Протестное движение работников образования Иркутской области в 1990-е гг.


скачать Автор: Урожаева Т. П. - подписаться на статьи автора
Журнал: Выпуск №2(20)/2014 - подписаться на статьи журнала

Период конца 1980–1990-х гг. в России характеризовался противоречивыми социально-экономическими и политическими преобразованиями, в ходе которых нарастали протестные настроения и действия в обществе. Данная тенденция была характерна почти для всех регионов РФ, в том числе и Иркутской области, в непроизводственной сфере которой социальный протест наиболее интенсивно проявился в сфере народного образования. В протестном движении педагогов и медиков Иркутской области конца XX в. отчетливо прослеживается динамика, которая характеризуется началом социального протеста, его усилением, радикализацией и снижением.

Ключевые слова: сфера образования, протестное движение, кризис неплатежей, забастовка, стачка, голодовка.

The period form the late 1980s to the 1990s in Russia was characterized by con-tradictory socio-economic and political changes which provoked the protest moods and activity in the society. That trend was typical for almost every region of Russia, including Irkutsk region, where social protest in the non-manufacturing sector manifested most intensively in the sphere of public education. The forms of protest of education workers included: rally, march, strike, hunger strike, road closures, etc. In the protest movement of educators and health professionals in Irkutsk region in the late 20th century, one can clearly trace the dynamics which consists of the beginning of social protest, its gain, radicalization and decline. In the late 1990s, social protest of education workers in Irkutsk region began to decline due to the payment of wages which stabilized and improved the situation in the region.

Keywords: education, protest movement, non-payment crisis, strike.

Период 1990-х гг. в России характеризовался противоречивыми социально-экономическими и политическими преобразованиями, в ходе которых нарастали протестные настроения и действия в обществе. В Иркутской области в непроизводственной сфере социальный протест наиболее интенсивно проявился в сфере образования. В конце 1980-х гг. сложились предпосылки социального протеста педагогов и были отмечены первые действия протестного характера. Причинами возникновения протеста являлись: низкая заработная плата педагогов; ухудшение социально-экономической ситуации в сфере образования СССР в целом и Иркутской области в частности, вследствие чего в регионе резко возрос отток учителей в другие отрасли.

По мнению Е. С. Оболкина, социальный протест в системе образования региона можно разделить на пять этапов: 1) 1989 г.; 2) 1990–1993 гг.; 3) 1994 г.; 4) 1995–1997 гг.; 5) 1998–1999 гг. Основанием для данной периодизации явились два критерия: 1) формы социального протеста; 2) требования, выдвигаемые в ходе социального протеста (Оболкин 2009: 206–207). Для первого этапа протестной борьбы учителей Приангарья за свои права было свойственно требование повышения оплаты своего труда. Однако первые акции протеста педагогов в регионе носили локальный характер.

На втором этапе протестная борьба развернулась вокруг президентского указа, то есть приоритетным было опять же требование повышения зарплаты, но специфика этапа заключалась в следующем: во-первых, педагоги требовали повышения на основании данного указа, во-вторых, повысить зарплату должны были до уровня средней зарплаты в промышленном секторе. Основанием считать именно 1990 г. началом нового этапа борьбы работников образования за свои права является состоявшийся в этом году переход социальной напряженности в политическую плоскость.

Третий этап отличался требованием погашения долгов по зарплате педагогам. Кроме того, педагогические коллективы области приняли участие во Всероссийской акции протеста в защиту образования. Для данного этапа характерен оптимизм в протестных действиях и превалирование экономических требований. Значительное увеличение количества акций протеста в сфере образования произошло в 1994 г.

Специфика четвертого этапа заключалась в усилении и радикализации протестной борьбы, которые были связаны с проблемой невыплаты зарплаты, так как кризис неплатежей приобрел тотальный характер. Наряду с экономическими набирали силу и политические требования. Конец данного периода отличался наибольшей радикализацией протестной борьбы, так как приоритет был отдан требованиям политического характера, усилением настроений безысходности, а также участием педагогов региона в локальных акциях гражданского неповиновения. Число данных акций в образовательной сфере области оставалось стабильно высоким с 1995 г. по 1998 г.

