели является одной из основных черт характера русского народа, характера, который в ходе нелегкого исторического пути развития российского общества переплетался с такими формами экзистенции, как самобичевание, богоискание, вечное сомнение в самом себе, душевные страдания, раскаяние и в то же время рациональное и иррациональное искреннее стремление к добру. Именно наличием такой диалектики в духовном мире наших солдат можно объяснить феномен российского воина – от рядовых до высших офицеров – на поле боя со времен Отечественной войны 1812 г. до специальной военной операции в наше время. Известный философ русской эмиграции Н. О. Лосский, рассуждая о характере русского народа, пишет, что «высокое развитие нравственного опыта сказывается в том, что все слои русского народа проявляют особый интерес к различию добра и зла и чутко подмечают примеси зла к добру» [Лосский 1991: 257]. Этот характер определяет как особенность, так и «снятие» экзистенциальной напряженности русского солдата.

Субстанциальные основы феномена русского, российского солдата рождались на базе уникального характера русского народа, который синтезировал национальные идентичности народов России, образовал сплав характеров, образов жизни и культуры многочисленных ее этносов и народностей. Один из соавторов международной коллективной монографии «Национальная идентичность в русской культуре» Энтони Кросс в своей главе приводит слова англичанина, побывавшего в 1789 г. в Петербурге. Этот англичанин пишет, что Российская империя «смешивает здесь толпы из разных уголков страны от снежных гор Камчатки до плодородных равнин Украины – с пространства 4000 миль! Сибиряки, тунгусы, калмыки и бесконечное число татарских народов, финны, казаки» [Кросс 2014: 95]. Далее Кросс заключает, что уже «екатерининская Россия была огромным плавильным котлом национальностей, в ко-тором из “они” выплавлялись “мы”» [Кросс 2014: 96]. В этом сплаве господствует открытость души, насмешка над самим собой и особая доброта русского характера.

Доброта русской души есть, можно сказать, практическое воплощение философии добра В. С. Соловьева: «Человек в принципе или по назначению своему есть безусловная внутренняя форма для добра как безусловного содержания; все остальное условно и относительно» [Соловьев 1996: 58]. Все «условное и относительное», что дополняет, делает реальным и действительным русский характер, отражено в литературных персонажах произведений Н. В. Гоголя, Ф. М. Достоевского, Н. С. Лескова, А. П. Платонова, В. М. Шук-
шина и других русских писателей.

Характеризуя особенность русской доброты, Н. О. Лосский пи-шет: «Доброта русского человека свободна от сентиментальности, то есть от наслаждения своим чувством, и от фарисейства: она есть непосредственное приятие чужого бытия в свою душу и защита его, как самого себя» [Лосский 1991: 292]. Указанная Н. О. Лосским русская доброта в полную силу проявила себя в ходе Великой Отечественной войны, в процессе устранения последствий землетрясений 1966 г. в Ташкенте, 1988 г. в армянском Спитаке, во время афганской войны 1979–1988 гг., когда русские плечом к плечу с представителями других национальностей воевали за великую родину СССР, разделяя с ними тяготы и лишения войны, порою отдавая свою жизнь за них как за братьев, восстанавливали города братских народов как свои собственные. Сегодня же она проявляет себя на поле боя СВО за освобождение Донбасса от украинских нацистов-бандеровцев в героизме и братском отношении русского воина к солдатам других национальностей на поле боя.

Заключение

Особенности экзистенции русского воина и его способности преодолевать свою экзистенцию определяются тем, что русский воин есть результат особого сплава характеров народов России.
В его противоречивом характере преимущественно наблюдаются открытость, искренность и наивная доверчивость, порой безумная готовность, рискуя своей жизнью, помочь другу, иногда совершенно незнакомому человеку, сочетание воинственности и милосердия, вера в Бога и своего боевого товарища. Он есть сын пережившего трагические военные годы, падения и подъемы, поражения и победы, но сохранившего себя, свою веру, честь и совесть многонационального, но по своей сущности русского народа Великой России. Эти факторы не только формируют его характер, но и в то же время определяют особенности его экзистенции, включающей
в себя самоосуждение, что не смог помочь другу, выполнить боевую задачу, как ему хотелось бы.