Для пятого этапа были свойственны тенденция снижения социальной напряженности и протестных действий в педагогических коллективах области, замена политических требований экономическими. Коллективные действия учителей носили локальный характер, были недостаточно хорошо скоординированы и в большинстве случаев имели незначительные результаты. Данное снижение социального протеста в сфере образования Приангарья было связано с тем, что в области стабилизировалась и улучшилась ситуация с выплатой заработной платы. Постепенное снижение числа акций протеста педагогов началось еще с 1997 г., а интенсивное снижение количества данных акций произошло в 1999 г.

Если в советский период учителя были сравнительно обеспеченной категорией граждан, относящейся к интеллигенции, то в 1990-е гг. они превратились в бедствующую социальную группу. К примеру, в Иркутской области в 1995 г. средняя зарплата педагогов составляла 33 % от средней в промышленности. К 1999 г. в реальном выражении, с учетом возросших цен, оплата труда в образовании по сравнению с 1990 г. снизилась на 38 % (О состоянии… 1999: 4). Причем заработанные деньги работники системы образования не всегда могли получить вовремя, что было связано с кризисом платежей.

Протестное движение учителей было вызвано в основном постоянными задержками заработной платы. В феврале 1991 г. по инициативе областного комитета профсоюза было рассмотрено, утверждено и подписано двустороннее соглашение по решению социально-экономических проблем педагогов, усилению их социальной защищенности (Из истории… 2000: 45). Далее началась активная борьба работников образования за свои права. В Постановлении от 9 октября 1991 г. коллегия главного управления народного образования и президиум Иркутского областного комитета профсоюзов приняли решение о поддержке требований трудовых коллективов и поручили профсоюзным комитетам возглавить стачечное движение педагогов. Представители облкомпрофа работников образования неоднократно обращались к губернатору Ю. А. Ножикову, который не всегда мог помочь педагогам в силу бюджетного дефицита на уровне области (Ножиков 1994).

Расчеты показывали, что в январе 1993 г. после введения Единой тарифной сетки (ЕТС) средняя зарплата учителя городской школы составила 71,2 % от среднего заработка в промышленности. Со снятием областных надбавок этот разрыв увеличился и составил всего 39,6 % (Открытое… 1993). Чтобы обеспечить себе сносный прожиточный минимум, педагоги вынуждены были брать полуторную-двойную нагрузку и сверхурочную работу в ущерб своему здоровью, семье, качеству обучения.

С середины 1994 г. стала расти задолженность по заработной плате. Так, в сентябре 1994 г. в г. Усть-Илимске задолженность по зарплате и отпускным составила более 1 млрд рублей. Три школы не работали, проходили заседания забастовочного комитета, где решали, какой же быть забастовке – ограниченной во времени или бессрочной. В ноябре 1994 г. более 60 усть-илимских учителей объявили голодовку в знак протеста против социально-эконо-мического положения в сфере образования. Вслед за этим в адрес областной администрации пришла телеграмма из г. Братска о чрезвычайной ситуации, сложившейся в этой же отрасли. В ней говорилось буквально следующее: «…парализовано содержание школьных учреждений, на грани отключения тепло и свет; прекращено питание детей; задолженность по финансированию составляет 21 млрд руб., в том числе по зарплате – 5 млрд рублей» (В Усть-Илимске… 1994).

В другом индустриальном городе Приангарья – Саянске в ноябре 1995 г. долг по зарплате бюджетникам города достиг 7 млрд руб. Вместо получки учителя довольствовались мизерными авансами. В знак протеста педагоги отказывались от дополнительных нагрузок – семинаров, отчетов, открытых уроков, составления творческих планов. Было принято решение начать бессрочную забастовку (Стачком… 1995). В июне 1996 г. педагогами г. Усолья-Сибирского было проведено пикетирование здания городской администрации. Учителя были настроены решительно. В случае невыплаты долгов по зарплате они грозили перекрыть Восточно-Сибирскую железную дорогу в районе станции «Усолье-Сибир-ское». В августе 1996 г. учителя г. Железногорска-Илимского довели до сведения администрации города и области, что в случае невыплаты зарплаты за апрель-май, а также отпускных, детских пособий, торжественная линейка, посвященная началу нового учебного года, может не состояться (К безденежью… 1996).