Особенности объективной и субъективной экзистенции русского воина как гражданина России проявляются также в том, что экзистенциальное пространство, в котором находится русский воин, коренным образом отличается от экзистенциального пространства, в котором оказался персонаж романа А. Камю «Посторонний» Марсо или же персонажи пьесы С. Беккета «В ожидании Годо» Владимир и Эстрагон. Потому что наше общество не такое, как пресловутый Годо или Поццо из вышеназванной пьесы С. Беккета [2019: 13–14, 38]; наше общество, наш народ окружает вниманием и заботой своего воина, его родных и близких, что помогает ему и его близким преодолевать экзистенциальное напряжение в душе, порожденное войной.

Субъективная экзистенция русского воина не есть результат, как писал А. Камю, абсурда и бессмысленности человеческого бытия [Камю 1989], но является результатом его свободного выбора, готовности бороться против экзистенциальной угрозы российскому государству.

В каждом русском воине есть частица А. Матросова, З. Космодемьянской, В. Талалихина, А. Маресьева и других воинов, которые, преодолевая страх смерти, побеждая свою экзистенцию, бросались под танк ради победы, за Родину. Армия с такими воинами непобедима, что доказывается историей.

Литература

Беккет С. В ожидании Годо. Пьесы. М. : Текст, 2019.

Гаранина О. Д. Экзистенциальные проблемы России в контексте кризиса глобализации // Общество: философия, история, культура. 2022. № 4. С. 14–19.

Иоселиани А. Д. Антропология глобального мира: человек в современной коммуникативно-информационной сфере // Век глобализации. 2013. № 2(12). С. 143–154.

Камю А. Миф о Сизифе. Эссе об абсурде // Сумерки богов / сост. А. А. Яковлев. М. : Политиздат, 1989. С. 222–318.

Лосский Н. О. Характер русского народа / Н. О. Лосский // Условия абсолютного добра: Основы этики; Характер русского народа. М. : Политиздат, 1991.

Махаматов Т. М. От эпохи глобализации к неоглобализации: культурно-цивилизационный аспект // Век глобализации. 2017. № 4(24). С. 55–61.

Махаматов Т. М., Ганиев Б. С. Дискурс об объективной и субъективной экзистенции // Философия и общество. 2023. № 3. С. 51–67.

Махаматов Т. М., Маматов М. А., Пулатова Д. А. Глобальное экзистенциальное пространство // Век глобализации. 2023. № 3. С. 116–126.

Платонов А. П. Страх солдата / А. П. Платонов // Смерти нет! Рассказы и публицистика 1941–1945 годов. М. : Время, 2010. С. 369–372.

Разин А. В. Сознание, свобода воли и моральный выбор // Вестник Московского университета. Сер. 7. Философия. 2020. № 2. С. 72–88.

Разин А. В. К вопросу о моральной ответственности // Проблемы этики. 2021. № 10. С. 7–30.

Самарин Ю. Ф. О мнениях «Современника», исторических и литературных / Ю. Ф. Самарин // Соч.: в 12 т. Т. 1. М. : Изд-во Д. Самарина, 1877.

Сартр Ж.-П. Тошнота: роман. СПб. : Азбука-классика, 2003.

Соловьев В. С. Оправдание добра: Нравственная философия. М. : Республика, 1996.

Шолохов М. А. Они сражались за Родину: Главы из романа; Наука ненависти; Судьба человека: Рассказы. М. : Худ. лит-ра, 1989.

Кросс Э. «Они»: русские об иностранцах // Национальная идентичность в русской культуре / под ред. С. Франклина, Э. Уиддис М. : Политическая энциклопедия, 2014. С. 89–109.

Толстой Л. Н. Рубка леса. Рассказ юнкера / Л. Н. Толстой // Собр. соч.: в 12 т. Т. 1. М. : Худ. лит-ра, 1978. С. 5–38.

Ясперс К. Философия. Книга вторая. Просветление экзистенции. М. : Канон+, РООИ «Реабилитация», 2021.

Graham S. With the Russian Piligrims in Jerusalem. London : Macmillan and Co., 1913.

Makhamatov T., Mammadzade I., Pulatova D., Makhamatov T. Factors behind the Genesis and “Release” of the Individual’s Existential Tension // Asian Journal of Science and Technology. 2023. Vol. 14. No. 08. Pp. 12628–12632.