В середине 1990-х гг. была проведена работа по выполнению распоряжения губернатора от 15.02.95 г. № 49-р «О заключении договоров по осуществлению контроля за своевременной выдачей заработной платы» (ГАИО. Ф. р-3511. Оп. 1. Д. 277. Л. 112, 170). Однако к апрелю 1995 г. задолженность по заработной плате в сфере образования оставалась столь же существенной (Там же). В 1995–1996 гг. областным комитетом профсоюза учителей были отправлены обращения и письма к Правительству РФ, губернатору Иркутской области, председателю и депутатам Законодательного собрания, администрации области, городов и районов области (Обращение… 1995: 1–2; Бакштановский и др. 1996: 2). В этих посланиях работники образования требовали не только погасить задолженность по заработной плате, но и обратить внимание на кризисное положение всей сферы образования.

Главным событием 1997 г. стало участие педагогов во Всероссийской акции протеста 27 марта под лозунгом «За труд, зарплату и социальные гарантии». В Иркутск съехались представители педагогических коллективов большинства городов области. О бедственном положении говорили посланцы городов Усть-Илимска, Братска, Черемхово, Ангарска. Накануне акции протеста депутаты Заксобрания призвали губернатора Ю. А. Ножикова выступить по областному телевидению. Губернатор отказался и честно признался: «Говорить, что завтра мы выплатим зарплату, когда вижу, что выплатить ее неоткуда, – это обман. Я не могу обманывать людей…» (Богачев 1997).

Серию акций протеста провело в апреле 1997 г. учительство г. Усть-Илимска, не получающее заработную плату с ноября 1996 г. 14 апреля была проведена однодневная предупредительная забастовка, после которой усть-илимцы отправились в Иркутск на встречу с губернатором. Общий долг усть-илимским педагогам на начало апреля 1997 г. составил 12 млрд неденоминированных рублей. Никакого облегчения не сулил им и федеральный трансферт: из 98 млрд рублей, адресованных учителям области, Усть-Илимску не запланировано было ни рубля (Мадьярова 1997). История с захватом усть-илимскими педагогами в апреле 1997 г. заложников – представителей группы «МЕНАТЕП», собственников УИ ЛПК, – обошла страницы многих газет. Столичных пленников продержали в здании городской администрации до тех пор, пока те не подписали платежное поручение на перечисление в бюджет средств, предназначенных на производство (Заруева 1999).

Пик забастовочного движения учителей пришелся на 1998 г. Невеселым выдалось начало сентября для педагогов и школьников Саянска. Ни в одной школе не прозвучал звонок на урок. «Определенности никакой нет, – говорила и. о. начальника ГУО В. П. Ани-пер. – По крайней мере, первую неделю месяца школы работать не будут. А там будет видно». «Всем нам морально очень тяжело», – делится завуч С. С. Коломеец. – Мы понимаем, что в долгу перед детьми и родителями. Учебную программу все равно придется наверстывать. Учителя знают, что за неявку на работу зарплату им не начислят. Но и мириться с безденежьем не намерены. Отпускные нынче выбили себе буквально с боем – только под угрозой, что не покинем классы, если не заплатят» (Сегодня… 1998).

В сентябре 1998 г. во Дворце культуры г. Ангарска прошли подряд две конференции учителей. И на каждой из них говорилось об одном и том же – о зарплате, которую не видели с мая, о резком сокращении рабочих мест из-за отсутствия финансирования, нарушении КЗоТа, законов о бесплатном медицинском обслуживании и образовании. Участники конференции и их профсоюзные лидеры с болью говорили, что у людей нет денег даже на хлеб, их высаживают из трамваев и автобусов как злостных безбилетников, что они устали от обещаний чиновников всех рангов. Учителя заявили о поддержке Всероссийской акции протеста 7 октября 1998 г. На профсоюзной конференции лидер профкома ангарских учителей О. Серегина заявила, что в случае невыполнения экономических требований учителя оставляют за собой право начать двухнедельную забастовку с 20 октября. На заседании городской думы было принято решение поддержать ангарчан и принять участие во Всероссийской стачке 7 октября (Ангарчане… 1998).

С каждым днем забастовки учителей принимали все более массовый характер. Как сообщили в областном комитете профсоюза работников образования, к бастующим педагогам г. Усолья-Сибирского и Ангарска присоединились их коллеги из Саянска. В общей сложности простаивали 123 школы с числом работающих около 6 тыс. человек. Печальный рекорд по продолжительности забастовок держали саянские учителя: учебный год здесь начался с запозданием на полтора месяца, и вот новый «тайм-аут» в конце ноября 1998 г.

По сумме задолженности по зарплате перед учителями – около 250 млн рублей – Иркутская область попала в число наиболее неблагополучных 26 регионов страны. По решению совета председателей городских и районных комитетов профсоюза, в период с 18 по 23 декабря была проведена очередная забастовка (Печальный… 1998). С начала декабря 1998 г. более 10 тыс. школьников области получили «вольную»: началась забастовка в 14 школах г. Усолья-Сибирского. Всего по области (с учетом забастовавших ранее школ г. Усть-Кута) простаивало 127 образовательных учреждений. Рабочие места покинули более 5700 педагогов, что составило примерно шестую часть учительского корпуса. Всплеск забастовочной активности был вызван проведением с 16 по 18 декабря 1998 г. единой областной акции протеста. Однако рост числа забастовок никак не повлиял на состояние бюджета: задолженность перед учителями в 250 млн рублей сохранялась (Мадьярова 1998).

Январь 1999 г. ознаменовался очередным всплеском забастовочной активности учителей. По данным областного комитета профсоюза работников образования, в 193 учебных заведениях области занятия так и не начались. Однодневная акция протеста прошла в г. Усть-Илимске. Проигнорировали начало третьей четверти девять образовательных учреждений г. Усть-Кута. Педагоги ждали зарплаты, которая не выплачивалась с весны. Двухмесячный заработок сумели, что называется, «вырвать» у властей лишь 14 педагогов усть-кутской школы № 7, но какой ценой: 5 января они объявили бессрочную голодовку. Между тем в ряде территорий с проблемой долгов справились. К концу 1998 г. полностью рассчитались с учителями в Братске, Ангарске, Шелехове (Золотухин 1999).

Начавшаяся 27 января 1999 г. трехдневная Всероссийская акция работников образования вызвала новый всплеск забастовочной активности учителей в Иркутской области. По данным областного комитета профсоюза работников образования, коллективы 250 образовательных учреждений (более 4 тыс. педагогов, или примерно каждый седьмой педагог) заявили о своем намерении провести в эти дни забастовку. Наибольшую активность проявили учителя городов Усолья-Сибирского, Саянска, Усть-Илимска. Всего во Всероссийской акции протеста приняли участие 340 учебных заведений Иркутской области (7751 человек), причем 103 школы объявили бессрочные забастовки (Камека 1999). В г. Усолье-Сибирском педагоги после переговоров с мэрией на предмет погашения долгов пригрозили в случае нарушения условий договора перекрыть движение по Московскому тракту.

Самая массовая и длительная забастовка педагогов г. Железногорска-Илимского завершилась в феврале 1999 г. выплатой части многомесячной задолженности по зарплате. В конце февраля учителя получили 62 % от задолженности, и на начало 1999 г. она составила 13,2 млн рублей. Следующие выплаты состоялись в середине марта (Зарплата… 1999). Полностью погасив задолженность, администрация города имела реальные шансы выйти на режим своевременной выплаты текущей заработной платы.

О «самочувствии» школы, о ресурсах ее здоровья на 1999/2000 учебный год рассказал начальник главного управления общего и профессионального образования Л. А. Выговский: «Не стану скрывать: положение пока далеко от благополучия. В декабре 1998 г. забастовки достигли пика и охватили 23 территории, задолженность по зарплате составляла 270 млн рублей. В их числе такие крупные центры, как Братск, Ангарск, Шелехов... В общей сложности они охватывают до 74 % учительства» (Выговский 1999). К сентябрю 1999 г. оставались территории, где задолженность хоть и существовала, но постепенно сокращалась и была налажена выплата текущей зарплаты.

Поворот к лучшему был связан не только с наметившейся экономической стабилизацией, но и с переменами в системе управления образованием. Представители Усолья-Сибирского, Шелехова, Железногорска-Илимского и других городов отметили несомненную пользу единых совместных планов работы, впервые разработанных в 1999 г. главным управлением и муниципальными органами образования. Дали хороший результат и договоры о сотрудничестве, которые главное управление образования тоже впервые заключило с пятью территориальными администрациями.

В целом учительское протестное движение Иркутской области можно охарактеризовать как движение, набирающее ускорение после трудного поиска своего места в столь радикально меняющейся политической и социально-экономической обстановке. Ни одна профессиональная категория не сталкивалась одновременно с таким комплексом проблем, с каким встретилось учительское движение, особенно в 1996–1999 гг. Резкое уменьшение финансирования системы образования, несвоевременные выплаты заработной платы, инфляция и т. д. выдвинули отраслевые профсоюзные организации в первый ряд общественных формирований, призванных защитить права и интересы педагогов.

Литература

Ангарчане готовятся к акции протеста. 1998. Время 29 сентября: 2.

Бакштановский, Ю. А. и др. 1996. Открытое письмо: Пред. Обкома профсоюзов нар. образования, здравоохранения, культуры губернатору и пред. Законодат. СОБР. Иркутской области с требованием погашения задолженности по выплате зарплаты. Советская молодежь 19 октября: 2.

Богачев, Е. 1997. Что последует за криком «Долой»? Советская молодежь 29 марта: 1.

В Усть-Илимске учителю трудно. Да и в Братске не легче. 1994. Учительская газета 15 ноября: 1.

Выговский, Л. 1999. Школа идет на поправку (Беседа с начальником главного управления общего и профессионального образования Л. А. Выговским). СМ-номер один 31 августа: 2.

Зарплата в срок – это реальность? 1999. Приилимье 20 февраля: 1.

Заруева, Н. 1999. Усть-Илим: испытание в два года. Усть-Илимская правда 27 октября: 1.

Золотухин, Ю. 1999. Школы – под ключ. Восточно-Сибирская правда 12 января: 2.

Из истории областной организации Профсоюз работников Народного образования и науки РФ / отв. ред. А. И. Сайфутдинов. Иркутск: Иркутский областной комитет Профсоюза работников народного образования и науки РФ, 2000.

Камека, С. 1999. Учитель – вечный пасынок бюджета. СМ-номер один 26 января: 3.

К безденежью не привыкнешь, как к оскорблению. 1996. Восточно-Сибирская правда 169/170: 4.

Мадьярова, Д.

1997. Жаркий апрель в Усть-Илимске. Восточно-Сибирская правда 5 апреля: 3.

1998. «Юрьев день» для школяра. Восточно-Сибирская правда 17 декабря: 2.

Ножиков, Ю. А. 1994. «Одну атаку я выдержал» (о протесте учителей): интервью с губернатором Иркутской области Ю. А. Ножиковым. Учительская газета 41–42: 1–2.

Оболкин, Е. С. 2009. Социальный протест народного образования в Иркутской области во второй половине 90-х гг. ХХ в. Исследования молодых ученых: межвуз. сб. (с. 205–215). Улан-Удэ: Полиграф.

Обращение работников народного образования и науки Иркутской области к Правительству РФ, администрациям области, городов и районов. 1995. Восточно-Сибирская правда 14 декабря: 1–2.

О состоянии образования в Иркутской области. Иркутск: Иркутский областной комитет статистики, 1999.

Открытое письмо участников VII пленума Иркутского областного комитета профсоюзов работников народного образования и науки к Главе администрации Иркутской области Ю. А. Ножикову. 1993. Учительская газета 23 февраля: 1.

Печальный рекорд саянских забастовщиков. 1998. Саянские зори 2 декабря: 1.

Сегодня деньги – завтра уроки... 1998. Саянские зори 2 сентября: 2.

Стачком вместо педсовета? 1995. Саянские зори 16 ноября: 2.

Архивы:

ГАИО – Государственный архив Иркутской области.